Романтизация у приёма Сатаны

"милая, душераздирающая, спокойная—музыка, что слышится в моих ушках. Музыка,которую я придумала сама, воспроизводя ее в собственной черепной коробке. Мелодия, сладкая и гладкая, подобна кукольной колебели, мелодии пугающего таинства. Она звучит вновь, раз в неделю эта мелодия посещает меня, даря с собой ощущение эйфории, вдохновения и небольших сгусток мурашек, распространяющихся по всему телу. В такие моменты я вижу иной мир, он подобен астралу сказок, окутан атмосферой романтичного, и даже несколько глупого очертания своих контуров, убегающих прямиком за горизонт, где когда-то восходило солнце—яркое, теплое, летнее, светив во все щелки, что лишь пару каких-то мгновений назад были темны и забыты. Взгляд на мир меняется. Кардинально меняется. Пускай и ненадолго, но на пару минут вдохновения я чувствую себя свободной птицей, распускаю свои прекрасные, полные оперения крылья, и лечу, ловя собой легкие порывы теплого ветра, обвалакивающие лицо, плечи, руки, и наконец, ноги. Чувствую свободу и непринужденность. Должно быть даже вижу бога, тянущего свои огромные чистые руки ко мне, желающие забрать меня, желающие вознести меня и превратить в божественное существо..." Мелодия прервалась, я округлила от страха глаза и резко села. В шоковом состоянии подумала снова: ".. Божественным существом". Всё как во сне, и всё как сказал Катсуки. Не может ли быть оно тем, что я и есть Божественное существо? Я осмотрела руки, прокручивая в голове единственные слова "Божественное существо". Крутились они в голове пару минут, пока я осматривала свои руки, земля уходила из под ног, голова кружилась и картинка перед глазами размывалась, становясь нечеткой, как заболевание, неимоверное чувство паники охватывало, чувство, что я "прозрела" тоже овладело, нечетко и тускло оно выводило меня из себя, как мелодия, что поражадала те же эмоции, она же и уносила меня нередко в потусторонний мир, тоже нечеткий, такой же тусклый и непонятный, тоже на короткое время. В видении своём появлялись мелкающие силуэты, кажущееся мне знакомыми, даже родными, но узнать кого-либо, разглядеть черты, хотя бы общие характеристики, мелкающего человека, было невозможно, только краски, отдаленно напоминающие что-то, бегали из стороны в сторону, меняясь оттенком, иногда даже цветом, или инверсией. Через пару минут цвета угасли, а мир, в котором я находилась, снова стал чётким и более ощущаемым, руки, а точнее ладони, кровоточили , когда я разщепила пальцы из кулака. Совсем не помню, как сжала его, но ладошки болели от царапин от ногтей. Лёгкие капельки, похожие на бусины, увеличивались,становясь всё более алыми, более видимыми и более проблемными, если бы они капнули куда-то на ткань. Вздохнув, от боли выступили слёзки , но я не уверенна точно, только ли из-за них это. Поднесла одну из ладоней ко рту и языком нежно слизала кристалик крови, металлический вкус ощутился не сразу, только в послевкусии, а царапка дрогнула под теплым, мокрым и чистым языком. В свое время, слеза скатилась по щеке, а я слизала кристалик со второй руки, после, вытерла щеку и глаза от воды тыльной стороной руки и осмотрела комнату. Было темно и жарко, воздух давил на внутренности, вытесняя наружу тебя отсюда, на волю к свежему воздуху. Так или иначе, все мои мысли заканчиваются тягой к свободе, будучи погрязшей в собственных оковах, не в силах выбраться и убежать, молю о покое, хоть и нахожусь в тишине, хоть и молчу и не слышу—не чувствую тишины. Сам факт ее есть, но душевная организация не ощущает ее присутствие, какое-то клокочущие чувство постояно раздирает, сжет, как огонь и доводит до слез.. Руки будто обжигало пламенем изнутри, хотелось приложить их ко льду, а после смотреть, как под давлением расцарапанной кожи он превращается в воду с примесями крови. Но льда не было, было лишь окно, за которым, на внешнем подоконнике, лежит небольшая горочка, наверное, недавно выпавшего снега. Как только эта идея вспыхнула в голове я вытерла щеки от новых слёзок и подошла к окну. На нём, как ни странно, была ручка, и чтобы открыть окно, нужно было взять ее и повернуть направо.. А значит, оставить пятна крови. С правой руки я вновь слизала кровь, которая уже не образовывала кристалики,а целые лужицы своей жижи, металический вкус, ощутимый на рецепторах в несколько раз сильнее, чем прошлый раз, позвал за собой рвотный рефлекс, но не настолько значимый, чтобы перерости в настоящую мерзость. С трудом проглотив, потянулась к ручке, а прикоснувшись к ней в руку ударил жар боли и одновременно последовало краткое охлаждение. С несколькими усилиями и спустя пару кряхтений, окно окрылось, впуская свежий, но холодный, даже несколько морозный воздух в комнату, развивая собой полупрозрачные занавески, развивая их как крылья прекрасной бабочки, не человечких мастшабов. А на подоконнике снег всё-таки был, но таковым его трудно назвать, под солнцем он начал таить, но из-за ветра и минусовой температуры у него это получилось посредственно, поскольку сейчас я вижу лишь льдинки, плотно склееные между собой. Сути не меняло, что оно холодное. Прислонила руки ко льду, грязному и полному микробов, но облегчение накатило по всему телу, засталвляя меня невольно простонать.. Боль вывела меня из раздумий, которые захватывали мой разум полностью, однако, стоит боли утихнуть как всё вернётся снова. Придется подождать когда царапки затянутся богроватой корочкой, но тогда всё повторится снова. Паника, помутнение рассудка, осознание чего-то масштабного, непроизвольное самоповреждение и вот опять, будк стоять и охлаждать раны, которые едва перестали кровоточить... Возможно, стоит выпить какие-нибудь успокоительные.. А значит, ещё один повод прийти к Катсуки.. Увидеть его приятное, немного румяное, лицо, с мешками под глазами и бликами очков в толстой оправе, небрежные розовые волосы, переливающие в середине к белому, и импровизированные медвежьи ушки из волос.. Всё в его внешности притягивало меня, не то что Ник.. По своему они отличались, практически всем, Катсуки, по натуре своей, спокойный и умный, а ник настоящее изщадие ада.. То напьётся, то станет причиной ДТП, то иногда приходится слушать ее бредни, после передозировки, то смотреть за последствиями его попыток су.. Почему он жив? Резко задумалась я, действительно задумалась. Он столько раз получал травмы, такие, какие бесследно не могут зажить, такие, после которых не выживают, так почему он из раза в раз выглядит так, будто каждое утро просыпается "как новенький", как новый человек, цель которого убить себя? Я не задумывалась об этом, должно быть, слишком смирилась или слишком погрязла в грёзах, а может, как-то пропускала это осознание мимо себя, не пытаясь, не то что не удержаться, а банально проигнорировать самый очевиднейший факт его гибели, факт его бессмертия, и факт всякого безразличия Катсуки. Кажется..Причин идти к Катсуки действительно много. Мы всегда сидим друг напротив друга, я любуюсь его лицом, его аурой, за чашкой горячего чая, который никогда не допью, а после снова вернусь, и повторю тоже самое, что и пару минут назад.. Возможно пару часов, либо же пару дней или лет.. Время для меня идёт слишком быстро, чтобы искать какие-то там факты о Нике, Кастуки, Боге или о чем-то ещё совсем незначащем. Я посмотрела на руки. Пальцы и ладошки были покрыты влажной оболочкой ото льда, кровь уже не текла, а боль забылась и растворилась в недрах мозга, издалека лишь пульсируя ее воспоминанием, угосающимся каждым мгновением. Отряхнула руки от влаги и закрыла окно, в комнате действительно похолодало. Подошла к столу, октрыла тумбочку, и там лежали разные вещи, между собой никак не связанные.. Старые проводные наушники, с оторванным проводом снизу, носок, кажется мой, мне видимо не хотелось его убирать, смятый листок, с содержимым, полное ужаса.. А в уголочке, сложенными друг на друга лежали перчатки без пальцев, которые я ни разу не одела, но всегда когда видела их, то они манили, своей простотой, своей романтизацией из образов людей, своей хорошей задумкой и простой реализацией. Смотря на них появляются противоречивые мысли, вроде бы они выглядят резко и грубо, а вроде и ничего такого. Просто и легко, но в то же время стильно.. Именно так я и видела эти перчатки, сложеные друг на друга, чисты и невинные, девственные своей неиспользованностью, но и грязные от слоя пыли. Взяв их в руки, отрехнув от пыли, я их одела, тут же скрыв свои царапки.. Я улыбнулась, ведь никто теперь не будет волноваться, потому что не увидит.. Но от ответственности это меня не отрекает, самоистязание это грех.. И гореть мне в аду, за такие шалости.. Пока что я не там, и думать об этом смысл пропадает, я поплела к двери и открыла. Пошла вниз —к Кастуки. Легким ветерочком сзади, я спускалась вниз по лестнице, наступая на холодный деревянный пол босыми ногами, торопясь спустилась, как столкнулась с Ником, врезавшись в его грудь —ой, ты куда так несёшься? он приобнял меня, едва я коснулась его тела. Я не ответила, отодвинула его от себя руками и посмотрела в лицо. Его глаза были красными, уставшими, с мешками под глазами. В мыслях вспыхнула его возможная кончина, я вздрогнула, немного напугавшись, обошла его и направилась искать Катсуки, сказав ему напоследок: —спешу. ушла от него, завернула на кухню. Пусто.. Его вовсе не может быть здесь, но я не могу не поискать. Пошла по комнатам, в зале тоже не оказалось. Подошла к кабинету отца, перед дверью встала, смотрю на ручку. В детстве, мать не разрешала туда ходить, но отец иногда брал меня с собой, в тайне от матери, она почему-то была против. Мы были вместе с ним, он показывал некоторые счета своей работы, которые я непонимала, но заинтересовано считала уже посчитанные цифры, после он включал разные мультфильмы на компьютере.. Он, очевидно любил меня больше, чем матерь, хоть и времени у него на меня не оставалось.. Потянулась за ручкой, вошла внутрь, здесь осталось всё по старому, но пыльно и забыто..Стоило бы здесь прибраться..Но не сегодня и не сейчас. Вышла, закрыв дверь, направилась на второй этаж, опять. В комнату родителей заходить не захотела. Поднялась снова по лестнице, пошла в глубь, в комнату пребывания Катсуки.. Открыла, его там тоже не оказалось, однако, вошла внутрь.. Закрыла дверь, в нос ударил запах..Его запах. Вкусный, чистый, с ноткой сладкой ванили, как его взгляд.. Сладкий.. Мягкий.. Добрый.. Посмотрела на его кровать, осматриваясь, в комнате опрятно и чисто. Мой взгляд упал на стол. Я подошла к нему.. Небольшой стопочкой лежали какие-то бумаги, а поверх тетрадочка в мягкой обложке с ручкой. Стало любопытно, да и будь это что-то важное, Катсуки бы не забыл его, верно? Вот я так и подумала.. Рукой потянулась к ней, взяла. Голубая мягкая обложка приятна на ощупь, пальцами аккуратно прошлась по всей длине, немножко потыкала ее, а после открыла, полистала пару страниц.. Написаны разные даты.. Я остановилась на последней исписанной странице, вчерашней.. "все следует по пророчеству, в точности как говорила она. А я ведь ей не верил, хотел надеятся, что это не так, ох, как же мне бы хотелось, чтобы хотя бы она жила жизнью человека. Видимо, именно мы нужны им. Осталось 2 дня. Пускай пророчество будет ложным. Мне не хочется терять её." А затем снизу написано "доза 4 таблетки, состояние: нестабильное, часто пропадает из дома. Нужно повысить дозу до 6 таблеток." О ком может идти речь? Интерес захватывал, глаза невольно читали торопливый почерк. Я никаких таблеток не пью.. Но пророчество.. Хочется узнать больше. Я полистала тетрадь, пробежалась глазами, и осознав что там много записей, села на кровать, читая строчки. запись 101. "секс с богом продлевает жизнь. По крайней мере, они мне так сказали..." запись 95. " я рад что мы дружим.." запись 82. "ее глаза похожи на зеленый лес в самой своей призеленой поре, где есть пушистые призеленые елочки, красивые зеленые березовые листочки, и свежий воздух, обитающий вокр...." Я не успела дочитать, дверь отвролиась, это пришёл мой Катсу.. Я сразу же отбросила тетрадь, он недоуменно смотрел, но по доброму.. —Наталис? Ты чего тут.. читаешь?? Щеки невольно покраснели, я неуверенно отвела взгляд и ответила: —Извини.. Он вздохнул и подошёл —как много ты прочитала? спросил он —немного, пару страниц.. Не полностью... После он сел рядом —зачем? снова спросил он, в его голосе всё ещё слышалась ласка, я осмелилась посмотреть на него и трепетно начала говорить: —Пророчество! Это могу быть я? Да? ты что-то знаешь и молчишь, а я переживаю!! и Ник.. Ник... Кто он? почему-то не умирает? что с ним? ты же знаешь,да? Он взял меня за плечи и перебил: —Успокойся, я ничего незнаю, лишь предполагаю.. Этот ответ меня не удовлетворил, потому я продолжила спрашивать: —но там же написано.. Кто-то тебе сказал это, кто? Он улыбнулся, приобнял, немного приблизившись ко моему лицу —мне снятся разные сны, и там мне всякие расскзаывают что-то.. Слова его звучали неубедительно, впрочем, его запах затмил мой разум, когда он приблизился ко мне.. Лицо его красивое, правда, очки мешали. Руки потянулись к его лицу, снимая с него очки. Привычное дело для меня, невозможно его хорошо рассмотреть с очками, линзы которых отсвечивали блики, отвлекая внимание. Сняла положила их на прикроватную тумбочку, взяв его за плечи, беспокойно смотря. Его руки спистились к моей талии, он все ещё мило улыбался, а я рассматривала его лицо.. Небесно-голубые глаза завораживали, но мешки снизу, подобны тягучей грязи после дождя, несколько мешали, но не портили его портрет.. Он потянулся ко мне, ближе, а я не отталкивала. После он коснулся моих губ своими, сухими, но скоро стало влажно и он отстранился, положил руку мне на щеку, погладив. —успокойся пожалуйста, всё будет хорошо, со мной точно.. Ласково проговорил он.. Он давно любит меня, по крайней точно испытает симпатию. На счет себя я очень неуверенна, мне нравится он как человек, но не как партнёр.. —...Глаза похожи на зеленый лес..Кто она? Неужто...Я? спросила я его, уже зная ответ, спрашивая лишь для подтверждения. Он улыбнулся шире, но более неловко, чем раньше. —Да, про тебя..Твои глаза очень красивые. Ответил он, вновь поцеловал меня. Я поддалась вперед, обняв его за шею. В этот раз было более влажно, его вкус приятно распространялся по всей ротовой полости. Отсранившись, я посмотрела на него, внимательно. Он слишком привлекательный. Присела на его колени, играясь с его волосами, что длиннее, чем у нормального парня. Затем сняла его резинку, распределяя волосы на плечи. Розовые локоны немного свисали с них. —что ты делаешь? Спросил он, когда уже ерошилась его челка, на что я молча пожала плечами. Он взял меня за подборок, подтянул и снова поцеловал, я ответила. Его рука потянулась к моей груди, а когда она оказалась там, я поспешила его отолкнуть от себя и разорвать поцелуй. Выпрямила руки на его груди. —Не трожь! Маленькие... Я стеснялась своей маленькой груди, тем более перед ним, таким прекрасным и красивым. —Она прекрасна.. Расстроено посмотрел он на меня, от чего стало жалко. Аккуратно уложила руки на его плечах, уже не сопротивляясь, но дико смущаясь, отвела взгляд. Он повторил это опять, положил свою большую ладонь на правую грудь, начиная мять в руке. Я смотрела в бок, он снова поднял меня за подборок и мне пришлось взглянуть на него. Он уже выглядел не невинно, а как-то иначе, да так иначе, что снизу что-то кольнуло. Снова поцеловались, и прижималась ближе, понимая к чему это ведёт.. С каждым мгновением он мял всё интенсивнее, из-за чего внизу кололо и становилось странно.. Остранились, он полез мне под футболку теплой рукой, теплее моего тела, и сразу же сунул вторую, такую же теплую. Футболка задралась, а он потянулся за спину, растёгивая лифчик. Голая грудь, небольших размеров, плюхнулась вниз, а он убрал снятое белье назад, смотря на грудь. После его руку оказалась поверх, мял, доставляя удовольствие. Тяжёлые вздохи выходили из моего рта, когда он коснулся моих сосков, я простонала и прижалась к нему, но он не останавливался, надавливал, оттягивал, а я издавала смущающие звуки, кутаясь в волне удовольствия. Тут уже мне захотелось поцеловать его, я подтянулась к лицу, а после — к губам, он не отпрянул, ответил. Было мокро, сквозь поцелуй постанывала от его движений, а сама целовала рот его. Отстранилась, продолжая постанывать, снизу что-то упиралось.. Он убрал руки, подхватил меня и мы оказались в лежачем положении, он обнимал меня рядом, вновь поцеловав, но теперь он тянулся руками к моим шортам, а точнее туда, что под ними. Пролез под белье, и начал гладить. Возбуждение и жар сочились отовсюду, особенно изо рта и снизу. Он целовал грубо, переплетаясь языком со мной, слюнки текли по подбородку. Он отстранился, я прижалась к нему ближе, постанывая. Он сунул палец, я простонала громче, сдерживаться было сложнее, очень скоро он сунул второй, вот тогда стало по-настоящему жарко, постанывала громче и чаще, а он ускорился, внизу стало очень мокро, что походило на водопад.. Вторая рука окозалась на моем соске, он в двойную ласкал меня. Я кончила, изогнувшись и прижавшись ближе, как только он понял это, остановился и убрал руки, но ненадолго, потянулся в тумбочку. Я смотрела за ним, отдышиваясь. В голове всплыли отрывки его записей "как зеленый лес".. Должно быть, для него я пахну лесом.. Сейчас он растёгивает ширинку штанов, а я думаю дальше.. Возможно, я пахну лесом после дождя, или скошенной травой. Уже стягивает свои боксеры..Его размеры.. вообще влезут в меня?.. С ноткой страха я смотрю, как он натягивает презерватив. Когда он закончил, посмотрел на меня и спросил: —.. что у тебя за перчатки? Только сейчас их заметил. Как водой окатило, я совсем забыла об этом, но скрывать уже поздно. Я промолчала и медленно их сняла, показывая затянувшиеся царапки. Он вздохнул: —разберусь с этим позже, ты готова?. Я неловко кивнула и он надвис сверху, снова поцеловал и потянулся снимать низ с меня. Мои ладошки побежали вверх по его худым рукам и дошли до плеч, на которых уже не оказалось футболки...Я не заметила, когда он снял ее.. У него прекрасное невинное тело, хоть теперь его таковым назвать сложно, поскольку он владеет непристойностями, но по прежнему остаётся аккуратным, красивым и теплым.. Невероятно тёплым.. Я прижалась сильнее, а он головкой ласкал меня снизу, нерешаясь, словно, войти. Поцелуй прекратился, и он начал входить. Закинул одну мою ногу ему на бедро, чтобы было удобнее, и вошёл.. Я тихо простонала. Он вошел медленнее и аккуратнее, чем пальцами, от чего я смогла сосредоточиться. —..начинай.. прошептала я, и он задвигал бёдрами, я начала постанывать. Было очень жарко и горячо, особенно внутри. Его орган был такой же горячий, как и он сам. Я до сих пор осталась холоднее его. Через время он вошёл глубже, почти до конца и ускорился, спустился к моей шее, начиная целовать ее и покусывать, заставляя меня лишний раз простонать. Я была, на удивление, тихой, но он не унимался, будто желал слышать меня громче и лучше: целовал мою шею, трогал грудь, разок даже прикусил мочку уха. Через пару минут он сел и раздвинул мои ноги сильнее, войдя до конца. Я вновь простонала и он задвигался в прежнем темпе. Грудь прыгала, хоть и была небольших размеров. Принюхавшись, почуяла ваниль, исходившую от него, теперь он наполнял меня ею, наполнял весь мой зеленый лес своей ванилью, сладкой и вкусной, с нотками страсти. Он ещё больше ускорился и я кончила, застонав громче.. Наверное, Ник уже услышал, ведь живет за стенкой комнаты моего Катсу, но мне нет никакого дела, когда меня ебет этот прекрасный ванильный парень. Мои чувства дошли до пика, я извивалась, изгибалась, из меня чаще что-то вытекало и текло вниз по ягодицам. Ещё несколько быстрых толчков и он остановился..Кончил.. Наполнил меня ванилью, словно булочку в магазине. Словно сырок с таким вкусом.. Смешал в блендере со своим запахом, перемолол.. Я последний раз вздохнула, и он вышел. Веки опустились и я очень тяжело дышала, жадно хватая воздух ртом. Глаза открыла, когда он лег рядом со мной, обняла, уткнувшись в его грудь.. Взамен он начал поглаживать мою голову и укрыл, точно зная, что я замёрзну.. Блаженство.. Настоящее блаженство.. "секс с богом продлевает жизнь", он точно бог..Мой бог, мой прекрасный ванильный бог.. Но он что-то скрывает, не говорит мне. Решил так отвлечь меня. Но ничего, я всё узнаю сама. Про Ника, обязательно спрошу. Мелодия снова напала, прямо после пика удовольствий.. Обожгла тело мурашками и небольшой дрожью, которую успокоил Катсу. В его объятиях я уснула, а он что-то прошептал мне напоследок.. запись 101. секс с богом продлевает жизнь, по крайней мере, они мне так сказали, но не дали проверить на себе. Однако, жизнь моя стала длиннее, после одного раза с Лисом. Так сказал мне Он.