Долгий путь домой

На следующий день, вскоре после полудня, Наруто потерял равновесие и свалился в куст. Весь день Наруто был излишне тихим, прямо как и накануне, и это начинало действовать Саске на нервы. Саске никак не мог точно понять, почему молчаливый Наруто всегда так сильно его бесил, но факт оставался фактом. Вероятно, потому что Наруто бывал таким только тогда, когда либо глубоко о чем-то задумывался, либо смущался, либо и то, и другое вместе. Обычно это приводило к неловкости и возможным глупым вопросам, а Саске ненавидел оба этих исхода. Непрекращающаяся болтовня Наруто, хоть и продолжала слегка раздражать, была куда лучше такой альтернативы. И по какой-то причине то, что Наруто молчал (хотя обычно трещал без умолку), делало эту тишину еще более гнетущей. Вчера Саске попытался разрядить обстановку, подкалывая его, но с треском провалился. Делать вид, что ничего не случилось, вроде как сработало, когда ему не удалось затеять ссору, поэтому он решил, что это, вероятно, лучший план действий и на сегодня. Единственная проблема заключалась в том, что вести себя так сегодня было довольно сложно. И всё из-за того, что произошло прошлой ночью. И Наруто был не единственным, кого это беспокоило. Ладно, у Наруто встал. Не в первый раз. Но впервые он при этом был абсолютно трезв. До прошлой ночи Саске был совершенно уверен, что произошедшее на фестивале было лишь кульминацией алкоголя и фрустрации. Но Наруто был трезв и, благодаря своему «личному времени», не должен был изнывать от дикого напряжения. И всё же, почти без каких-либо усилий со стороны Саске, он не на шутку возбудился, и произведенный эффект оказался не таким уж и отталкивающим. Это тоже не давало Саске покоя. Во многих смыслах это была совершенно новая территория для Саске. Он никогда не позволял себе сближаться ни с кем так, как начал сближаться с Наруто, несмотря на все свои попытки держать дистанцию. И причины, по которым он отказывал себе в чем-то столь простом, казались теперь очень далекими; более того, они становились всё более призрачными, чем больше они путешествовали вместе. Но приятельские отношения — это одно, а вот это было... совершенно другим. Ведь так? Ему казалось, что это должно было выбить его из колеи куда сильнее. Ему казалось, что он должен был по меньшей мере разозлиться, но он был... заинтригован, причем совершенно неожиданным для себя образом. Его самым первым порывом должно было стать желание высмеять Наруто, несмотря на ту его односложную мольбу не делать этого. И он не был уверен, почему не воспользовался возможностью поиздеваться над ним, наорать или сделать что-то в этом роде. Конечно, то, что на днях Наруто обмолвился, как сильно жалеет о своей откровенности, возможно, заставило Саске придержать язык на этот раз. К тому же, возможно, это была просто случайность. Возможно, Наруто в тот момент думал о чем-то совершенно другом. В конце концов, Наруто же нравились девчонки, верно? Саске не был в этом уверен даже насчет самого себя. Он вообще не особо об этом задумывался. Он ненавидел почти всех, с кем ему приходилось контактировать, как мужчин, так и женщин, и до этого их затянувшегося путешествия был настолько зациклен на своем темном прошлом, что не было ничего удивительного в том, что вещь, которую он до сих пор считал чем-то тривиальным, не заставляла его останавливаться и рефлексировать. Если уж быть до конца честным с самим собой, то до сих пор был только один человек, которому удалось пробраться ему под кожу в плане сексуального интереса. Саске просто списывал то, что он так завелся, на то, что он впервые оказался в подобной ситуации с кем бы то ни было. Он просто отказывался позволять этим мыслям всплыть на поверхность, потому что этим единственным человеком на самом деле оказался Наруто. Из всех людей на свете. И, как ни странно, казалось, что эти порывы зародились еще до того, как они вообще добрались до заведения Морио. В ту ночь, когда Наруто поцеловал его в щеку, он так и не смог нормально уснуть: воспоминание об этом мягком прикосновении к коже заставляло его ворочаться всю ночь напролет. Тогда он не понимал почему, но теперь осознал: просто раньше никто и никогда не делал с ним ничего подобного. Никто не осмеливался, и Саске это вполне устраивало. Но именно поэтому всё, что произошло потом, стало для него чем-то вроде соблазнительной дразнилки. Конечно, он наотрез отказывался верить, что дело было именно в Наруто — это было бы слишком дико. Но сами прикосновения были в новинку и волновали так, как он никогда прежде не испытывал. В ту пьяную ночь на фестивале он в кои-то веки позволил искушению взять верх и пожалел об этом в ту же секунду, как всё закончилось. Вплоть до этого момента. На самом же деле он задавался вопросом: а не перестал ли он сожалеть о потере контроля просто потому, что, как оказалось, он был не единственным, кто испытывал здесь легкую фрустрацию? Наруто вполне мог чувствовать нечто подобное, наслаждаясь острыми ощущениями от нового опыта (как минимум), и от этого логическая часть мозга Саске начала задумываться: а так ли уж плохо будет снова позволить контролю дать слабину? Похоже, ему всё-таки нравилось, когда к нему прикасались, и впервые в жизни мысль об этом больше не бесила его до зубовного скрежета. Раньше он ненавидел это так сильно, что даже когда Наруто только начал переходить границы, его первой, рефлекторной реакцией было вспылить и раздраженно ощетиниться. Возможно, всё-таки имело значение то, что Наруто, казалось, понимал, где проходит грань «слишком далеко». Легкий поцелуй в щеку мог вызвать у Саске раздражение из-за неожиданного проявления нежности, но он никогда не делал этого на публике, и уж точно никогда не вис у него на руке, как это делало в прошлом множество девчонок с влюбленными глазами. Кроме того, большинство его действий, казалось, были направлены скорее на то, чтобы доказать свою правоту, и Саске по крайней мере мог оценить стоящее за ними намерение, даже если порой был не в восторге от последствий. Саске остановился на дороге, рассеянно поднял взгляд на дерево, усыпанное его любимыми фруктами, и нахмурился. Возможно, он просто сходил с ума. — Хочешь, я достану тебе немного фруктов? — спросил Наруто, когда показалось, что Саске не горит желанием тянуться за ними сам. Саске замешкался лишь из-за своих мыслей, но теперь увидел, что имел в виду Наруто. Фрукты на дереве висели не на расстоянии вытянутой руки, и ему пришлось бы встать на цыпочки, чтобы иметь хоть какой-то шанс дотянуться даже до самого нижнего плода. А вокруг основания дерева росли густые колючие кусты; по прошлым мелким стычкам они уже знали, что их шипы вызывают легкое жжение при царапинах, так что о том, чтобы залезть на дерево, не могло быть и речи. Саске мгновение разглядывал Наруто. — Ты ничуть не выше меня, — заметил он. — С чего ты взял, что сможешь дотянуться, если я не могу? Наруто пожал плечами и ничего не ответил, что было, мягко говоря, ненормальным поведением. Они оба были соперниками по натуре, и Наруто вполне мог бы использовать этот вызов как способ повыпендриваться. Но из-за отсутствия показной бравады Саске решил, что это предложение скорее связано с тем, что Наруто чувствует себя виноватым за прошлую ночь и хочет хоть как-то перед ним загладить свою вину. Саске взвесил все «за» и «против» того, чтобы позволить ему это сделать, и решил, что почему бы и нет. Если от этого Наруто станет легче, то, возможно, это прекратит непрекращающееся молчание и вернет ему его привычный хвастливый настрой. Поэтому Саске просто жестом дал ему добро, отчего Наруто сначала выглядел удивленным, а затем довольным. — Но если свалишься в колючки, сочувствия от меня не жди, — сказал ему Саске. Наруто широко улыбнулся впервые со вчерашнего дня, подошел к самому краю колючего кустарника, потянулся вверх и еле-еле сумел задеть фрукт самыми кончиками пальцев. Осмелев, он встал на цыпочки, потянулся вверх и вперед, изо всех сил стараясь ухватиться за плод. Ему это удалось, но когда фрукт оторвался от ветки, он потерял равновесие и полетел вперед, прямо в колючие кусты. Наруто, возможно, стал куда более неуклюжим в эти дни без своих усиленных чакрой рефлексов, но он всё же умудрился вывернуть тело так, чтобы не влететь в колючки лицом. Тем не менее, когда он упал, он всё равно вскрикнул. Саске подошел и встал над ним, пока тот пытался выбраться из куста, стараясь не покалечиться еще сильнее. — Ты ведь когда-то был ниндзя, верно? — Черт возьми, теме, просто помоги мне. Саске помог Наруто выбраться из куста и едва ли не поморщился, оглядывая его. Казалось, штаны задержали бóльшую часть шипов, но тонкая футболка не послужила никакой защитой. То тут, то там в его кожу — на левой руке, кисти и боку — всё еще впивались колючки. Несколько штук даже вонзились ему в шею и сбоку на лице. Однако, что поразительно, он протянул Саске фрукт, который пережил падение в кусты, казалось бы, совершенно невредимым. Наруто умудрился улыбнуться, несмотря на боль и неловкость. — Пустяки. Они разбили лагерь на первом же подходящем месте у реки, которое смогли найти. Шипы оказались с зазубринами, и, вырвав парочку, Наруто решил подождать, пока не сможет сесть, прежде чем выдергивать остальные. Саске не чувствовал себя виноватым из-за этого инцидента. Наруто, возможно, и пытался достать для него этот фрукт, но, насколько мог судить Саске, именно Наруто сам нырнул головой в колючки, так что он отказывался позволять себе испытывать за это вину. Но после двадцати минут прослушивания череды шипений и болезненных кряхтений Саске сел рядом с ним и велел лечь на бок. — Это просто колючки, Саске. Я сам справлюсь. — Я не буду повторять дважды, — сухо ответил Саске. Со вздохом Наруто наконец сделал, как ему велели, и лег на бок, спиной к Саске, пока тот склонился над ним и начал вытаскивать шипы. Эти штуки жглись, как муравьиные укусы, когда ими просто царапаешься, так что он мог лишь представить, каково это — когда в твою кожу впилась целая куча. Наруто уже вытащил бóльшую часть тех, что были на руке, шее и лице, так что Саске занялся его торсом. Вытащив последнюю, он задрал футболку Наруто, чтобы оценить масштаб повреждений. Как и следовало ожидать, шипы оставили на его коже воспаленные красные волдыри. Лицо, впрочем, пострадало не так сильно — вероятно потому, что эти колючки Наруто вытащил в первую очередь. Саске положил руку на бедро Наруто, чтобы опереться и наклониться поближе, но чрезмерно теплая кожа под ладонью сильно его отвлекала, пока он пытался осмотреть волдыри на предмет признаков того, что шипы могли оказаться ядовитыми, если бы их оставили там слишком надолго. Пытаясь отвлечься, он легко провел пальцами по волдырям, отчего Наруто снова зашипел. — Тебя не тошнит? — спросил Саске. — Не-ет, — как-то странно протяжно ответил Наруто, вытягивая шею, чтобы посмотреть на Саске. — А тебя? — С чего бы меня должно тошнить? — Потому что твоя, эм, рука... Саске нахмурился, пытался понять, что Наруто имеет в виду. Затем он сосредоточился на том, что делает, и немедленно замер. Его правая рука, та самая, что лежала на бедре Наруто, медленно поглаживала гладкую кожу. Ему не казалось, что движение было таким уж сильным, но было просто ужасно осознать, что он делал это бессознательно. Если его рука и дальше будет вытворять подобные вещи сама по себе, ему придется ее отрубить. — Значит, ты это почувствовал? — быстро сориентировавшись, спросил Саске. — Э-э, да. — Вот и отлично. Если ты чувствуешь прикосновения и тебя не тошнит, полагаю, шипы всё-таки не были ядовитыми. — О. Ну да, это хорошие новости. Жжет, правда, адски. — Тогда тебе стоит отмокнуть в реке. Возможно, вода заставит тебя перестать ныть. — Ладно, хорошо. Мудак. Наруто встал и потянулся, стянув футболку. Он уже начал снимать штаны, когда понял, что Саске не сдвинулся с места и всё еще сидит перед ним, наблюдая. — Ты не идешь? — спросил Наруто. Саске был слишком занят попытками осмыслить произошедшее, чтобы нормально расслышать Наруто. — Что? Зачем? — Ну, потому что я, э-э, твой должник, помнишь? Саске почти забыл об обещании, которое Наруто дал прошлым вечером. И теперь, учитывая то, чем он сам только что неосознанно занимался, он не был уверен, хочет ли он сейчас отвлекаться на это или нет. — Как скажешь, добе, буду через минуту. Эта часть реки была мельче остальных. Даже если сидеть на дне, вода едва доходила до груди. Поэтому, намочив волосы, они уселись — Саске спиной к Наруто, а тот, как обычно, принялся мыть ему голову. Что было не как обычно, так это то, что он при этом чувствовал сегодня. Неужели всегда было так, а он просто не замечал, или же сегодня Наруто намеренно делал что-то иначе? Саске в этом сомневался, но по какой-то причине этим вечером он ощущал каждое прикосновение чуть острее обычного. В последнее время он обнаружил, что этот ритуал расслабляет его совершенно непостижимым образом. Наруто вынудил его признаться, что ему нравится эта процедура, и Саске не мог долго это отрицать. От сильных пальцев, перебирающих его волосы, по шее и вдоль позвоночника бежали мурашки. Мягкое потягивание за волосы и массаж кожи головы действовали на Саске как полный «выключатель» мыслей, и он наслаждался этим куда больше, чем когда-либо мог себе представить. Но сегодня отключить мысли оказалось немного сложнее, чем обычно. Он чувствовал, как нежные, но твердые пальцы Наруто скользят по коже головы, время от времени задевая шею и потираясь об уши, и это... отвлекало. Его и вовсе шокировало, когда Наруто подался вперед, прижавшись теплой грудью к спине Саске. Саске почувствовал на своей щеке поцелуй «в знак благодарности», прежде чем Наруто снова отстранился и продолжил свое занятие. — Это еще за что? — напряженно спросил Саске, чьей спине вдруг стало очень холодно от потери контакта. — За шипы. Мне уже гораздо лучше. — Было бы вообще отлично, если бы ты перестал быть таким чертовски неуклюжим, — огрызнулся Саске. — Тебе даже не нравятся эти фрукты. — Нет, зато нравятся тебе. Я решил, что в долгу перед тобой. Сначала Саске не ответил. Он не хотел говорить о прошлой ночи. Но затем что-то в этом объяснении по какой-то причине не давало ему покоя. — Ты хочешь поблагодарить меня за то, что я не был мудаком? — Ну, я же знаю, каких нечеловеческих усилий это от тебя требует, — легкомысленно отозвался Наруто. — Тц. Как скажешь. Саске позволил голове слегка откинуться назад, наконец-то почувствовав, как расслабляется еще больше. По крайней мере, Наруто не отлынивал от своего обещания. Он сидел и перебирал пальцами волосы Саске без лишних разговоров или жалоб, и через некоторое время Саске настолько расслабился, что его начало клонить в сон. Он проснулся чуть позже, полулежа в воде. Прохладная вода омывала его грудь, а к спине и бедрам прижималось чужое тепло. Было приятно просто лежать так, неподвижно и расслабленно. Ровно до того момента, пока он не осознал, почему его спине так тепло. С этим осознанием он мгновенно пришел в себя: глаза распахнулись, он резко сел, а его ладони вцепились в теплые, вытянутые под водой ноги, на которых они до этого бессознательно покоились. Это были не его ноги. Очевидно, он уснул, привалившись спиной к Наруто, который вытянул ноги по обе стороны от Саске и уперся руками сзади, чтобы им обоим было удобно и они не завалились, пока Саске спал. — Ты на мне заснул, — оборонительно проговорил Наруто, словно почувствовав раздражение Саске при пробуждении. — Мог бы и разбудить, — обвиняющим тоном бросил Саске, поворачивая голову и косясь на человека позади себя. Наруто пожал плечами. — Ты выглядел очень довольным. Но эй, Саске, не мог бы ты отпустить? Если вцепишься ногтями еще сильнее, пойдет кровь. Саске ослабил свою мертвую хватку, но не стал убирать руки совсем. Кожа под пальцами была гладкой и приятной. Он вдруг понял, что не хочет убирать руки. Несмотря на шок от собственного поступка, Наруто был прав: ему действительно было очень комфортно. — Да ладно тебе, Саске, пусти. Я был не против поработать твоей спинкой кресла какое-то время, но теперь ты проснулся, и мне надо размяться. У меня задница затекла. Саске подчинился, подавшись вперед в воде и нырнув с головой, чтобы смыть остатки мыла с волос. Когда он резко вскинул голову обратно, послышался удивленный вскрик. — Бля, теме, смотри, куда брызгаешь! Саске уже собирался выдать язвительный ответ о том, как глубоко ему плевать, когда почувствовал, как чьи-то пальцы перебирают мокрые пряди его волос, а костяшки пальцев время от времени касаются затылка. Этого ощущения хватило, чтобы по плечам пробежала дрожь. — Твои волосы становятся довольно длинными, — заметил Наруто. — Ничего они не длинные. — Ну, ладно, не «длинные-длинные». Но длиннее, чем тебе обычно нравится, я же знаю. — С чего это ты взял, что знаешь, что мне нравится? — не подумав, огрызнулся Саске. — Ну, я знаю, что тебе нравится, когда я мою тебе голову, что, кстати, само по себе странно. Но я также решил, что тебе нравится твоя прическа — ты же носишь её почти не меняя с самого детства, иначе бы давно уже постригся. Это был раздражающе точный довод, который Саске бы предвидел, если бы Наруто его не отвлекал. — Ну, может, пришло время перемен, — зло проворчал Саске. — Ты с длинными волосами? — Наруто коротко рассмеялся. — Ха, будешь на девчонку похож. Саске в этом серьезно сомневался. — Спорим, тебе бы это понравилось, — пробормотал он, снова не успев обдумать свои слова. Он не знал, почему ляпнул подобное. Даже не понимал, откуда это вообще взялось. Насколько бы ни отросли его волосы, он абсолютно точно выглядел как парень. И он ни на секунду не допускал мысли, что Наруто считает иначе — тот просто его дразнил. Так что, возможно, он просто стал слишком остро реагировать на все те странности, что происходили между ними в последнее время. Все эти прикосновения, фрустрация, всё это. А затем пришла еще одна мысль — о том, насколько глупо предполагать, будто он может быть объектом фрустрации Наруто даже после прошлой ночи, ведь Наруто нравились девушки. Он не должен был заводиться от своего абсолютно точно мужского пола друга. Даже когда Наруто говорил о том, чтобы с кем-то переспать, он упоминал именно девчонок, а не парней. — Что? С чего бы? — растерянно спросил Наруто. — Забудь, — ответил Саске, мгновенно пожалев о своей оговорке. Ему нужно было, чтобы Наруто перестал его трогать, вот в чем была его проблема. Он поднялся на ноги, но Наруто схватил его за запястье, прежде чем он успел уйти. — Это из-за того, что ты сказал целую вечность назад? О том, что я якобы предпочел бы путешествовать с кем-то другим, вроде Сакуры? — в замешательстве спросил Наруто. — Потому что я уже говорил тебе, что так мне нравится больше. Какое-то долгое мгновение Саске думал, что ему стоит просто выдернуть руку и уйти. Он решил не поднимать тему прошлой ночи из-за неловкости и всего прочего. К тому же, он по натуре не был любителем откровенничать и не любил озвучивать проблемы, которые не касались его текущей главной цели. Но он знал, что если промолчит, это будет его грызть. А когда что-то его грызло, ему это нравилось еще меньше, чем откровенничать. — Думаю, ты запутался, — ровным тоном сказал Саске. Брови Наруто сошлись на переносице в явном недоумении. — Что? — Ты путаешь меня с чем-то другим, — пояснил Саске. Неудивительно, что до Наруто всё равно не дошло, и Саске оставалось лишь закатить глаза и вздохнуть. Он попытался придумать, как бы сформулировать это иначе. — Ты считаешь меня социально отсталым, потому что я никогда не был близок ни с кем, кроме своей семьи — ладно. Но, несмотря на всех твоих друзей в Конохе, у тебя тоже нет никого, с кем бы ты был по-настоящему близок. Так что я не вижу, чем ты в этом плане так уж сильно от меня отличаешься, разве что своим сверхэнтузиазмом в желании наладить связь с любым, кто позволит тебе сблизиться. Но мне кажется, ты путаешь дружеские узы и... другие узы. Наруто потратил несколько мгновений, пытаясь это осмыслить. — Ты меня сейчас оскорбил? — Вроде того, — небрежно признал Саске. — В каком-то смысле я только что назвал тебя отчаявшимся. Наруто это замечание ни капли не обрадовало. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду, что к этому возрасту у тебя уже должна была появиться девушка. Наруто попытался и дальше выглядеть рассерженным на то, что, как он знал, должно было быть очередным оскорблением от Саске, но он явно всё еще слишком плохо понимал, к чему Саске на самом деле клонит. Но затем словно маленькая лампочка зажглась у него над головой, и его лицо прояснилось от понимания. На удивление, он даже улыбнулся. — Вообще-то, я никогда не перепутаю тебя с девчонкой, Саске. Я просто тебя дразнил. И да, я не то чтобы супер близок с кем-то конкретным в Конохе, но у меня есть друзья. Девчонки, парни, я ни разу... — Улыбка Наруто пропала прежде, чем он успел закончить фразу. — Я знаю разницу. И это не отчаяние. Я не знаю, что это было прошлой ночью, но это не просто потому, что я путаю близость с чем-то там еще. — Значит, фрустрация, — вместо этого сказал Саске. Наруто пожал плечами. — Может быть. Но это не значит, что я запутался в этом так, как ты думаешь. И это не значит, что ты мне не друг. И это не значит, что ты для меня кто-то еще, просто... — Что? — Наверное, дело в тебе. С тобой всё иначе. Честно говоря, они уже несколько раз висли друг на друге, и как минимум дважды из этого это было не просто ради показухи. Пьяные — да, странные маленькие эксперименты Наруто — окей. Они даже сосались пару раз просто для того, чтобы что-то доказать. Но всё же, возможно, ему не стоило так удивляться тому, что прошлые ситуации начали сказываться на них обоих. Возможно, они действительно просто подошли к той черте, когда нужно было либо полностью это прекратить, либо просто поддаться этому. И Саске не был уверен, как он относится к любой из этих альтернатив. В одном можно было быть уверенным точно: один аспект их разговора его хотя бы успокаивал. Наруто, похоже, понимал разницу между тем, что вписывается в рамки обычной дружбы, а что нет. К тому же, он, казалось, не проецировал на это чувство дружбы ничего большего, кроме того, что, по его ощущениям, уже и так там было. Он тянулся к нему не потому, что отчаянно нуждался в сближении хоть с кем-нибудь. Он реагировал на то, что казалось ему комфортным и естественным с одним конкретным человеком. И всё же Саске чувствовал, что Наруто ведет себя в этом плане немного странно. Даже если такой вид дружбы был эдаким единичным явлением "только с Саске", это всё равно было странно. — Идиот, — пробормотал Саске, высвободив руку и направившись обратно в лагерь. Наруто, однако, ухмыльнулся ему вслед, так что вполне возможно, что Саске не вложил в это слово особого чувства. Или же, если и вложил, то это было совсем не то чувство. Почему он никак не мог перестать думать об этом физическом контакте? Саске на самом деле вообще не любил, когда к нему прикасались, в каком бы то ни было виде. И ему точно так же не нравилось, когда люди вторгались в его личное пространство. Обычно это выбивало его из колеи и заставляло чувствовать себя более чем уязвимым. А он искренне ненавидел это чувство. Единственными людьми, которые раньше его вообще обнимали, была его семья, так что, возможно, его проблемы с прикосновениями коренились в том, что после их убийства он больше никому не позволял приближаться к себе так близко. Конечно, те прикосновения, которые он испытывал сейчас, не имели совершенно ничего общего с семейным утешением — отнюдь. Но всегда существовала вероятность, что его недоверие к людям из-за пережитого могло быть напрямую связано с его давними проблемами с физической близостью. Даже для него самого это звучало как-то нездорово, и обычно он бы даже не пытался в этом разобраться, но недавние события заставляли его об этом задуматься. Сейчас он всё чаще и чаще оказывался в ситуациях, когда малейшее прикосновение влияло на него гораздо сильнее, чем должно было. Это больше не вызывало отвращения, не приводило его в ужас, и в этом он целиком и полностью винил Наруто. Своими разговорами о фрустрации Наруто вытащил на свет то, о чем Саске раньше никогда по-настоящему не задумывался. И он не знал, было ли это из-за того, что он попал в какую-то странную зону комфорта с Наруто, или же из-за их почти постоянного контакта друг с другом, но в последнее время Саске действительно начинал ощущать эдакий специфический зуд. Это дразнило его даже сейчас, когда он лежал, пытаясь уснуть. Воспоминания о руках на коже, поцелуях, тепле и даже некой граничащей с агрессией напористости вытворяли с его головой странные вещи. Безусловно, это было весьма странное время, чтобы начать осознавать пробуждение своего тела для чего-то нового, но, если логически поразмыслить, он полагал, что рано или поздно это должно было случиться. В конце концов, он был не инопланетянином, как предполагал Наруто, а человеком. И его больше даже не особо беспокоило, что именно Наруто, судя по всему, навел его на эти мысли. Он ни на секунду не допускал, что это как-то связано с его личными чувствами к нему, помимо неохотного доверия и постоянно растущего чувства привычки и близости. Естественно, ему не нравилось показывать кому-либо свою уязвимость, даже чисто физическую, но на данном этапе, продолжая упрямиться, он мог добиться лишь того, что сведет себя с ума. К этому моменту они зашли друг с другом дальше, чем всё, что он когда-либо испытывал прежде, и, как он уже говорил себе ранее, он мог бы и дальше убеждать себя, что всё это происходит лишь потому, что он позволяет своему телу думать за него из-за собственной неудовлетворенности, и попытаться всё игнорировать... либо он мог просто-напросто сдаться. Сдаться противоречило его натуре, но то же самое можно было сказать и о состоянии, когда его что-то раздражало и беспокоило. И раз уж Наруто, похоже, не видел в происходящем ничего жуткого, Саске чувствовал себя глупо от того, что именно он накручивает себя из-за этого. К тому же, если он поддастся, на данном этапе ему почти нечего терять. Ему пришлось неохотно признать, что Наруто вряд ли сможет увидеть в нем нечто большее, чем то, что уже видел раньше. Он сильно сомневался, что если он уступит, это вызовет слишком сильный дискомфорт с чьей-либо стороны. На самом деле, это могло бы даже сделать ситуацию менее неловкой. Кроме того, это было чисто физическое влечение. Даже Наруто это понимал, так почему он сам не мог? Если раньше подобные вещи не имели для него значения, зачем терзаться из-за этого сейчас, что он на самом деле теряет? В конце концов, это могло бы просто унять этот раздражающий зуд, чтобы он наконец перестал, блядь, так много об этом думать. Он услышал, как на другой стороне темного лагеря пошевелился Наруто, и закрыл глаза. Он понимал, что это по-детски, но ему не хотелось отвечать на вопросы о том, почему он всё еще не спит. Он услышал, как Наруто подполз ближе — настолько близко, что Саске мог ощутить его присутствие рядом. — Ты не спишь, — сказал ему Наруто. Саске проигнорировал его. — Я же вижу. Ты выглядишь... иначе, когда спишь. Саске вздохнул и открыл глаза. Наруто сидел рядом с ним на коленях. Было темновато, но Саске четко различал очертания его лица. — Чего тебе? — Я не могу уснуть, — констатировал он очевидное. — И я не смогу, пока ты так на меня пялишься. Это жутко. — Ты не спал, я знаю, что не спал. — И еще более жутко то, что ты так внимательно изучал меня, пока я сплю. Чего ты хочешь? — повторил Саске. — Наверное, я вроде как... хочу извиниться. Было слышно, что эти слова дались Наруто с трудом, и Саске не мог его винить. Не то чтобы Наруто не умел извиняться, просто перед Саске он делал это крайне редко. Но в последнее время он извинялся слишком уж часто, и это немного удручало. — Ладно. Иди спать. Саске перевернулся на другой бок, и несколько мгновений прошли в тишине, пока Наруто оставался неподвижным и молчаливым. А затем Саске почувствовал руку на своем плече. Возможно, реакция Саске была рефлекторной — отголоском прошлого, когда любое внезапное прикосновение означало угрозу, — а возможно, это накопившаяся фрустрация заставила его почти одним слитным движением перехватить руку Наруто, сесть и толкнуть его назад. Так или иначе, всё закончилось тем, что он навис над Наруто, опрокинутым на спину, их лица оказались в нескольких дюймах друг от друга, а руку, которую он схватил, Саске прижал к траве над головой Наруто. К этому моменту он дышал чуть тяжелее, чем того требовало приложенное усилие, и хотя Наруто сначала выглядел опешившим, затем он посмотрел на Саске со слабой улыбкой. — Ты сдаешь позиции, мне даже больно не было. — Это может очень быстро измениться, — мрачно предупредил его Саске. — Угу, конечно. Проблема с Наруто заключалась в том, что он изначально был очень силен физически. У Саске были лучше рефлексы, более отточенная техника боя, но в прямом силовом столкновении на близкой дистанции ему было крайне сложно одолеть Наруто, когда тот вкладывал во что-то всю свою мощь. Так что, когда Наруто напряг мышцы и спихнул Саске в сторону, у того почти не было возможности сопротивляться, и вместо этого он оказался на спине, а Наруто уселся на него сверху. Саске попытался сбросить его с себя, но Наруто наклонился, положил руки ему на плечи и навалился всем своим весом, прижимая его к земле. Как ни странно, его глаза на мгновение закрылись. — Не делай так. Но Саске сейчас совершенно не нравилось, что его удерживают силой, он снова начал чувствовать себя не в своей тарелке и заерзал под Наруто в очередной попытке освободиться. — Блядь, Саске, прекрати! Наруто мог сколько угодно на него орать, но он еще никогда не использовал такой властный тон, и, к своему собственному ужасу, Саске не мог не замереть после этого. Как только он остановился, Наруто убрал руки с его плеч и отстранился, и именно тогда до Саске дошло: Наруто велел ему прекратить вовсе не потому, что сопротивление Саске его раздражало, а как раз наоборот. Поэтому, даже не задумываясь, как только его верхняя часть тела оказалась свободна, Саске сел и поцеловал его. Вот. Так. Просто. Делать это стало слишком легко. Слишком легко и слишком приятно, и он решил, что теперь это официально: его собственная физическая фрустрация тоже сводит его с ума. Так не могло продолжаться. Казалось, к этому моменту они оба были слишком выбиты из колеи, и если это наваждение продолжится без какой-либо передышки, всё станет только хуже. Им обоим было нужно... что-то. Через несколько минут они остановились, немного восстановили дыхание, прежде чем Наруто резко встал и вернулся на свою постель. Очевидно, Наруто еще не дошел до стадии «сдаться», но Саске был почти уверен, что сам он уже дошел, чем бы это ни грозило. — Ты куда? — резко спросил его Саске. — Твоя идея с наказанием нравилась мне гораздо больше, когда ты еще не понимал, что творишь, — ответил Наруто, ложась. Это едва не заставило Саске улыбнуться. Очевидно, Наруто думал, что Саске снова сделал это, чтобы отыграться на нем. Что ж, возможно, отчасти это было правдой, но на самом деле это сказало Саске лишь о том, что Наруто это понравилось — возможно, даже слишком. Вероятно, не составит почти никакого труда убедить его в том, что наказание — это далеко не всё, чего Саске здесь добивался. Рассуждая логически — пришел к выводу Саске — поддаться — это самый быстрый способ восстановить статус-кво. Примечания автора: После публикации последней главы я заметила, что этот фик официально перевалил за отметку в 100 тысяч слов. Вот это да. Или мне одной кажется, что он короче? Будто только вчера они просыпались вместе на поляне голышом… Ну, в общем, да — я снова немного подразнила, но на этот раз не слишком жестоко, мне кажется, потому что Саске, похоже, пришёл к какому-то пониманию собственных чувств и решил «сдаться». (Очень надеюсь, что gothpandaotaku сейчас надрывается от смеха, хаха.) Но что именно означает это «сдаться» и чем обернётся — придётся подождать до следующей главы *улыбается* Ответы на анонимные отзывы: Гость — Сначала лес, потом комната :) Bunnyguest — Да, это было довольно жестоко со стороны Саске — вот так бросить человека ни с чем. Но ну, это же Саске, лол. Ну, глава вышла умеренно длинной, надеюсь, понравилась :) Хаха, да, сцена с подглядыванием была бы очень пикантной *улыбается* Гость — Ну, обновление вышло довольно быстро на этот раз, но иногда мне нужно немного передохнуть между частями — обдумать идеи и иногда просто пожить, лол. Главы внутри каждой части, впрочем, выходят примерно раз в неделю — благодаря времени, которое уходит на обдумывание сюжета между частями. Спасибо, очень рада, что тебе нравится :) Sassy — Хаха, да — думаю, я довела до ручки многих, только не самих мальчиков, лол. Мне нравится вытаскивать на свет приятные стороны Саске. Хотя есть во мне и та маленькая часть, которой нравится Саске-негодяй — что, наверное, странно *улыбается* Спасибо!