Розы цвета нашей крови

- Отец, ты ведь не заставишь меня жениться на девушке, которую выберешь ты? Нотт сидел в кресле рядом с камином, а совсем недалеко от него стоял его отец - Квентин Нотт. Седые, блеклые волосы едва доходили до плеч. Когда-то они были кудрявыми, как и у Тэодора, но, увы, страдания, боль, горе и утрата сделали своё дело. Они больше никогда не завивались. С тех пор как не стало её. Она тоже была кудрявой. Теперь её нет - и его кудрявость ушла вместе с ней. Измождённое, бледное, уставшее лицо безразлично взглянуло на сына. Ему было не до этого, но он ответит. Рано или поздно этот разговор должен был состояться. - Нет. Я дам тебе полное право выбрать невесту. Я не хочу и не буду заставлять тебя жениться на той, кого выберу я. Ты сам вправе решить. Я не хочу отнимать у тебя это прелестное право, Тэодор. Лети, дитя моё, лети... И он полетел. Ощущения были... свободными. Да, именно она - с.в.о.б.о.д.а. Как приятно звучали эти буквы на языке. Свобода. Её дал ему отец. Он воспользуется этим.

***

Выпускной бал. Ученики Хогвартса ждали его больше, чем выпускных экзаменов, которые наконец-то освободят их от цепей и дадут путь во взрослую жизнь. Кому-то хотелось ключа от неё, а кому-то - нет. Он пригласил её. Быстро перехватил у мерзкого Маклаггена, который приклеился к ней, словно клещ летом. Она согласилась. Это согласие, слетевшее с её уст, звучало для него как прекрасная песнь. Белая рубашка, почти скрытая бордовым костюмом-тройкой, была идеально выглажена и сидела на нём изумительно. А чего стоил этот галстук - прямиком из Италии. Шикарный. Укладки не было вовсе. Его кудри всегда ей нравились, и он не стал ничего с ними делать. Он предстал перед всеми настоящим - чувствующим, живым. Она же выглядела восхитительно. Ни в чём не уступала ему. Под стать ему на ней было бордовое платье, доходившее чуть ниже колен. Платье облегало лишь верх, а нижняя часть была полностью свободной. Обычное платье - но выбранное ими обоими. Вместе. Именно поэтому оно было таким ценным. На шее блестела тонкая цепочка, а на ней - шипы розы. Его подарок. Он подал ей руку, и они шагнули навстречу всем. Двери Большого зала распахнулись, впуская пару, которая не замечала никого вокруг, кроме друг друга. Выпускной бал только начинался. Где-то в стороне Блейз и Драко стояли, беседуя о чём-то с бокалами огневиски в руках. Рядом с ними красовались их пары на этот вечер - Пенси Паркинсон и Дафна Гринграсс. Надменные, как всегда, лица осматривали всех с ног до головы, думая, что они - лучшие из лучших. Они ошибались. Заиграла музыка - медленная, как раз для танца. - Я приглашаю вас на танец, миледи, - произнёс он, протягивая руку, за которую она охотно взялась. - Я вся ваша. И они полетели навстречу другим парам. Танец был превосходным. Нотт вёл партнёршу безупречно: каждое движение выверено заранее. Они дополняли друг друга. Под конец танца ей стало плохо. - Мне нужно проветриться, Тэо. - Конечно. Если пожелаешь, я пойду с тобой. Она кивнула, и они ушли. Прохлада коридоров была приятной. Они шли, сами не зная куда. Найдя пустой кабинет, она открыла дверь, и они вошли внутрь. Сев на стул, предварительно сдув с него пыль, она достала из маленькой сумочки зелье. Какое именно - ему было неясно, вероятно, для здоровья. Она выпила его залпом. Лицо из бледного стало здоровым, живым. Она будто ожила. Нотт взмахнул палочкой - в кабинете зажглись свечи, наполняя его мягким, романтичным светом. Ещё один взмах - и в его руках появился букет. Алые розы. - Розы... - с придыханием прошептала она. Он поднёс букет к ней. Взяв руку Збарской, он вложил в неё один бутон и сжал её ладонь своей. Острые шипы, словно змеиные клыки, вонзились в их руки. Заворожённо наблюдая, как капли алой крови стекают по лепесткам, он произнёс: - Розы цвета нашей крови.