Переписка

Утро у писателя началось не только с любимого кофе, но и с радостной новости. Наконец он получил согласие на встречу. Даже не до конца дочитав, он моментально согласился и с мерцающими глазами зашел обратно в квартиру. Аж Дейл был удивлен настолько довольному выражению очкарика, но лезть не стал, не его дело. А у второго.. с точностью наоборот. Только открыв глаза, он вспомнил, что согласился на свидание и мгновенно закрыл лицо руками. Такой идиот, боже. Только испортит все этим. И как-то увильнуть уже не получится. Лишь надеяться, что тот сегодня не может. Но и эти мысли разбились о землю, когда работники передали, что писатель был рад такому ответу. Тяжко выдохнув и поблагодарив сотрудников, он сел за стол в попытках что-то придумать. А что придумывать? Нужно идти. А там импровизировать по ходу пьесы. Сейчас он ничего не может сделать. Лишь хоть немного привести себя в порядок и забронировать столик. Чем и займется чуть позже. Но сначала нужно окончательно прийти в себя с помощью холодного душа и кружки крепкого кофе. Да разобраться с сегодняшним расписанием, в случае чего перенести все на день. Или несколько. На когда угодно, главное этот освободить. Всеми этими делами Генри и занимался несколько часов, пока не начал готовиться к выходу. Излюбленный деловой костюм, укладка волос и оставшееся по мелочи. По пути заехал в цветочный, взял букет алых роз. Это же свидание, не мог он прийти с пустыми руками. Хоть со стороны это явно будет выглядеть немного странно. Но это явно его не волнует. Главное, что Джон нормально все воспринял. Хотя бы частично..  Писатель практически сразу начал бегать по всей квартире в поисках той или иной вещи, но относился к этой встрече куда спокойнее. Хотя, когда сел в машину, легкая тряская рук то-ли от предвкушения, то-ли от переживания была. С собой он взял букет ромашек. В прошлый раз "Инкогнито" вроде был рад такому подарку. Приехал он немного раньше собеседника, поэтому его провели к нужному столу, где он и дожидался. Лэмбтон приехал не позже писателя, но не решался войти. Переживал. Да и не знал, как себя лучше вести. Небольшого скандала явно не миновать, но хоть как-то сгладить его можно, так ведь? Ладно, была не была. Он зашел в здание , выдохнул и со своей привычной манерой направился к нужному столику. Джон сразу заметил белую макушку и знакомое лицо, от чего удивился. Какого черта эта седовласка здесь забыла? Видимо , ему как обычно повезло. Лишь бы не заметил. Но шок увеличивался, когда парень заметил, что тот целенаправленно идет в его сторону, так еще и с букетом цветов. Понимание пришло не полностью, даже когда мужчина подошел к нему и поздоровался. Только когда ему протянули цветы, он резко встал и сделал пару шагов назад. - Блять, какого хера здесь забыл ты? Я ожидал кого угодно, но не тебя. Руки начали немного подрагивать, но виду он не подал. Лишь отложил букет на стол. И смотрел на писателя с надеждой, что это все разрешится. Хорошо хоть людей не так много, рабочий день как-никак. - О чем мне с тобой говорить? Мало того, что ты ублюдок, которых надо потрудится найти, так еще и педик. Я еще и подкатывал к мужчине, фу блять. Как же отвратительно.  Писатель говорил на повышенных тонах, не переживая, что их кто-то услышит. Пусть этот статный человек хотя бы стыд почувствует, если умеет. Столько времени водил его за нос, точно для своей выгоды. И Джон развернулся, не собираясь больше видеть этого человека никогда в жизни. Но мужчина невольно сделал шаг к нему и еле прикоснулся пальцами его плеча. Он моментально среагировал, резко развернулся и дал пощечину. В пылу гнева и эмоций Джон даже не подумал, что перед ним куда более властная личность, за такое он и огрести может. Хотя, на мгновенье осознал что сделал, когда на лице Генри оказалась легкая нервная ухмылка. - Не прикасайся ко мне, выродок. Даже не смей. И в твоих подачках я не нуждаюсь. Забудь этот адрес. Ты мне противен. С этими словами он незамедлительно вышел из здания, оставляя Лэмбтона стоять как истукана. Вот придурок. Знал же, что так будет. Знал, что ничего из этого не выйдет. Нужно было сразу с этим завязывать, а по хорошему и не начинать. Только вот, почему так больно? И не на щеке, по которой пришелся удар, нет. Внутри, где-то в груди. Эта обжигающая боль, которую ничем не остановишь. Никакие обезболивающие не помогут. Пальцами он прошелся по скуле и перевел взгляд на стол, где лежало два букета: его и ему. Оставив на столе чаевые и извинившись за сцену и занятое место, он забрал цветы и поехал обратно в дом. Молча. С этой болью. Не показывая ни одной эмоции на своем лице. Пока не зашел в свой кабинет и не закрыл дверь. Как будто этого чувства было настолько много, что оно начало выходить наружу через маленькие хрусталики, скатывающие по щекам. Без единого звука. Мужчина аж удивился от такого поворота событий, ведь он за свою жизнь практически не плакал. Даже на похоронах. Поэтому моментально подошел к своему комнатному бару и достал первый попавшийся коньяк. Может ему удастся залечить его раны? Заткнуть этот поток мыслей, избавить от желания кричать. Но это было плохим решением. Алкоголь в крови избавил его от этой неприступной стены и ощущения полностью вышли наружу. Бумаги моментально оказывались на полу, опустевшая бутылка разбилась в дребезги и рядом с осколками лежали окурки. Он такой идиот. Никогда не влюблялся, а тут нарисовался этот, который умудрился разбить ему сердце. Правильно говорят, Любовь самое смертоносное оружие. "Прости. Ты вчера забыл. Я больше не побеспокою тебя."