Шкатулка с драгоценностями

Невос никогда не отрицал, что у него нет тормозов и крыша подтекает в шести или девяти местах. Налёт фриковатости вкупе с пошлыми шутками — стиль его жизни, отрицать который нет смысла. Даже не так — им нужно гордиться, и Невос гордится. Конечно, порой, стоит признать, он может и перегнуть палку, вызвав ряд непонимающих взглядов вместо звонкого смеха, не без этого. Однако, что удивительно, у Невоса есть границы. Правда, он ещё не совсем понял, находится ли происходящее в их рамках или это уже несанкционированное проникновение за территорию без прохождения таможни. Потому что это, ну… нелегальное что-то. «Блять» и «пиздец» — единственные слова, которые сейчас Невосу на ум приходят. Весь накопленный за годы словарный запас из него сейчас скурпулёзно вытесняли. — Блять, — срывается с губ снова, и Солид хрипло посмеивается за спиной. — Как же, однако, просто заставить тебя замолчать, — задумчиво, но так, сука, по-ублюдски довольно тянет он, — Всего-то нужно наполнить твою ненасытную задницу. Невос несдержанно скулит, утыкаясь лбом в горячий обсидиан портала — Солид, чёрт эдакий, вытянул его из фиолетового марева прямо перед телепортацией, поставил раком у подножья рамки и с довольным посвистыванием теперь нагло использует слова Невоса против него же. — Это только первый, — хрипло смеётся Солид, наклоняясь к пылающему уху, — А ты уже такая лужа, дорогой. И стучит ногтями звонко по эндер-пёрлам в своей руке. Мелодия, известная только одному «музыканту», переливами заполняет мутнеющий рассудок и обрывается неожиданным шлепком по оголённой ягодице — Невос вздрагивает, ломая ноготь о неровность обсидианового блока, пока сердце адреналиновым мотором заводится где-то в глотке. Главное не сжаться от неожиданности слишком сильно, чтобы тугими мышцами не разбить этот сраный шарик в себе. — Готов ко второму? — размазываемая по второму жемчугу смазка хлюпает оглушительно. Невос блядски не готов, если быть честным, но — забудьте — Солид липкими пальцами раздвигает края и давит, медленно, одурительно медленно проталкивая внутрь него второй-блядский-эндер-пёрл. И Невос, к своему стыду, не может заткнуть свой рот, выстанывая какую-то витиеватую ноту, потому что инородные предметы давят прямиком на простату. Солид смеётся, и хрен поймёшь, что его так веселит: то ли глупость ситуации, то ли глупый Невос, которого из-за его действий мажет неописуемо. Будь Невос в чуть более здравомыслящем состоянии, то смог бы его оправдать — сейчас же хочет придушить. Или выебать. Пока не решил. Перед глазами появляется носок начищенного до блеска ботинка. Сердце натурально останавливается, когда Невос поднимает голову и натыкается взглядом на знакомую до последней складки шляпу. — Я надеялся, что вы реально пёрлы собираете, — и хоть лица Пугода не видно, по его голосу всё отчётливо слышно. Он в ахуе. Не то чтобы Невос мог его в этом винить. Потому что он тоже. — Мы и собираем, — невозмутимо отбивает Солид, вновь щёлкая крышкой, и Невос падает головой на руки, отказываясь верить, что в него сейчас засунут ещё один пёрл прямо перед Пугодом. Но старый друг фыркает, теряя самообладание: — Избавьте меня от подробностей. — и спешит вернуться через портал обратно. Солид едва успевает крикнуть ему вдогонку: «Перекрой портал с той стороны», прежде чем широкая спина, дрожащая от сдерживаемого смеха, растворяется в фиолетовых искрах. Третий жемчуг с приглушённым звоном присоединяется к своим собратьям в заднице Невоса. Солид удовлетворённо хмыкает — по одному только этому звуку Невос может разобрать, насколько широко растянуты уголки его губ — и гладит раскрытые ягодицы мягко. Края растягивает, оглядывая свою работу, и приговаривает: — И чего Пугод только ворчит, — и обоими большими пальцами ныряет внутрь, потирая растянутые стеночки; Невос от такого непотребства натурально задыхается. — Ты — самая прекрасная шкатулка для драгоценностей, мой дорогой. Невос с хриплым стоном спускает на незерак, совершенно не чувствуя оргазменного облегчения. — Тогда какого хрена во мне это, — ворчит, задыхаясь, плавясь под забравшимися под рубашку ладонями. — А не твой член? Хриплый, многообещающий смешок опаляет ухо. — Согласен. Надо бы исправить.