Без названия

Ллойд Монтгомери Гармадон никогда не был подарком, но статус «Зеленого Ниндзя» превратил его жизнь в какой-то сюрреалистичный кошмар. В монастыре его приняли… прохладно. Кай смотрел на него с нескрываемой завистью, Джей вечно ворчал, что теперь им придется делить пиццу на пятерых, а Коул и Зейн просто не знали, что делать с десятилетним ребенком, на чьи плечи свалилась судьба мира. Ллойд чувствовал это колючее напряжение каждой клеточкой кожи. Он видел, как ниндзя переглядываются за его спиной, когда он в очередной раз заваливал тренировку. В конце концов, после нескольких недель натянутых улыбок и «случайно» забытых приглашений на общий ужин, Ллойд просто собрал свои вещи. Если они не хотят видеть его своим лидером — ладно. У него есть отец, который, может, и злодей, но точно его не бросит. Но у Лорда Гармадона были свои планы на «отцовство». Посмотрев на насупленного сына, который уже успел взорвать половину его временного лагеря ради шутки, Гармадон понял: его нервы этого не выдержат. — Ллойд, — торжественно произнес Лорд, потирая четыре руки. — Тебе нужно… э-э… обучение в полевых условиях. Поживешь у моих старых знакомых. У Серпентинов. Так Зеленый Ниндзя оказался в подземном городе змей. И если ниндзя от него просто уставали, то змеи начали медленно сходить с ума. ******** В главном зале змеиного логова стоял невыносимый смрад от пролитого лимонада и горелых змеиных чешуек — результат утренней «акции протеста» младшего Гармадона. Пайтор, самопровозглашенный предводитель и теперь уже штатная нянька, сидел на троне, прижимая ладонь к виску. Голова раскалывалась. Перед ним за маленьким столиком сидел Ллойд. Он с хмурым видом вертел в руках перо, которое явно принадлежало какому-то редкому экзотическому существу из коллекции Пайтора. — Пиши, мелкий паразит, — прошипел Пайтор, дернув хвостом. — Пиши под мою диктовку, иначе я запру тебя в яме с Великим Пожирателем… а, точно, я его еще не разбудил. Просто пиши! Ллойд закатил глаза и с грохотом опустил перо на бумагу, оставив жирную кляксу. — Пиши: «Дорогой отец, своё лето я провёл хорошо», — начал диктовать Пайтор, расхаживая взад-вперед. — Дальше. «Мой отец… скобочка открывается… свалил меня, дегенерата, на шею старого больного дяди…» — Эй! — возмутился Ллойд. — Я не дегенератор! Или как там… — Пиши, я сказал! — Пайтор сорвался на визг. — И «Дяди» напиши с большой буквы. Из уважения к моим страданиям! «…дяди с большой буквы У, который теперь вынужден лечить нервный тик и считать убытки от твоих фокусов». Написал? Ллойд накорябал что-то, подозрительно похожее на изображение Пайтора с рогами и копытами. — А может, я уже пойду так погуляю? — с надеждой спросил мальчик, подпрыгивая на стуле. — Там Скейлз обещал показать мне, как правильно гипнотизировать крыс. — Ага, сейчас! — Пайтор резко развернулся к нему, его глаза сузились. — Чтобы ты опять избил половину моих лучших воинов своим этим недоделанным Кружитцу? В прошлый раз ты снес хвост моему советнику и разбил три древних амфоры! Ты никуда не пойдешь, пока письмо не будет закончено! — Ну Па-а-айтор, — заныл Ллойд, начиная раскачиваться на стуле так сильно, что тот жалобно заскрипел. — Тут скучно. У ниндзя хотя бы приставка была и Кай, которого было весело злить. А вы только шипите и едите сырых лягушек. Фу. — Я сейчас сам тебя съем, — пообещал Пайтор, чувствуя, как его хладнокровное спокойствие испаряется. — Продолжаем. Пиши: «Я обещаю быть послушным рабом и больше не поджигать змеиные хвосты…» Ллойд внезапно вскочил, и вокруг его рук вспыхнули искры зеленой энергии. — А я обещаю, что если мы не пойдем в магазин за комиксами прямо сейчас, я применю Силу Зеленого Ниндзя и сделаю из твоего хвоста модный ремень! — Ллойд хитро прищурился, в его глазах плясали искорки чистого, нефильтрованного детского вредства. Пайтор замер. Он посмотрел на Ллойда, потом на письмо, потом на свои побитые войска в коридоре. — Хорошо, — выдохнул он, сдаваясь. — Мы идем за комиксами. Но в письме добавь: «Дядя Пайтор — самый святой змей в мире». С большой буквы С! Ллойд уже бежал к выходу, на ходу вытирая измазанные чернилами руки о гобелен с историей Серпентинов. — Мечтай больше, длиннохвостый! Догоняй, если сможешь! — выкрикнул он, запуская в Пайтора маленькую световую бомбочку. Пайтор едва успел уклониться. Грохот, дым и радостный хохот Ллойда огласили подземелье. Где-то в глубине души Пайтор начал понимать, почему ниндзя так быстро отдали ему этого ребенка. Это была не победа. Это была диверсия. Утро в подземном логове Серпентинов начиналось не с лучей солнца, а с отборного змеиного мата. Пайтор, чей хвост за ночь затек от сна на жестком троне, в очередной раз споткнулся о пустую банку из-под газировки, которую Ллойд оставил прямо посреди прохода. Из бывшей пыточной камеры, которую мелкий Гармадон самолично переоборудовал в свою спальню, выкатилось нечто. Это «нечто» отдаленно напоминало человека, но больше походило на взбесившееся перекати-поле. Белокурые волнистые волосы Ллойда за последние месяцы отросли чуть ниже шеи и теперь жили своей жизнью. Они торчали во все стороны, закрывая парню обзор на сто процентов. Ллойд шел на ощупь, врезаясь плечом в косяки и ворча под нос. — Блять, это пиздец... просто пиздец, — выдохнул Пайтор, прикрывая глаза ладонью. — С каждым днем ты всё больше похож на чучело, которое забыли на огороде в сезон дождей. — Что опять, старый пень? — огрызнулся Ллойд, чесанув затылок и окончательно запутав пряди. — Тебе мой прикид не нравится? Завидуй молча, у тебя вообще волос нет, одна лысая чешуя. — Я не завидую, я опасаюсь за целостность стен! Ты вчера трижды врезался в Скейлза, потому что ничего не видишь за этой паклей! — Пайтор схватил Ллойда за шкирку и силой усадил на низкий каменный выступ. — Сиди смирно, недоросль. Пока я не сделаю тебе хоть какое-то подобие прически, ты отсюда не выйдешь. Предводитель Серпентинов, великий и ужасный Пайтор Пи Чамсворт, достал из-за пояса гребень из кости какой-то ископаемой твари и начал яростно прочесывать золотистые колтуны. — Ай! Больно, змеюка! — Ллойд попытался вырваться. — Терпи, Зеленый Ниндзя, — злорадно прошипел Пайтор, ловко заплетая мальчишке аккуратные косички по бокам, чтобы хоть как-то убрать волосы от лица. — Иначе я их просто откушу. И вообще, почему ты такой вредный с самого утра? — Потому что я голодный! — Ллойд вывернулся из-под гребня, когда «прическа» была готова, и теперь выглядел как странный гибрид маленького лорда и лесного бандита. — Я чернику хочу. Свежую. С сахаром. Пайтор замер с гребнем в руке. Его левый глаз мелко задергался. — Ты издеваешься? Мы в трех километрах под землей, Ллойд! — закричал он, и эхо разнеслось по всем туннелям. — Вокруг только сырость, камни и злые гипнобраи! Где я её тебе, мелкий нахуй, достану?! Может, мне сгонять в Ниндзяго-Сити и вежливо попросить у фермеров корзинку ягод, пока они не начали тыкать в меня вилами? — Ну, ты же главный, — Ллойд невинно захлопал глазами, когда наконец смог нормально видеть мир. — Придумай что-нибудь. Можешь Скейлза отправить, у него всё равно морда скучная, пусть делом займется. — У Скейлза только гипноз и чешуя! Он не собиратель ягод! — Пайтор в ярости швырнул гребень в стену. — Гармадон-старший явно проклял меня, когда отправил тебя сюда. Это не обучение, это психологическая пытка! — Ладно-ладно, не ори, — Ллойд спрыгнул с выступа и хитро прищурился. — Если достанешь чернику, я сегодня не буду красить хвосты твоим стражникам в розовый цвет, пока они спят. Пайтор тяжело вздохнул, понимая, что проиграл эту битву. — Скейлз! — заорал он в глубину коридора. — Бери сумку и дуй на поверхность! Если через два часа здесь не будет черники, я лично скормлю тебя этому маленькому демону! Ллойд довольно хмыкнул, поправил одну из косичек и, крутанув вокруг себя небольшое Кружитцу, умчался в сторону столовой, крича на бегу: — И сахар не забудьте! А то съем самого Пайтора! — Блять... — снова повторил Пайтор, сползая по стене. — Где мои ампулы с успокоительным? Кажется, этот ребенок прикончит нас раньше, чем вернется его отец. Очередной день в подземном логове начался с того, что Ллойд решил проверить, насколько громко резонирует змеиный гонг, если ударить по нему сковородкой. Резонировало отлично. Настолько, что Пайтор подпрыгнул на три метра, едва не прикусив собственный длинный язык. — Твою ж мать, Гармадон! — взревел Пайтор, вылетая из своих покоев. — Ты когда-нибудь спишь?! Или у тебя вместо крови чистый сахар и шило в жопе?! Ллойд стоял посреди зала, окутанный облаком из собственных волос. Из-за того, что они отросли и вились крупными кольцами, он реально напоминал взорвавшегося одуванчика. — Я не вижу, куда бью! — огрызнулся малец, махая сковородкой вслепую. — Убери эти кусты с моего лица, старый пень, или я следующую атаку проведу по твоему хвосту! — Блять, это пиздец... Ну сколько можно, — простонал Пайтор, хватая Ллойда за шкирку. — Каждый божий день одно и то же. Ты как чучело огородное, честное слово. Скейлз! Тащи резинки! И расческу ту, с крупными зубьями, которую мы у археологов спёрли! Пайтор усадил Ллойда на ящик с динамитом (пустой, к счастью, но смотря для кого ) и начал битву с волосами. — Сиди смирно, дегенератор мелкий. Если дернешься — заплету тебе косу до самой задницы, будешь как принцесса из башни, — ворчал змей, ловко разделяя пряди. — Опять в волосах крошки от чипсов... Ллойд, ты там гнездо вьёшь? — Отвали, это заначка на черный день! — Ллойд попытался лягнуть Пайтора в колено. — Слушай, Дядя Длинный Хвост, я тут подумал... Я чернику хочу. Пайтор замер, занеся расческу над головой Ллойда. Его чешуя на загривке встала дыбом. — Что ты хочешь? — переспросил он шепотом, в котором сквозила тихая ярость. — Чернику. Синенькую такую. Сладкую. И чтобы холодная была, — Ллойд наконец-то увидел мир, когда Пайтор заколол ему передние пряди на макушке в некое подобие «пальмочки». — Ты издеваешься надо мной? — Пайтор сорвался на крик, от которого со стен посыпалась пыль. — Где я её тебе, мелкий нахуй, достану?! Мы в пустыне! Под землей! Вокруг только песок, змеиный яд и моё тающее терпение! Ты хоть понимаешь, что ближайшая черника растет в лесах у подножия ледяных гор? Это на другом конце гребаного острова! — Ну, ты же типа крутой предводитель, — Ллойд нагло ухмыльнулся, глядя на свое отражение в начищенном щите. — Сгоняй, разомни косточки. Заодно и мне свежим воздухом дашь подышать, а то тут воняет старой кожей и сыростью. — Я тебе сейчас такой «свежий воздух» устрою, что ты до самого монастыря ниндзя лететь будешь без остановок! — Пайтор в сердцах швырнул расческу в угол. — Скейлз! Скейлз, сука, иди сюда! Приполз сонный Скейлз, недоуменно мигая желтыми глазами. — Да, Великий Пожиратель... то есть, Пайтор? — Собирай отряд Фэнгпайеров. Скажи им, что у нас сверхсекретная миссия государственной важности. Нужно найти чернику. И если они вернутся с голубикой — я их лично в узел завяжу! — Чернику? — Скейлз посмотрел на Ллойда, который в этот момент пытался засунуть палец в ухо спящему каменному воину. — Но господин, мы же планировали захват Ниндзяго-Сити... — План отменяется! — рявкнул Пайтор. — У Зеленого Ниндзя, блять, авитаминоз! Если он не получит свои ягоды, он разнесет нам логово своим Кружитцу просто от скуки! Ты видел, что он вчера сделал с кухней?! Он пытался приготовить попкорн с помощью молний! У нас повара до сих пор заикаются! Ллойд тем временем закончил с «прической» (теперь у него на голове было три хвостика, торчащих в разные стороны) и вскочил на ноги. — Эй, Пайтор! Смотри! — Ллойд закружился в зеленом вихре, но из-за того, что он всё еще плохо ориентировался в пространстве, он с размаху влетел в огромный чан с похлебкой. Плюх! Тишина. Из чана медленно вынырнул Ллойд, облепленный кусками вареного картофеля и какой-то зеленой жижей. Волосы, которые Пайтор только что с таким трудом уложил, моментально слиплись и повисли грязными сосульками. Пайтор закрыл лицо всеми четырьмя руками (которые он мысленно представлял, хотя их было две, но стресс требовал больше). — Блять... это пиздей... это просто какой-то сюрреалистичный пиздец, — прошептал змей. — Ллойд, я клянусь, если твой отец не заберет тебя через неделю, я сам сдамся ниндзя. Пусть они меня в тюрьму Криптариум посадят, там хотя бы кормят по расписанию и нет детей Гармадона! — Не ной, — Ллойд слизнул каплю бульона с носа. — Похлебка недосолена. И чернику не забудь! С сахаром! Пайтор молча развернулся и пошел биться головой об колонну. Он был древним лидером Серпентинов, грозой миров и мастером манипуляции. Но сейчас он был просто очень уставшей нянькой с сомнительным чувством стиля. Утро в логове Серпентинов началось не с кофе, а с того, что Пайтор обнаружил Ллойда, пытающегося «приручить» электрического угря в дренажной канаве. — Блять, Гармадон! Вылезь оттуда, пока тебя не поджарило, как гребаный тост! — заорал Пайтор, хватая парня за шкирку и вытягивая на сухую землю. Ллойд выглядел феерично. Его золотистые волнистые волосы, которые уже прилично отросли и теперь мягко ложились на плечи, после контакта с водой и грязью превратились в один сплошной колтун. Он стоял, жмурился, потому что мокрая челка полностью залепила ему обзор, и победно сжимал в кулаке горсть маленьких разноцветных леденцов. — Опять ты за своё? — выдохнул Пайтор, усаживая Ллойда на трон (единственное место, где тот не мог сразу убежать). — Сиди, чучело. Сейчас буду из тебя человека делать. Пайтор достал гребень и пару резинок, которые он вчера «одолжил» у какой-то перепуганной туристки. Он начал аккуратно распутывать кудри Ллойда, ворча под нос: — Вот скажи мне, почему твой отец не нанял тебе нормальную няньку? Почему я, великий лидер, должен заплетать косички десятилетнему оболтусу, который даже расческу от вилки не отличит? — Потому что ты лучше всех делаешь хвостики, старый пень, — буркнул Ллойд, закидывая в рот сразу три леденца. Раздался громкий хруст. — И вообще, у ниндзя в монастыре было скучнее. Там Кай постоянно орал, что я его гелем для волос пользуюсь. А тут — свобода! Пайтор закончил с прической, сделав Ллойду два аккуратных пучка на затылке, чтобы волосы не лезли в глаза. Теперь малец был похож на злого, но очень симпатичного чебурашку. — Всё, иди проветрись, — Пайтор подтолкнул его к выходу. — И не смей подходить к кобрам, они до сих пор нервные после твоего вчерашнего концерта на барабанах. Через час Ллойд вернулся. В руках он торжественно нес поднос, на котором лежало нечто бесформенное, серо-коричневое и подозрительно дымящееся фиолетовым дымом. Пайтор, который в этот момент пытался изучать карту захвата Ниндзяго-Сити, медленно поднял взгляд. Его зрачки сузились до узких щелок. — Ох ёмаё... — прошептал он, отодвигаясь вместе с троном. — Ллойд, это что за пиздец, мелкий? Ты зачем притащил в мой зал кусок застывшего цемента? Или это останки Скейлза, которых я не досчитался утром? — Шо это? — Ллойд обиженно надул губы, вытирая испачканные в чем-то липком руки о свои штаны. — Это я сам испёк! Пирог! Ну, или кекс... Короче, сладость! Попробуй на, вкусно же! Я туда даже свои любимые леденцы добавил для хруста. Пайтор с ужасом посмотрел на «пирог». Из серой массы торчал кусок недоплавленного красного леденца, похожий на чей-то зуб, и пара подозрительных синих ниток. — Ты это... испёк? — Пайтор осторожно потыкал шедевром кончиком хвоста. Раздался звук удара камня о камень. — Ллойд, этой хернёй можно стены в замке укреплять! Или катапультировать в ниндзя вместо ядер. От этого даже Пожиратель сдохнет от несварения, не успев проснуться! — Ты просто злой и не ценишь мой талант! — Ллойд отломил (точнее, отгрыз с диким усилием) кусочек и с довольным видом зажевал. — Нормально же! Немного отдает гарью и сырой глиной, но сахар всё исправляет. На, ешь! Ллойд сунул кусок прямо в пасть Пайтору. Змей, не успев среагировать, рефлекторно сглотнул. В зале воцарилась гробовая тишина. Лицо Пайтора медленно начало приобретать все оттенки радуги — от нежно-зеленого до густо-фиолетового. — Блять... — прохрипел он, хватаясь за горло. — Ллойд... там внутри... песок? — Ага! — радостно подтвердил малец. — Для объема. И чтобы не пригорало! — Сука... — Пайтор рванул к бочке с водой, на ходу врезаясь в колонну. — Скейлз! Скейлз, неси завещание! Я отравлен! Меня убил собственный племянник-дегенерат с помощью кондитерского терроризма! Ллойд проводил его непонимающим взглядом, пожал плечами и, достав из кармана очередной леденец, принялся методично его разгрызать. — Взрослые такие капризные, — пробормотал он, поправляя свои пучки на голове. — В следующий раз добавлю в тесто больше динамита. Для остроты. ******* Подземные залы Серпентинов обычно полнились шипением, лязгом оружия и звуками капающей воды. Но последние недели здесь царила иная атмосфера. В воздухе отчетливо пахло липкой карамелью, дешевым клубничным шампунем и чем-то неуловимо сладким. Пайтор Пи Чамсворт, верховный предводитель змей, сидел на полу перед своим троном. Его длинный фиолетовый хвост нервно дергался, выбивая дробь по камню. В руках он держал костяной гребень и несколько шелковых лент. — Ллойд, во имя Великого Пожирателя, замри! — прошипел Пайтор, стараясь не сорваться на крик. — Если я еще раз задену твое ухо, виноват будешь ты сам! Перед ним на низком пуфике сидел Ллойд. Если бы в Ниндзяго существовал конкурс на самого невинного ребенка, он бы выиграл его, даже не стараясь. Его золотистые волосы отросли так сильно, что теперь мягкими, густыми волнами спадали чуть ниже шеи. Они блестели в свете факелов, как чистое золото. Длинные ресницы бросали тень на розовые щеки, а большие зеленые глаза смотрели на мир с такой чистотой, что любой прохожий захотел бы угостить его конфетой. Но Пайтор знал: за этим фасадом скрывается маленький демон, способный довести до нервного срыва даже каменного воина. — Не ори на меня, чешуйчатый, — лениво отозвался Ллойд, не оборачиваясь. Он был занят важным делом: пытался построить башню из маленьких разноцветных леденцов на подлокотнике трона. — У тебя просто руки дрожат. Ты вчера опять пил тот вонючий змеиный сок? Старый пень, тебе вредно, кости рассыпаются. Пайтор заскрежетал зубами. — Блять, это просто пиздец… — прошептал он себе под нос, надеясь, что малец не услышит. — Я великий стратег. Я объединил кланы. А теперь я работаю персональным парикмахером у десятилетнего Гармадона. Он аккуратно собрал верхние пряди Ллойда и заплел их в две изящные косички, которые соединялись на затылке, оставляя остальные волосы свободно лежать на плечах. Это была его лучшая работа за неделю. Ллойд выглядел как настоящий принц — хрупкий, нежный и невероятно красивый. — О, гляди, — Ллойд внезапно развернулся, едва не разрушив прическу, и протянул Пайтору тарелку. На ней лежало нечто серое, бугристое и подозрительно блестящее. — Шо это? Это я сам испёк! Пирог «Мечта Змеи». Попробуй на, вкусно же! Пайтор с ужасом уставился на подношение. Из серой массы торчал кусок обертки от конфеты и что-то, подозрительно похожее на гайку. — Ох ёмаё… Ллойд, это что за пиздец? Ты зачем туда металлолом добавил? — змей отодвинулся подальше. — Этим можно пробить череп троллю! — Это для хруста! — Ллойд обиженно надул губы. Его лицо стало таким трогательным, что сердце (если оно у Пайтора было) могло бы дрогнуть. — Ешь, я сказал. Или я расскажу отцу, что ты меня обижаешь и не даешь вторую порцию леденцов. Пайтор уже открыл рот, чтобы высказать всё, что он думает о кулинарных способностях семьи Гармадон, как вдруг... БА-БАХ! Западная стена зала разлетелась на тысячи мелких осколков. Пыль поднялась столбом, и в образовавшемся проеме возникли четыре знакомые фигуры. — Ниндзя, вперед! — выкрикнул Кай, приземляясь первым. Его огненный меч полыхнул ярко-красным светом, разрезая полумрак пещеры. Джей, Коул и Зейн тут же встали рядом, готовые к самой тяжелой битве в своей жизни. Они неделями выслеживали Ллойда, представляя, в каких ужасных условиях его держат змеи. — Отпусти ребенка, Пайтор! — голос Кая дрожал от ярости. — Клянусь, если ты хоть пальцем его тронул, ты пожалеешь, что вообще вылез из своей ямы! Пыль медленно осела. Ниндзя замерли. Они ожидали увидеть Ллойда в кандалах или в клетке. Вместо этого они увидели... ангела. Ллойд сидел на троне, лениво покачивая ногой в кроссовке. Его длинные золотистые волосы были идеально уложены, а лицо светилось безмятежностью. Рядом стоял Пайтор с расческой в одной руке и куском серого «пирога» в другой. — Ллойд? — Кай опустил меч, его глаза округлились. — Ты... что это у тебя на голове? И почему ты такой... длинноволосый? Ллойд посмотрел на Кая. Внутри у него всё перевернулось. Он так долго ждал этого момента. Ему хотелось вскочить и обнять Кая, но обида за то, что его «не взлюбили» в монастыре, всё еще жгла грудь. И он решил быть вредным. Максимально вредным. — О, явились — не запылились, — Ллойд небрежно выплюнул палочку от леденца. — Вы чего стену сломали? У вас что, дверей нет в вашем монастыре? Совсем манерам не учили? Кай, ты вообще в зеркало смотрелся? Весь в пыли, костюм мятый... Глядя на тебя, я начинаю ценить Пайтора. Он хотя бы знает, с какой стороны за расческу держаться. Кай поперхнулся воздухом. — Мы пришли тебя спасать! Мы думали, ты в беде! — воскликнул Джей, убирая нунчаки. — А ты тут... прически делаешь? — Спасать? — Ллойд хмыкнул, поправляя свою золотистую прядь. — От чего? От безлимитных конфет и личного стилиста? Знаете, тут ко мне относятся куда лучше, чем в вашей компании «Зеленый-ниндзя-нам-не-нужен». Ллойд перевел взгляд на Кая. Тот смотрел на него с каким-то странным выражением лица. Не с завистью, как раньше, а с... восхищением? Или просто шоком? Ллойду безумно нравилось это внимание. Он чувствовал, что его новая внешность заставила Кая замолчать. — Заберите его! — Пайтор вдруг упал на колени, протягивая ниндзя тарелку с пирогом. — Умоляю! Это не ребенок, это стихийное бедствие! Он заставляет моих воинов играть в прятки! Он требует чернику, которой нет на этом материке! Он заставил меня выучить тридцать способов плетения кос! Блять, это пиздей, я больше не выдержу! Забирайте его, и мы забудем про войну на неделю! — Чернику? — Коул недоуменно почесал затылок. — Ллойд, ты же ненавидел ягоды. — Люди меняются, Коул, — высокомерно ответил Ллойд. — Но вы этого не заметили, потому что были слишком заняты своими тренировками. Ллойд встал и медленно пошел к ниндзя. Его волосы колыхались при каждом шаге. Он подошел к Каю вплотную. Ростом он всё еще был мал, поэтому ему пришлось задрать голову, глядя Каю прямо в глаза. — Ну что, «герой»? — прошептал Ллойд. — Собираешься стоять тут с открытым ртом или предложишь мне что-то получше, чем змеиное логово? Кай сглотнул. Он видел, как блестят глаза Ллойда, и понимал, что за всей этой вредностью скрывается всё тот же одинокий мальчишка, которому просто нужно внимание. И, честно говоря, эти волосы... они ему очень шли. — Слушай, Ллойд, — Кай присел на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. — Мы были неправы. Все мы. Мы не должны были так реагировать на то, что ты — Зеленый Ниндзя. Ты — часть нашей команды. И... — Кай замялся, слегка покраснев. — И ты выглядишь очень круто. Правда. Куда круче, чем раньше. Ллойд почувствовал, как по сердцу разлилось тепло. Но он лишь фыркнул. — Это я и так знаю. Но одного признания мало. Я хочу чернику. Свежую. И чтобы ты лично приносил мне её каждое утро. И чтобы никто не смел трогать мои расчески. — Договорились, — улыбнулся Кай, протягивая ему руку. — Пошли домой? Ллойд посмотрел на его ладонь, потом снова на лицо Кая. На секунду его маска вредности спала, и он выглядел как тот самый испуганный ребенок, которым был на самом деле. Он осторожно вложил свою маленькую руку в ладонь Кая. — Ладно. Но если овсянка на завтрак будет невкусной — я вернусь к Пайтору. Он хотя бы умеет слушать приказы. — Слава Мастеру Кружитцу! — закричал Пайтор, вскакивая на хвост. — Скейлз, быстро, неси его рюкзак! И леденцы! Отдай ему все леденцы, только пусть он уходит! Когда ниндзя выводили Ллойда из пещеры, Кай приобнял его за плечи. — Кстати, Ллойд, — шепнул он. — А что это за серая штука на тарелке у Пайтора была? Ллойд хитро прищурился, и в его глазах снова заплясали бесенята. — Это мой новый рецепт. Хочешь, завтра испеку тебе такой же? Специально для тебя добавлю туда побольше «хруста». Кай нервно сглотнул, вспомнив выражение лица Пайтора. — Знаешь... может, лучше просто купим черники? — Посмотрим, Кай, — невинно ответил Ллойд, поправляя свои золотистые локоны. — Посмотрим. И пока они шли к поверхности, Ллойд уже вовсю планировал, как он завтра перекрасит спальню Кая в зеленый цвет. Ведь быть Зеленым Ниндзя — это не только судьба, но и отличный повод похулиганить. Особенно если тебя за это всё равно будут любить.