Why me, mother?

      В мире полном людей, трудно найти того – кто выслушает по настоящему. Не просто будет кивать головой под такт твоим откровениям, и не спрашивать из необходимой вежливости. А останется рядом осознанно, не уходя в собственные мысли, бросая собеседника одного. Будет слушать внимательно, замечать каждую вложенную эмоцию в слово, понимать скрытый смысл, читаемый между строк. Помогать советом, когда он нужен или просто подбодрить, указать – ты не одна, я тебя слышу и вижу. Хочу тебе помочь, по настоящему. Быть настоящим искренним человеком, а не холодной кирпичной стеной, что слепо смотрит вперёд, не видя или же не понимая целостной картины происходящего перед самым носом.       И быть искренним нелегко, потому что таких чистосердечных, не запятнанных ужасными реалиями жизни – единицы. Их мало, очень мало. Подобные люди, с огромным сердцем, могут помочь любому потустороннему, только ненароком упомяни о своих терзаниях, и в тот же миг, они будут выслушивают весь накопившийся негатив, негодования и несправедливость мира за всю прожитую жизнь.       Ведь они решили спросить, а не оставлять человека одного. И теперь они слушают знакомых или совершенно незнакомых людей, потому это важно для них. Необходимо помочь чужому горю, хотя-бы просто выслушать. И собеседник напротив выговаривается и даёт им – чистосердечным, почувствовать их страдания, спрятанные очень глубоко внутри себя. Так они понимают – кому-то есть до них дело. Не всё равно в этом огромном мире.       Но почему тогда таких чистосердечных людей так мало? Ответ удивительно и смешительно прост. Те кто выговорился, хоть раз спросили как чувствует себя встречная сторона, после вываленного на них чужого дерьма? Нет. Или как-то помогали пережить вместе это неприятный момент? Тоже нет. Те кто излил душу, просто уходят, без оглядки. Они не оборачиваются, ведь им стало легче, а возвращаться к больному не хочется. Это теперь чужие проблемы, а они не готовы помогать другим, потому что они не такие добросердечные.       А те люди, что выслушали и не получили в качестве благодарности даже простой улыбки, постепенно закрываются в себе. Они понимают – до них никому нет дела, а находить такого же как себя, будет несправедливо. Ведь так цепочка разочарований продолжится до тех пор, пока на свете не останется ни одной души, что смогла бы тебя искренне выслушать.

***

      Жизнь одной девушки протекала совершенно спокойно – любящие родители и надоедливая младшая сестра. Классика семейной жизни, и Йеджи может с уверенностью сказать, что ей нравилось всё это, до определённого момента. Её мать, что была замечательной женщиной, искала всю свою жизнь именно такого человека, который выслушает её накопившийся мысли. Хван это видела и пыталась с самого детства, шаг за шагом облегчит состояние матери, ведь счастлива мать – счастлива семья.       Ынхеэто замечала, но не нагружала сильно своё дитя негативом, которого она ещё сама не до конца понимала. Ведь могла спугнуть неосторожным высказыванием, из-за которого может потерять даже эту – маленькую, но искреннюю поддержку. Женщина конечно не забывала рассказывать и о приятных вещах в жизни – дарующим ту самую надежду на светлое будущее. Мать растила дочь, которая в будущем сможет на себя брать больше и давать те самые советы, которых она нуждалась.       Так, год за годом, Йеджи узнавала многое, ведь была любопытным ребёнком, готовым черпать знания от взрослого, кто уже прожил достаточный срок жизни. У Ынхе был внушительный опыт из разных отраслей, пригодных для девушки, что только начинала свою взрослую жизнь. Как хорошо проявит себя перед людьми, на что стоит обращать внимание, когда входишь в новый коллектив. Как вести себя достойно, но не переходя невидимую грань наглости и высокомерия. И главное – быть готовой выслушать человека, если ему это потребуется, ведь только так ты сможешь получить ещё большее доверие и расположение. Быть идеальной или же удобной, так скажем, независимо от своих собственных мнении или желании.       Вот только Ынхе со временем стала всё чаще вываливать на дочь своё мнение о всём и вся, так как подруг у её матери практически не было. Нетрудно догадаться почему. Но Хван, что только отметила своё совершеннолетие знала – вечно рядом с матерью ей быть не удастся. Да, она её любила, ставила в авторитет, вот только свою собственную карьеру на этом не построишь. Не получится усидеться на двух стульях одновременно, Йеджи не прогнётся до такой степени, чтобы жертвовать своей жизнью во благо чужого. Возможно это шло в противовес учениям её матери, но одно скрытое, читаемое между строк словами Ынхе она заметила – быть удобной можно быть до того самого момента, когда это приносит пользу и тебе. Если выгода для неё заканчивалась, связь постепенно прекращалась с этим человеком.       И этим самым воспользовалась сейчас Йеджи, уменьшая общение с матерью, переехав в свою собственную квартиру, которую снимала сама. Поближе к университету и подальше от родителей. Жестоко? Наверное кто-то может подумать так, но в глазах её семьи, она выглядела взрослой и ответственной девушкой, не боящейся трудностей жизни. Пусть придерживаются этой красивой теории, а не самой неправильной правды. Знать об этом не обязательно, даже самой Хван, что всё же пришлось разговаривать с матерью по телефону почти каждый день. Эта была плата за цену свободы, хоть и не полной, но частичной.       Ынхе же пришлось принять новые перемены, потому что если бы она была против новых условий, наверняка могла потерять свою дочь, и вся их выстроенная связь рухнула бы в одночасье. Поэтому с тяжелым сердцем, она отпустила старшую дочь в совершенно новую главу жизни.

***

      Квартира была небольшой, точнее компактной, вмещая в себя всё необходимое для студента. Обустроено эстетично, как из пинтереста. Старшая поправляет одежду, кидая последний взгляд на зеркало. Светло каштановые волосы перелевались в свету яркого солнца, что просачивалось в комнату через жалюзи. Лёгкий макияж подчёркивает красивое миловидное лицо, заставляя взор остатся чуточку дольше, на раскосых глазах. Как многие ей говорили, девушка была похожа на кошку или же лисицу – притягивающем внимание людей. Её внешность с совокупностью с характером, делали из неё идеальную девушку. Перед которой любые двери открывались само собой, впуская в компаний разных людей, очаровая ещё больше.       — Ничего ведь не забыла? — спрашивает саму себя Йеджи, проверяя карманы. Не первый день конечно, но забыть что-то важное не хотелось.       Хван училась уже примерно две недели в направлении инженерии, а точнее на строительном. Эта отрасль притягивала внимание амбициозных людей, таких как она, стремящимся построить нечто своё. Или собрать из нужных компонентов и чертежей самого себя. У каждого были свои причины.       Дверь закрывается за спиной, открывая вид на чудесную весеннюю картину. Новый учебный год приносил за собой запах только распускающихся цветов, отдаленного шума машин – спешивших на работу, и конечно же, не без разговоров разных людей – студентов, родителей, детей, что искрились энтузиазмом на предстоящий длинный день. Солнышко приятно светит в глаза, заставляя чуть щурится, но уголки губ от этого лишь поднимались. Как же она скучала по солнцу. Хван неспешно шагает по тротуару, рассматривая прохожих, таких же студентов как и она. Группы маленькие и большие, где-то больше парней, а в другом девушек. Или ходили парочками, друзьями или как нечто большее.       Взор раскосых глаз в какой-то момент цепляется за одну конкретную пару, что держались за руки, идя в сторону её университета. Двое парней. Внутри разом нарастет отвращение, вперемешку с тихим гневом. Но на лице не меняется ни одна эмоция, лишь в глазах, что отражают душу, можно увидеть на одно мгновение – эмоций. Настоящие, что приходилось скрывать за маской идеальной девушки. В памяти всплывает последний разговор с матерью.       — Эти люди больны. Не смей с ними контактировать, а то ещё не дай бог заразишься. Хотя может ли моя любимая дочка, стать этим?       — Нет конечно. Ты права, это болезнь которую нам пытаются преподнести как нечто нормальное.       — Да! Правильно Йеджи, хоть ты понимаешь моё мнение, а не как эта соседка. — Ынхе одобрительно хлопает, а на лице растягивается довольная улыбка. Хван же от последнего сказанного, приподнимает бровь.       — Госпожа Ким поддерживает этих?       — Не прямо, но это уже явный пример того, что ей запудрили мозги. Пытайся впредь с ней не связываться. — женщина морщится от воспоминаний. А ведь с госпожой Ким они были знакомы лет пять.       — Хорошо мама.       Кто-то нечаянно толкает её в плечо, доставая из воспоминаний. Парень поспешно извиняется, удалясь в спешке, оставляя Йеджи смотреть в спину тех, кого она в тайне не признавала настоящими людьми. Ведь это ненормально, сбой в матрице – создающий неправильный код, нарушающий привычный мир. Это был грех, как любила называть это её мать. Грех, за который позже будешь жалеть, и никакие молитвы или покаяния не смогут стереть с тебя это клеймо позора.       На который ты ступил под воздействием искушения чего-то запретного, как яблоко в Эдемовом саду. А змеем искусителем было общество, что поддерживало меньшинств – давая им право быть услышанными. Увиденными и принятыми, ведь они приняли настоящего самого себя, и пытаются теперь другим открыть глаза на это, чтобы поняли – это не грех, не болезнь, а награда собственного счастья – любить того, кого хочешь.       — Забудь о них, у тебя есть дела и поважнее. — напоминает себе Хван, отводя взор на что-то более нейтральное. Например на кофейню, мимо которой как раз проходила.       Запах свежеиспечённых булочек и кофе, разыгрывал аппетит, но сейчас на это не было времени. Может когда нибудь позже купит, когда этого по настоящему заслужит.

***

      Класс встречает привычным гамоном, присущим первокурсникам, что постепенно образовывались в небольшие компашки. Девушка опускает рюкзак на стол, когда слышит за спиной знакомый голос:       — Йеджи- а, что ты так долго?       — Я вообще-то не опоздала, Юна-я. — Хван дарует легкую улыбку высокой девушке, чья огромная и жизнерадостная улыбка могла осветит этот мир на многие годы вперёд. Нужно заряжаться с помощью неё, а не солнечных панелей.       — Ты опоздала на сплетни! Знаешь сколько можно обсудит за 15 минут? — младшая Шин задерживает драматическую паузу — Много! Теперь не успею рассказать тебе во всех подробностях, почему наш профессор Хан каждый раз надевает разного цвета носки!       Старшая подкатывает глаза, садясь возле окна.       — Там настолько длинная история?       — Не слушай её, она вечно добавляет слишком много воды. — кидает Черён проходя мимо.       — Онни!       — А что? — изгибает бровь Ли, и замечая Юну, что пыжилась от её комментария, решает подлить ещё больше масла в огонь — Дети профессора Хана в тайне прячут вторую пару его носков. Вот весь секрет. — выпаливает Черён, после уворачиваясь от ластика младшей.       Дальше следует беготня, но Йеджи на это лишь тихо посмеивается, следом открывая ноутбук.       — Опять они дурью маются? — вопрос ещё одной Шин нарушает только наступившую тишину.       — Ещё не привыкла за эти две недели?       — Да я думала, что это всё от нервов, но нет. — пожимает плечами брюнетка, чий волосы были длиннее каре. Еле заметная небрежность укладки, создавало чуть дерзкий образ. Но не такой, который бы кричал, что она из этих. Современные девушки применяли разные стили, из-за этого лишних вопросов не появлялось, но до тех пор, пока ты не покрасишься в нечто яркое и не начнёшь вести себя как пацанка. Ведь так описывали тех?       — Они младшие, дай им повеселиться. Кстати, ты сделала уже примерный план того района? — Хван оборачивается, замечая как Шин до этого смотрела на неё. Что-то не так с волосами?       — Да, решила немного поэкспериментировать и создать небольшой парк. Там как раз есть пустой зелёный участок— младшая щёлкает мышкой, выводя на экран сырой вариант своего будущего проекта. Йеджи передвигается чуть ближе, замечая небольшую оплошность.       — Думаю это не удастся, вот — тычет в экран — здесь метка, указывающая, что тут растёт редкие виды конкретных растений. Такие местности нельзя застраивать, без необходимой надобности.       Рюджин не веря, прищуривается рассматривая знак. И правда. Она не учла одной буквы       — Боже, зачем так сложно. Если это зелёный, то должно автоматом быть пригодным для строительства. А не всё это...       — Может тогда тебе пойти чертить трубы для водопровода? Там же максимум пять цветов. — шатенка убирает руку от чужого экрана, ведь и так расстояние казалось слишком малым.       — Низачто. Одна моя знакомая рассказывала, что там своя морока. Нужно учитывать наклон, давление, ливневые воды, и всякое сотое. — объясняет младшая, вспоминая то измученное лицо блондинки.       — У каждой профессии свой заморочки. — усмехается старшая. В класс тем временем заходит профессор Кан, что одним лишь взглядом заставляет всех замолкнуть. Все давно уяснили, что с ней шутки плохи.       Пара проходит на удивление спокойно, даже интересно. Возможно это от желания узнать нечто новое, понять, и позже применить на практике. Сейчас их небольшая компашка оккупировала один из столиков в столовой, рассказывая последние новости. Да, за последние два часа успело многое произойти. Юна не упустила момента разузнать о новых предстоящих вечеринках, в честь первокурсников. Хотя её обогнала Чхве, что теперь объясняла откуда достать нужные билеты.       — Нам всем нужно прийти к определённому ларьку, где получим подсказку к следующему пункту.       — Серёзно? Мы напиватся йдем, а не квест проходит. — негодует Рюджин, пытаясь подцепить палочками последний кусочек риса.       — Это во первых весело, а во вторых познакомит нас с ещё большими ребятами. — оправдывается Ли, что была только за миссии. — Не все любят пить как не в себя, дай и другим расслабится. Всё равно под конец мы окажемся в баре, где тебя будет ждать алкоголь.       — С тебя соджу — тычет пальцем в Черён, на что девушка со вздохом кивает.       Тем временем, Йеджи вновь заметила ту же парочку, что и утром по дороге в университет. Парни сидели неподалёку, но их руки не были в этот раз переплетены, наоборот – они держались на расстоянии, как будто не знали друг друга. «Они от этого сами же страдают. Так им и надо.»       — Кого-то знакомого высматриваешь? — вопрос Юны резко заставляет вернуть внимание да девушек. «Ещё не хватало, чтобы они меня причислили к ним»       — Нет, просто задумалась. — находит отговорку старшая, на что четверо кивают.       — Над образом на вечер? — уточняет Лиа, на что уже она кивает. А вот и новая тема для разговора.       — Слушай, может взять те самые джинсы...

***

      Вечерние сумерки постепенно окутывают за собой город, открывая новый этап, под названием ночная жизнь. Хван уже подготовилась и была готова выйти, когда внезапный звонок матери прервал тишину.       — Алло? Что-то случилось?       — Ты говорила, что сегодня пойдешь на вечеринку ведь так? — взволнованно спрашивает Ынхе.       — Да, потусить с девочками. Обещаю сильно не напиваться, не беспокойся за это,       — Не в этом дело, я знаю, что ты у меня прилежная дочь. Но меня больше волнует, что ты сможешь встретить там этих. Ночная жизнь для них рай, и превращают они чужую жизнь в ад, сами того не замечая.       — Мам, всё будет хорошо. Ты же знаешь меня, такой я никогда стану, даже под дулом пистолета. — пытается приободрить девушка, поглядывая на часы. До выхода пара минут.       — До таких крайностей не надо, но пожалуйста будь осторожна.       — Буду, пока мам. — завершает звонок, пытаясь лишний раз не нагружать себя переживаниями матери. Это отнимало силы и оставляло после себя какой-то необъяснимый неприятный осадок.       Йеджи выскакивает на улицу, чуть не врезаясь в ожидающую её Рюджин. Как выяснилось ещё в первый день учёбы, они жили на одной улице.       — Осторожнее торнадо — Шин быстро проходится взглядом снизу вверх, следом добавляя — Или точнее красивое торнадо. — Хван решила не слишком наряжаться для данного мероприятия, ограничившись простыми чёрными джинсами, но белым топом, поверх же была накинута чёрная рубашка. Всё же проводит время идёт с друзьями, а не искать себе ухожёров, которые объявлялись только к ночи, сами знаете с какими помыслами.       — Спасибо, ты тоже постаралась — оглядывает младшую, что засунув руки в карманы брюк, тихо насвистывая себе под нос. На Рюджин так же была чёрная блузка, расстегнутая на пару пуговиц сверху, оголяя немного ключицы, что под светом закатного солнца казались острее. Старшая вертит головой, убирая последнее сравнение из головы, не видя как брюнетка бросает на неё мимолётный взгляд.       — Пошли, а то Юна будет жаловаться, что мы и тут опоздали. — отталкивается от фонаря младшая, делая шаг к ближайшей остановке.       — Ты права, и Рюджин       — М?       — Постарайся не слишком напиваться, а то мне не хватит глаз уследить за двумя Шин. — предельно серьёзно говорит Хван, шагая с ней в один такт. Повисает небольшая пауза, но вместо шутки, девушка выдаёт с понимающей улыбкой:       — Не буду, обещаю.       Рюджин прекрасно знала, что Йеджи в первый раз вот так вот отправлялась с кем-то в бар. Только недавно все они пятеро жили под родительской крышей, под защитой близких, которые помогут в случае чего. Теперь они девушки, имеющие свободу выбора, о которой так долго мечтали с детства. Вот только за свободой кроется своя ответственность, и за ошибки совершенные тобой всегда следуют последствия.       Хван не хотела лишних неприятностой, особенно сейчас, когда только подружилась с девушками, о которых почти ничего не знала. Они конечно же были хорошими, но истинная натура человека может иногда раскрытся совершенно с другой стороны, когда тот выпивает алкоголь. Поэтому Йеджи немного боялась, и зарекла самой себе на носу – пить будет как можно меньше.       По несчастливой случайности старшая не умела пить, от слова совсем. Проверила она это однажды купив себе алкоголя, и посчитав с какой именно банки пива пьянеет. Результат оказался не очень хорошим. Лиа успела в один момент успокоит подругу, пообещав, что тоже не будет слишком увлекаться выпивкой. Ради спокойствия нервной системы, что им всем понадобится для учёбы.       Приезжают они к небольшой площади рядом с университетом, на территории которого были раскиданы разные киоски с едой, запах которых можно было учуять за километр. Жирная пища помогала уберечь желудок от предстоящей, или для некоторых уже наступившей пьянки. Из колонок слышалась попсовая музыка, разбавляя гогот студентов, что уже успели заполонить пространство. Первокурсников было много, но и с других годов было не меньше. Хван замечает махающую им Юну, что уже с другими девочками поджидали у оговоренного места – дерева, чий ветви были оплетены разными лентами, добавляя красок к вечеру.       — Не успели заскучать? — спрашивает Рюджин, видя в руках Ли уже какой-то сложенный лист.       — Только пришли. Черён по пути в какой-то момент успела получить первую подсказку для следующей. — почёсывает затылок младшая Шин, до сих пор не понимая этого. Ведь обернулась она только на секунду, и на тебе, уже довольная рыжая с с радостными глазками.       — Лучше читать инструкцию на сайте нужно, — пожимает плечами девушка, разворачивая листок со словами.       — Меткость глаза или же удачи, поможет вам найти ответ. — читает предложение Джису.       — Стрельба из лука?       — Рогатки?       — Вы хоть видели одну такую лавку? — это уже вопрос Хван.       Две Шин вертят головой, но такого не находится. Да и в целях безопасности данного вечера, наверняка такие виды активности убрали. Не хватало кого-то орущего стрелой в заднице. Не настоящей, имеется в виду стрела.       — Другие варианты? Пока трезвая голова, — добавляет уже Лиа, рассматривая другие группы студентов. Черён же наоборот притихла, уставившись в одну точку.       — В том то и проблема, голова трезвая, желудок пустой. Живо исправить ситуацию! — Рюджин берёт под руку Юну, тащя за собой к лавке с мясом.       Хван проводит их с поднятыми бровями, но заметив взгляд Чхве, произносит нехотя, ступая за ускользнувшей в толпе Шин.       — Пошли и мы, а то и правда свалимся ещё в обморок.— мысленно делает пометку, что возможно сегодня придётся потратиться намного больше планируемого.       Полчаса спустя, наевшись вредного, но сытного перекуса, они оказываются на одном из игр, где как не странно, нужно было кинуть сапог в нужные круги, чтобы заполучить неизвестный приз. Девушки почти что единогласно решили, что именно этот пункт ключ к разгадке. Все кроме Рюджин, которая заметила в маленьком шатре неподалёку – бирпонг. Ну а что? Тоже ведь меткость и удача нужна. Но пришлось согласиться на первый вариант, по тупому кидать сапог на пять метров вперёд.       Так по очереди они выполняли задание, под любопытным взглядами проходящих мимо студентов или тех, кто даже останавливался делать ставки. Вот только никто не мог предвидеть, что увлёкшись ритмичной музыкой, Черён как-то умудряется запустить этот злосчастный сапог на двадцать метров, чудом не сбив никого на пути. А Юна в свою очередь кидает его не вперёд, а вверх со всеи силы, что пришлось в экстренном порядке всем забегать в укрытие от незапланированного осадка сапожных дождей. Когда уже Лиа бралась за потрёпанную обувь, организатор вежливо, но настойчиво сказал им уходить, намекнув– подсказка кроется в том самом шатре. Довольную ухмылку Рюджин даже бы слепой увидел, ведь настолько ярко сиять могла только она.       И вот отстояв небольшую очередь, они протискиваются в маленькое пространство, выслушивая правила, а они были просты: Нужно попасть шариком в пластиковый стакан, выпить содержимое и если повезёт – на дне найти следующую подсказку.       — Я чур первая, — вызывается брюнетка, крутя шарик.       — Горе алкоголик, — бурчит Ли, стоящая третей.       — Я всё слышу,       — На то и рассчитано, а теперь целься, здесь душно.       Решив не мучить всех ожиданием, Шин кидает, попадая в самую центральную. Жидкость быстро исчезает, но им не везёт.       — Я точно промажу, — шепчет Лиа, Йеджи стоящими последними в этой игре. Стаканов было много, штук пятнадцать, и шатенке ой как не хотелось попадать в них. Пить вообще не хотелось.       — Да я тоже. — в этот момент Юна промазывает шариком, и недовольный бубнёж слышится сразу.       И вот так следующие десят минут, девушки старательно пытались попасть в мишени под ободряющие слова организатора парня, чья широкая улыбка казалась скоро треснет. Интересно, он правда наслаждался вечером или просто играл роль, как большинство людей вокруг? Хван отгоняет мысли, смотря на нынешнее положение – осталось всего три стакана, и как назло, они были расположены далеко друг от друга. Один слишком далеко, второй с краю, а третий прямо перед носом, но из-за неровной поверхности стола, мячик умудрялся каждый раз отскакивать в противоположную сторону.       Каждая уже успела выпить минимум по стакану, и шатенка всячески пыталась не показывать вида, что от данной порций её немного сморило. Какой там вообще градус? Кошачие глаза щурятся, пытаясь прочитать этикетку, но парень что так и сяк крутится вокруг них, делая фотографии для соцсетей, мешал.       — Эй, Йеджи, — перед глазами машет Ли, следом протягивая шарик. С тяжелым вздохом она кидает, мысленно надеясь, что промажет, но нет.       — Ура! Наконец-то ты его достала! — вопит младшая Шин, что уже три раунда подряд пыталась попасть в самый крайний. Полный стакан появляется в её руке, и пообещав самой себе, что это последняя за этот вечер, Хван допивает до дна.       Девочки рядом замирают с надеждой, и даже кажется, что музыка затихает, когда Йеджи поворачивает стакан со следующей надписью – Доверься ощущениям и поймёшь ответ.       Новый радостный вопль заполняет шатёр, и недолго думая они вываливаются на улицу, распугивая птиц, которые клевали хлебные крошки.       — Молодца Хван! Я думала мы никогда оттуда не выйдем. — признается Лиа, осаживаясь на лавочку.       — Больше не капли в рот, по крайней мере часик, — Черён также опускается рядом с русой, держась за живот. Ей повезло выпить больше всех, почти как и Рюджин, что в отличие от неё держалась бодрячком, но сейчас с опаской посматривала старшую, чей взор был направлен вперёд. Проследив, брюнетка обнаруживает компашку, состоящую из парней и девушек, где те все вместе держались за руки, двигаясь дальше.       — Всё в порядке? — спрашивает младшая, легонько дотрагиваясь до локтя Хван, приводя в чувства. Та моргает, кидая мимолётный взгляд на руку Шин, которая до сих пор была рядом.       — Если чувствуешь что шатает, возьмись за мои локоть. — подносит ближе, но Йеджи вдруг шарахается, почти что врезаясь в проходящего мимо парня.       — Онни? — тут уже Юна подходит ближе, протягивая бутылку с водой. Главное спасение вечера. Хван делает жадные глотки, а после признается:       — С меня сегодня достаточно. Буду нудной трезвой онни, следящей за детьми.       У всех на это высказывание вырываются смешки, но осуждающего взгляда от девочек, шатенка не замечает.       — Никто тебя и не заставляет, так что не беспокойся, — добавляет Черён, поднимаясь с лавочки.       — Ли права, мы здесь чтобы провести время вместе, а не напиватся. — соглашается Джису, и лишь Рюджин продолжала неотрывно смотреть на Йеджи, то на тех самых ребят, привлёкшим внимание той.       От этого небольшая рябь мурашек проходит по телу, и старшая закутывается в рубашку, хотя на улице было относительно тепло.       — Так! — хлопает в ладони Юна, привлекая внимание — Я знаю куда нам надо. — после чего уверенно шагает в направлении стенда с красками, подхватывая под локоть Лию. Другим ничего не остаётся, как последовать за ней, прося подождать.       Следующим местом задания оказывается лужайка, где компании друзей поворачивались спиной друг другу, рисуя на спинах рисунки. Рисовали пальцами, а не красками, как можно было подумать в начале, ведь портить кому-то одежду не хотелось. Если уж внутренний художник просился наружу, можно было подойти к отдельной лавке, и попросить холст с кистями.       — Черён обязательно должна быть в конце, только она понимает каракули, — заявляет Рюджин, ставя рыжую в указанное место. Эти двое были с одной школы, поэтому знали друг друга намного дольше, чем остальные.       Юна вызывается быть первой в очереди, и никто не стал этого оспаривать, ведь блондинка была лучшей в их группе, кто рисовал чертежи. Следом шла Лиа, потом Йеджи, далее Рюджин и заканчивала процессию Черён. Организатор подходит ближе к младшей Шин, показывая рисунок или возможно слово, что должны нарисовать. Рядом стояли и другие студенты, что так же выполняли данное задание и к удивлению Хван, те не смеялись, а сосредоточенно давали друг другу запомнить каждую линию на теле. В отличий от их группы, что визжали от холодного касания пальцев.       — Юна, не так быстро, — доносится сзади недовольный возглас Джису, а вот спереди слышится смешок старшей Шин.       — А ты чувствуй, а не хлопай глазами,       — Это сложно с тобой,       — Мне быть помедленнее?       — Будь добра. — завершает Чхве, после прокашливаясь, краешком глаза замечая, как Рюджин обернувшись играет бровями.       А вот Йеджи наоборот щуриться, пытаясь понять случившуюся сцену. «Мне показалось или они...» мысль обрывается, когда ощущает немного нервное касание на спине. Рубашку она заранее сняла, поэтому чувствовала отчётливо – палец тянется снизу вверх, образуя форму чего-то вытянутого, например бутылки. Далее следует два больших кружочка, цепляющих очертания ранего вытянутого что-то. Старшая от появившейся догадки замирает, спрашивая тихо:       — Ты уверена?       — Если ты поняла, я повторять не буду. — бубнит Чхве, толькая локтём хихикающую Юну. Хван ничего не остаётся как повторить предполагаемый рисунок уже на расслабленной спине Рюджин, что немного дёргается от касания. Смиренно ждёт пока шатенка дорисует, и без лишних слов повторяет на Черён.       — Ваш ответ? — спрашивает организатор, хитро улыбаясь, держа тот самый листок скрытым.       — У меня три варианта: Цензурный, более реалистичный, и самый простой. — оглашает Ли немного порозовевшими щёками, которые точно были не от выпивки.       — Увы я могу принять только одно,       — Тогда пусть будет перевёрнутая голова слона, — после слов рыжей наступает тишина, и с лица парня сползает довольная улыбка.       — Неправильно же? Там же вроде должно быть нарисовано... — уста Рюджин затыкает Ли, грозно сверля ту взглядом.       — Вообще-то правильно, а вас нелегко провести девушки. Вот только почему перевернутая голова? — спрашивает юноша, обращаясь больше к младшей Шин.       — Вы мне показали рисунок вверх ногами, я думала это такая фишка. — объясняет блондинка, уже протягивая руки к награде, а точнее к подсказке. Парень хмыкает, давая листочек, где следующая надпись гласила – Если я нахожусь внизу, значит я наверху. А если я наверху, значит я внизу.       — Что за дебилизм? — выдаёт Лиа, переворачивая бумагу, но на другой стороне ничего нет.       — Нам что, найти какой-то аттракцион где можно ходить вверх тормашками? — предлагает Йеджи, замечая как хитро между собой переглянулись Рюджин и Черён. Это также не уходит от зорких глаз блондинки:       — Колитесь давай,       Между девушками проходит безмолвный диалог, как бы до конца утверждая данную разгадку.       — Это название нашей конечной точки,       — В каком смысле?       — В прямом, так называется бар, — начинает Шин, но за неё договаривает Ли — Он в два этажа. Первый называется вверх, а второй низ.       У других случается сбой в программе, и на лицах можно явно увидеть надпись – Error 404. Логика у данного автора заведения просто прекрасная. Он явно издевался над посетителями, что уже изрядно напившись, не соображали ничего. Первой в себя приходит Йеджи, вертя головой и заставляя себя не думать о логике в данном аспекте, ведь её нет.       — Ладно, пошлите, всё равно солнце уже село. — Черён тянет их за собой, в новое воспоминание, которое отпечатается по своему в каждой из них.       Они проходят мимо ещё одного стенда, возле которого две девушки подзывали к себе, чтобы рассказать о новых книгах, вышедших недавно. Конечно там не были прямо печатные книги, а скорее ссылки на правильный сайт, с которого можно подписаться на автора, или же скачать электронную версию. Несколько ярких плакатов висели, что вероятнее всего было обложками к некоторым историям.       — Не пропустите! Новые главы ранчо вновь доступны!       — Так же вечная свадьба на повторе!       — И не забудьте о недавно завершенной истории купца!       Девушки останавливаются, и Хван приподнимает бровь — Купец?       Стоящая рядом Юна оживается — История про магию, любовь и смысл доверия. Там конечно ещё много разных и важных тем поднялось, но как-бы что-ли слишком запутанно.       — Ходят слухи, что автор возможно подкорректирует историю — добавляет Чхве, как раз рассматривая обложку данной истории.       — Интересно, — хмыкает старшая, представля девушку, что наверняка билась об стену от своего гениального решения. Наверняка таких же мазохистов найдется парочка.       — Тут можно найти много разных хороших работ, вот смотри. – Черён даёт ей планшет одной организаторши, показывая огромный список работ. Тут тебе расследование в лагере, небесное пророчество, офисные мифические существа, практики в больницах и многое другое, что тянется на многие страницы вперёд. Не соскучишся.       — Посмотрели, запомнили и пошли дальше. У нас вообще-то финишная прямая. — подходит Рюджин, что до этого рассматривала плакат, где был изображён какой-то странный камень со старых времен.       — Идём, идём. — оставляют данную лавку за спиной, покидая территорию университета.

***

      Под весёлые разговоры о жизни каждой из них, они доходят до нужного заведения, где уже толпилась очередь из студентов разной степени алкогольного опьянения. Кто на веселе, другие рыдали, а кого-то рвало. Яркии и самый реальный пример того, как выглядит настоящая пьяная ночка. А ведь может быть хуже – окончание университета, когда ты полноправно можешь отпустить себя во все тяжкие, и оторваться по полной. Вот только не всегда это заканчивается хорошо. Новости со всего мира фиксировало много летальных исходов, а также травмирующих случаев на данный промежуток времени. И Хван никак не хотела оказыватся в данных списках, поэтому держалась близко к девочкам, не замечая, как Рюджин всё время отгораживает собой, от проходящих мимо людей.       Проверив документы, их пропускают внутрь тотального хаоса, где музыка била из колонок тяжелым басом, заглушая даже собственные мысли.       — Идите займите столик, мы сейчас. — достаточно громко произносит брюнетка, перекрикивая музыку. Йеджи с Лией кивают, отходя к стенам, где в основном были девушки из разных компаний.       На противоположной части уже расселись парни, поглядывая изредка на строящих глазки веселых представителей женского пола, чей смех можно было услышать даже сквозь шум. Прожекторы разного цвета освещали помещение, придавая ему самые разные краски, а еле заметный струящийся туман под ногами стирал последнюю грань того, что они существуют на планете, чий будни посвящены бесконечной работе.       Через несколько минут подтягиваются остальные, ставя на стол напитки разного размера. Тут тебе соджу, виски, пиво, коктейли, шоты. Вообщем на любой цвет и вкус, ах да, ещё закуски – нарезанные фрукты.       — Не слишком ли много? — смотря на огромную кучу стаканов, интересуется шатенка.       — Это чтобы лишний раз не бегать. Кстати, это тебе, — подаёт яркий коктейль Рюджин, — Оно безалкогольное.       — Спасибо. — благодарит искренне, одаривая улыбкой — Я потом тебе обязательно верну.       — Лучшая награда, это чтобы ты насладилась вечером, — отмахивается Шин, беря в свою очередь стакан с виски, где ещё была добавлена кола.       — За этот вечер, — поднимает бокал Черён и все остальные поддерживают жест.       Следующии час напитки постепенно редели, а яркий румянец на щеках прибавлялся. Музыка сливалась со смехом, унося в далёкое блаженное состояние, где тело казалось легче пера, что способно упорхнуть куда-то далеко, не желая больше возвращаться. Градус в теле каждой был повышен, даже Йеджи решила позволить себе не держатся привычных рамок, а дать чувствам взять вверх. Хотелось просто не думать как она выглядит со стороны. Идеально ли она сейчас? Неважно.       Нужна лишь музыка, алкоголь и компания друзей, что утягивает на танцпол, откидывая последние капли рассудка. Наслаждаться танцем Черён, что двигалась под музыку как самая настоящая кошка, приковывая внимание окружающих. Она стала центром, и ей это нравилось – ощущать восхищенные взгляды незнакомых людей, слышать как Юна ободобряще кричит:       — Задай жару, Ли!       И она задаёт, выгибаясь так, что у всех пересыхает во рту в радиусе этого танцпола. Блузка маняще задирается немного вверх, оголяя подтянутое тело, где отчётливо были видны очертания пресса. Такую Черён, Хван видели впервые с начала их знакомства. Как такая тихая на первый взгляд девушка, могла быть настолько горячей? Как она могла улыбаться так довольно, когда получала новую порцию оваций от тех, кого не вспомнить следующим утром?       Ответ на эти вопросы Йеджи решает не искать, а только наблюдать за разворачивающейся картиной – рядом Юна с Лией решают распустить волосы, давая им свободу двигаться вслед за их телом, что поимало свои собственный ритм в этом безумном хаосе. Рюджин по другую сторону, прикрыв глаза и подняв голову под лучи неона, движется плавно, даже медленно по сравнению с окружающим миром.       Она наслаждаться настоящим, все они наслаждаются, давая телу течь в потоке наступившего момента. И Хван отпускает свою идеальной маску девушки, решая быть настоящей собой – ищущей чего-то большего, чего не могла объяснить сама. Может это ночь поможет показать ответ? Шатенка прикрывает глаза, слушая как только что зажигательная поп песня, сменяется на что-то тягучее, запретное, вкладывая один единственный смысл в предстоящий танец молодёжи. Наверняка парни с девушками будут прижиматься друг другу, желая чувствовать телом чужое, что также разогрелось от выпитого алкоголя. Возможно кто-то станет зажиматся в угле, не обращая на других внимания.       И на всё это, Йеджи было абсолютно всё равно, пока не ощущает на себе чей-то пристальный взгляд. Повинуясь внутреннему любопытству, кошачий прищур лениво проходится по студентам, останавливаясь на Рюджин, что сейчас танцевала с какой-то незнакомкой, чья рука медленно словно мёд, поднималась по блузке Шин, останавливаясь на её шее. Мир разом затихает, словно кто-то резко выключил музыку, оставив только картину происходящего.       Хван сглатывает из ниоткуда возникшийся ком в горле, и продолжает смотреть, чувствуя как внутри неё постепенно образуется отвращение. Горячее, не скрываемое, что одолевает её полностью, не давая и мизерного шанса как-то опровергнуть увиденную ситуацию. Она прекрасно видит — Рюджин не отталкивает незнакомку, но и не прижимает к себе. Просто танцует, не сводя взора потемневших омутов от возникшей из ниоткуда девушки с рыжими волосами.       А та получив своё внимание, расплывается в улыбке и кажется что-то шепчет, но старшая этого не слышит. Шин мило улыбается, и покачав головой, делает шаг назад, отпуская девушку дальше. Рыжая долго не горюет от потери, замечая рядом ещё более привлекательную красавицу – Черён, что продолжала свой собственный огненный танец. Ли заметив девушку, чий руки тянулись к ней, притягивает её ближе, окольцовывая руки на талии.       Хван готова поклясться, что услышала довольный вздох, сорвавшего с уст этого красивого но падшего создания. «Она из этих» Мысль ясная, яркая вспыхивает в её сознании, прогоняя весь туман из головы, и от этого ей становится тошно, буквально.       А незнакомка продолжала прижимается к телу, и уже собиралась спуститься к ногам Черён, как та словно протрезвев на мгновение, отрицательно мотает головой. Знак – она не хочет доходит до такого. Падшее создание принимает условие, и без лишних слов отправляет той воздушный поцелуй на прощание, делая шаг в сторону застывшей до сих пор старшей, чий только недавно расслабленные руки превратились в кулак.       Их взгляды встречаются. Хван видит — в взоре другой пляшут чертята. Из той самой преисподни куда это решило добровольно, по собственному желанию пойти. Пасть под грех, который не сотрётся никогда. Никакими молитвами. Поэтому заметив, как девушка делает шаг прямо к ней, Йеджи кривит лицо. Будто съела сгнившую дольку лимона, или наступила в говно, хотя так оно и было.       Старшая не видела перед собой нормальную девушку. Это было больно, хотя не понимала этого. Девушка отвергала любые правильные нормы человечности, продолжая падать всё ниже и ниже, утягивая за собой других здоровых людей. Незнакомка останавливается, понимая как на неё смотрели. С чистой ненавистью, нескрываемым презрезрением и что самое явное – с абсолютным отвращением. Рыжая от этого поджимает губы, а после быстро убегает с поле зрения Хван, чей вечер был окончательно испорчен.       Музыка вновь возвращается, больно ударяясь в сознание, и Йеджи опустив на секунду потяжелевшую голову, массирует виски, чтобы просто навсего успокоится. «Ты её прогнала, больше ты не увидишь это» Но стоит поднять голову, как мир меркнет. Застывает. Только сейчас старшая понимает вокруг каких людей она находится. Да, рядом танцуют её подруги, и незнакомые студенты, но по углам, в тенях, куда не доставали неоновые лучи и где скапливался туман, были они. Те самые грешные, в компаний своих же падших нелюдей.       Шатенка видит сквось толпу, как пара парней страстно целуется, словно это их последний день на земле. А рядом на диванчике, сидит девушка, на бёдрах которой сидела ещё одна, утягивая в глубокий поцелуй и зарываясь в волосы. «Ночная жизнь для них рай, и превращают они чужую жизнь в ад, сами того не замечая.» Слова матери как гром среди ясного неба, оглушают её так, что мутнеет в глазах.       И правда, это ад. Самый настоящий грехоподобный ад, где истинная сущность человека проявляется наружу. Извращая всё то, до чего дотянется рука искушения. От этого осознания, Йеджи начинает тошнит. Прижав руку ко рту, шатенка выбегает из бара, не обращая внимания на других веселящихся студентов, не видевших, или не понимающих всего этого кошмара.       Прохладный свежий воздух обволакивает лёгкие, давая вздохнуть глубоко. Тихий шум города кажется спокойным, по сравнению с тем местом, откуда она только выбежала. Старшая опирается на колени, пытаясь стереть из воспоминаний то, что только что произошло. Дверь в заведение вновь открывается, и оттуда появляются встревоженные девочки.       — Йеджи, с тобой всё хорошо? — Лиа подходит ближе, помогая выпрямится.       — Если бы с ней было всё порядке, она бы не выбежала оттуда, — комментирует Юна, но глаз со старшей не сводит.       Хван молчит, смотря в одну точку, чувствуя как Чхве медленно поглаживает её, успокаивая. Она может соврать, заверить, что просто голова закружилось, но что-то мешало этому. Запрещало утаивать, и быть честной с теми, кому было не всё равно на неё. «Они смогут меня понять» она верит в это, ведь они не могли быть такими. Сколько она не наблюдала все эти две недели, признаков греха не проявлялось.       — Я... ко мне...       — Кто-то к тебе приставал? — перебивает старшая Шин, и тут кошачий взор медленно переводится на неё. Что-то щёлкает внутри, и старшая понимает это только сейчас. Всё же началось с Рюджин.       — Почему ты танцевала с той девушкой так? — тон выходит неожиданно резким из-за бушующих внутри неё эмоций. Брюнетка непонимающе хлопает глазами, и Йеджи задаёт уже следующий вопрос Ли.       — Почему ты прижимала девушку к себе? Это же не нормально,       Повисает тишина. Даже кажется можно услышать отдалённые звуки музыки, но его прерывает нарочный кашель Юны.       — Онни, мы просто танцевали. Да, возможно это казалось не таким со стороны, но мы просто...       — Что просто?       — Наслаждались моментом, — уже тише завершает Черён, опуская взор вниз, чувствуя вину за свой же казалось на первый взгляд безобидные действия.       — Знаешь Йеджи, иногда просто приятно потанцевать в компаний прекрасной девушки, — произносит спокойно Рюджин, сощурив немного глаза.       Но Хван, что подверглась воочию увидеть своими глазами человеческие грехи, которых так пыталась остерегаться, больше не выдерживает. Где-то внутри неё лопается последняя капля самообладания, и из уст срывается:       — Даже когда девушка из этих?       — Ну лезбиянка она и что? Не утащила она меня в постель в конце концов,       — А ты бы согласилась? — не думая спрашивает старшая.       — Нет. Я её не знаю.       — Йеджи, она просто обычная девушка, которая... — пытается обяснить Юна, но её прерывает резко Хван, словами полных отвращения:       — Она не обычная девушка, она больная,       — Не смей так говорить, — брюнетка делает шаг вперёд — Ты ничего о ней не знаешь, и у тебя нет права судить другого незнакомого тебе человека,       — Защищаешь её? — шатенка не отступает, также не сводить взора с этих тёмно шоколадных омутов.       — Только её права. А теперь остынь, Хван. Я не хочу с тобой ссориться. — последнее Шин произносит тихо, вкладывая в эти слова веру, недавно появившейся дружбы.       Младшая права, Йеджи надо остыть, успокоится. Если продолжить этот спор, может потерять то, чем уже искренне дорожила. Лучше просто пойти домой, потому что обратно в этот ад не вернётся. Не сможет видеть тех, которых презирала всем сердцем.       — И я не хочу. — тихо шепчет она, позволяя напряженным плечам опустится под пристальным взором четырёх девушек, что узрели сегодня её истинное лицо.       Прошло всего-то две недели, а старшая ещё не успев показать себя с лучшей стороны, уже потеряла уважение. Она это чувствует, в этом самом безмолвии, что окружает их сейчас – под покровом ночи, где у каждой в мыслях наверняка крутилось «Так вот ты какая на самом деле». Хван виновата за свои же взгляды на мир, чувства, эмоций, которые этим вечером не выдержали событий. Только убрав маску идеальной девушки, сразу превратилась в никому не нужную девушку. Навярняка так и есть.       — Я пойду домой... можете дальше веселится, — Йеджи разворачивается, не смея смотреть в глаза тем, кого подвела. Стыдно.       — Может тебя проводить? — Лиа протягивает руку, и шатенка позволяет той опустится на её плечо.       — Не надо... Я хочу прогуляться... Увидимся в понедельник. — Хван уходит, чувствуя до самого поворота взгляды своих подруг, или они больше не были ими? Продолжение следует~