Рассказ 1 - Стихи (Пикозонт)
28 марта 2026 г., 23:50
Собственно этот мой рассказ будет не слишком длинным, да и не слишком коротким - слушай внимательно, не хочу потом на вопросы отвечать.
В тот год, уже не помню какой была осень, глубокая - летали птички, самоубийцы с крыш, мусор из нашего окна, маты из ртов людей - словом, летало много чего, а главное чаще оно только вылетало, особенно самоубийцы.
Сами знаете - я хулиган. Но разве я плохой? Так, ну ладно обойдусь без своей любимой фразы.
Так вот: ты уже слушал Зонтика, это я знаю точно.
В один из самых серых и скучных дней, когда никто даже не решил прыгнуть с крыши, Зонтик неожиданно ушёл, конечно не в третью вселенную, и не в мир С-137.
Вообщем: найти мы его не могли до вечера, признаю: тряпку я искать не хотел, и с самого начала притворился, что мне нужно по делам.
Нашли под вечер, вернее он сам нашёлся.
Курилка, могу поспорить, три часа его обнюхивал на предмет запаха алкоголя, запаха курева, запаха наркотиков и запаха, будете ржать, хуёв.
Словом - проверил своего валета.
Вообще Куромаку и Данте - единственные короли, которые хоть как-то о своих валетах заботятся, конечно случай с трефами - гиперопека, но это не в счёт.
Наверное основное, что надо учитывать, когда Зонтик вернулся - общая тетрадь с рисунком скейтборда на обложке и чересчур хорошее настроение.
Конечно ничего особенного, но для человека, который 2 дня назад стонал от скуки, это - странно.
Мы ясное дело не обратили внимание. Но позже вечером, на кухне я обнаружил очень милую компанию - тряпка, псина, курилка и наркоман.
Спасибо, что они не обнимались, я бы пожалуй блеванул от этой картины.
Если кратко - Зонт читал стихи из своей толстой тетрадки, если я правильно понял эти стихи как раз он и написал, а остальные его внимательно слушали, а если длинно:
Осень незаметно наступила,
Подкралась, не предупредила.
Краски все свои по лесу разлила,
Украшала все места ярко-красным полотном бордовым
Дальше, я, понятное дело, не помню, потому-что не учил, и не спросил.
Судя по довольным лицам этих троих в коронах, стихотворение было не первое по счёту, да и не второе, как минимум третье, или всё же четвёртое.
Про стихи я спрашивать не хотел, особенно про их происхождение. Поэтому я молча выпил воды и свалил от греха подальше.
В то время Фёдор, не без помощи всех королей и двух валетов, купил дом около леса, но комнат было мало, поэтому спали по мастям.
Конечно соседство псины меня не устраивало, но в этот раз оно оказалось полезным.
— Что за поэтический вечер у вас был? — не особо заинтересованно спросил я, не отвлекаясь от телефона, когда мой "король" зашёл в комнату.
— Зонтик в клуб поэтов вступил, ну как - они пишут вне клуба, потом на еженедельных собраниях мордобой за лучший стих устраивают — не отвлекаясь от своих дел, ответил Пик, читая "Искусство Войны".
Я понимающе кивнул, краем глаза заметив восхищённые знаки пиковой масти в глазах псины.
Я немного удивился, но постарался не показать своих чувств, подумаешь - Пик чем-то восхищён.
***
Я не буду рассказывать, как мне приснилось, как я летал на волшебной котлете в открытом океане, чтобы арестовать Бэтмена - боюсь, даже для вас двоих это будет скучно. Поэтому перейду сразу к следующему дню. Ничего необычного не творилось, все как обычно о чём-то разговаривали, а я опять посрался с биполяркой - ничего нового. Самой продолжительной темой за столом было - у Ромео новая девушка, и новый кредит, аж целых 1 минуту и 43 секунды мы её обсуждали. На мой взгляд, на взгляд человека, который первые несколько лет своей жизни жил в абсолютном хаосе, сам его устраивал, так ещё и считался не человеком, а клоном - и то слишком долго мы обсуждали "Светлану" с "Loveplanet" и сколько денег на лечение её герпеса Ромео ей отправил. Словом утро было немного непонятным, особенно мотивы Ромео, по которым он рассказал нам это дерьмо. Про Зонтика никто и вспомнить не подумал - только псина с ним о чём-то перешёптывался. Словом - очередная тема, на которую можно забить и кол, и гвоздь, и хуй, и пенис, и вибратор, и самого псину заодно, чтобы жизнь зелёным не казалась. Поэтому про это дерьмо я быстро забыл. Сидел я на кухне дольше всех, даже Зонтик и Феликс уже всю посуду перемыли и перетёрли. А когда вернулся к нам - в пиковую комнату охуел - на кровати с псиной сидел тряпка, и что-то очень тихо читал. Прислушавшись, я чуть не ёбнулся - опять стихи тряпки. На этот раз что-то более депрессивное, но приятное, ломкое, и если бы у стихов был вкус - наверное умеренно сладкое, ровно настолько, чтобы сладость ласкала язык и не сделала из вас Феликса. Пик слушал его с таким упоением, что я уже действительно ёбнулся. Каким сука лешим?! Я понятное дело очень охуел, но мешать этой сладкой парочке не стал, только сфоткал их и отправил фотку Ромео. Они на меня никак не отреагировали, только стихи читали эти мэтры, ну и смеялись по доброму, что я внатуре охуел. В какой-то момент, я мельком заметил, как треф краснеет пятнами, и закрывает лицо руками, я понятное дело нихуя не понял, пока псина не мазнул своими губами по руке трефа. Мне кажется, что тогда даже тряпка дошёл до уровня такого культурного шока, что и помереть можно. Пик только одобрительно смеялся. Мне впервые стало жалко Зонта, не знаю почему, может потому-что он тут краснеет, а Пик ржёт, ещё и в руку целует. Нет, конечно, я видел, что Зонт не против, но дальше не выдержал - ненавижу романтику, а особенно ненавижу Ромео, который начал мне писать. Конечно: Ромео и романтика - почти одно и тоже, но романтика хотя бы правильнее Ромео. Больше, на счастье, такого в пиковой комнате не повторялось, но судя по лицу курилки, такое случалось в трефовой комнате, и поделом. Литературные вечера на кухне с участием псины, тряпки, курилки и наркомана позже стали традицией, да и к ним позже и другие присоеденились, но всё равно история странная - и хорошая, и блевотная. Примерно так я могу всё это описать, дальше я бы с удовольствием рассказал и другие истории, но предпочту услышать ответ на мой вопрос: Как вам?**В настоящее время**
Слушатель задумчиво отпивает чай из кружки, смотрит на Габриэля и наконец говорит: — История забавная, но да - странная. А что ты думаешь, Габриэль? Габриэль долго думает затем отвечает, ковыряя зубочисткой остатки пирожного: — Не уверен, что могу ответить. Сложно ответить на вопрос, который имеет отношение к событиям, которые произошли и с тобой. Так кажется Данте и Куромаку говорили — задумчиво говорит он. Вару кивает, затем услышав имена двух королей резко выпрямляется и с довольной улыбкой говорит: — Спасибо, Габри, что напомнил, как раз про наркомана с курилкой расскажу.
