Упущенные возможности

— Так и знал, что найду тебя здесь. Венти обернулся на голос, чуть покачнувшись на парапете, и невольно расплылся в улыбке — он не видел Далию меньше суток и всё равно успел ужасно соскучиться. Далия выглядел уставшим и сонным, но явно успел заглянуть домой после того, как закончил все свои церковные дела, потому что вместо нарядной церковной формы сейчас носил простую тёмную рубашку и шорты. — Я и не прятался, — фыркнул Венти и сел в пол оборота, поджав одну ногу под себя, а вторую свесив вниз, за городскую стену. Каменная поверхность приятно холодила кожу сквозь капроновую ткань, ветер ласкал шею и плечи, и впервые за день Венти дышалось по-настоящему легко. — Просто искал вдохновение. Отсюда, знаешь ли, открывается прекрасный вид на закат, а я так давно им не любовался… Далия прижался спиной к парапету, удобно пристроив на него локти, и выразительно посмотрел на Венти через приподнятое плечо: — И ты планировал любоваться им в одиночестве? — Ты был занят, — невинно ответил Венти. — Я никогда не задерживаюсь в церкви до темноты. — А вдруг сегодня бы задержался? Они могли бы и дальше продолжать шутливо пререкаться, наслаждаясь расслабленной игривой атмосферой, что всегда окружала их наедине, но вместо этого Далия вдруг с нежным раздражением рассмеялся. — Тебе просто захотелось внимания, да? — догадался он. — Чтобы я оббежал в поисках тебя половину города и немного потешил твоё божественное эго тем, как сильно хотел тебя увидеть. Венти лукаво улыбнулся ему, слегка склонив голову набок: — Возможно. — Склонившись к Далии так близко, насколько это было возможно из нынешнего положения, он добавил тихо, почти шёпотом, коснувшись дыханием его румяной щеки. — Если тебя это утешит, моё эго очень польщено. Далия искоса мазнул по нему задумчивым взглядом и негромко хмыкнул: — Нет, нужно что-то посерьёзнее. — Например? — выдохнул Венти, невольно подавшись ещё ближе к Далии невзирая на неприятное тянущее ощущение в ноге. По телу разлилось сладкое предвкушение — он знал этот игривый тон Далии наизусть и очень хорошо помнил каждое из последствий этого тона, случившееся за минувшие два года. — Удиви меня, — пробормотал Далия, почти коснувшись губ Венти своими. — Я знаю, ты сможешь. О, Венти мог столько всего, что Далии и не снилось. В иное время он, возможно, даже всерьёз подумал бы над вариантами и обязательно бы выбрал самый безумный и запоминающийся — просто для того, чтобы в следующий раз Далия был чуточку осторожнее со своими желаниями. Но прямо сейчас Венти хотел только одного — Далию. Ведомый ветром, он без труда поднялся на ноги и, уверенно балансируя на узком парапете, протянул руку Далии. — Это ещё зачем? — с подозрением спросил тот. Руку он, впрочем, подал почти сразу — восхитительное доверие — и позволил Венти втянуть себя наверх. Они неловко столкнулись носами ботинок и оказались лицом к лицу, оставив город по одну сторону от себя, а освещённое последними лучами солнца озеро — по другую. — Чтобы вместе посмотреть на закат, конечно, — ответил Венти, не удостоив этот самый закат и каплей своего внимания. Далия мельком взглянул на горизонт, окрашенный всеми оттенками оранжевого, и заворчал: — Это не то, что я имел… — И ещё вот для этого, — перебил его Венти и заглушил все остальные возможные возражения Далии поцелуем. Целоваться на краю пропасти было непривычно и странно, но Далию, казалось, совсем не беспокоили ни опасно хрупкий баланс на чрезмерно узкой для двоих площадке, ни высота, с которой они могли упасть, стоило утратить этот баланс хоть на мгновение. Он вцепился в бёдра Венти, прижался ближе и с жаром ответил на поцелуй, размыкая губы под настойчивым давлением языка. Закат окончательно потерял какое-либо значение — горячий рот Далии сводил Венти с ума почти так же сильно, как его слепая доверчивость. Они так потерялись в поцелуях, жадно цепляясь друг за друга, собирая складками мешавшуюся под руками одежду, что в какой-то момент, пошатнувшись, почти соскользнули вниз, и лишь ветер, оберегавший их всё это время, не дал им упасть. — Кажется, нам пора перебраться в другое место, — усмехнулся Далия, когда из-за этого им всё же пришлось отвлечься друг от друга. Венти хитро прищурился: — И я даже знаю быстрый способ. Во взгляде Далии мелькнуло осознание. — О нет, — испуганно выдохнул он. — О да! — радостно воскликнул Венти и, крепко обняв Далию, добавил: — Держись крепче! А потом он шагнул с парапета спиной назад. Далия коротко вскрикнул над ухом у Венти и вцепился в его плечи мёртвой хваткой, мир вокруг завертелся, смазался в одно сплошное тёмное пятно, и мгновением позже они рухнули на мягкую заправленную постель. Венти сдавленно охнул под Далией, резко навалившимся на него всем своим весом, и рассмеялся, довольный своей проделкой. — Поверить не могу, что ты это сделал, — пробормотал Далия, ошеломлённо пялясь на Венти сверху вниз. Его волосы забавно растрепались, и сам он слегка дрожал, но глаза его вопреки возмущению в голосе сияли неподдельным весельем. — У меня чуть сердце в пятки не ушло! — Но не ушло же, — слабо возразил Венти, не в силах отвести от него взгляд. Руки сами собой потянулись к Далии, заскользили по его бёдрам и талии, задирая рубашку до поясницы. Горячая кожа обожгла кончики пальцев похлеще огня. Далия тихо вздохнул, закрыл глаза и потянулся за новым поцелуем, зарываясь в волосы Венти руками. Какое-то время они просто неторопливо, почти лениво целовались, прерываясь на короткие вздохи и мимолётные прикосновения то тут, то там — скорее дразнящие, чем способные хоть немного удовлетворить их желания. Но это было по-своему прекрасно — никуда не спешить, ни о чём не переживать и чувствовать, как пламя желания медленно и неумолимо разгоралось между ними вновь. Венти наслаждался каждым мгновением этого, с готовностью принимая и нежное скольжение тёплого языка в глубине своего рта, и чуть грубоватые укусы на губах, и тянущее ощущение в волосах от запутавшихся в них пальцев Далии. Но в комнате неумолимо становилось всё жарче — особенно Венти в его многослойных одеждах. И в какой-то момент он, не удержавшись, потянул рубашку Далии выше, скользя ладонями вверх по его обнажённой спине. Далия коротко вздрогнул, сел и, облизнув припухшие губы, сам стянул с себя рубашку через голову. Потом до смешного критичным взглядом окинул наряд Венти с его многочисленными застёжками и решительно дёрнул его за покосившийся бант, украшавший брошь, на которой держалась накидка: — Раздевайся. Венти заёрзал под ним, неловко и торопливо сдёргивая с себя накидку и заправленное за ворот рубашки жабо. Потом понял, что где-то в пути потерял берет, — голове было непривычно легко и свободно, — но не нашёл в себе сил всерьёз расстроиться из-за этого и зашарил по левому боку в поисках скрытой молнии на корсете. За это время Далия успел избавиться от остатков своей одежды и вцепиться в застёжки на шортах Венти, дёргая за них с нескрываемым нетерпением. — Чулки оставь, — внезапно выдохнул Далия, стягивая шорты и бельё вниз по ногам Венти, пока тот, выбросив корсет за пределы кровати, спешно расстёгивал верхние пуговицы рубашки, чтобы тоже снять её через голову. — Ты в них до безобразия хорош. От неожиданности Венти на мгновение забыл про пуговицы и удивлённо приподнял брови: — И почему я узнаю об этом только сейчас? Столько упущенных возможностей! Далия мстительно шлёпнул его по бедру: — Вот поэтому. Тебе только дай повод — никакого спасения от тебя не будет. Венти хихикнул, признавая его правоту, и вернулся к расстёгиванию рубашки. Далия же, будто в подтверждение своих слов, как завороженный пробёжался кончиками пальцев по натёртой покрасневшей коже над краем чуть сползшего чулка и прижался к ней губами и языком. Потом надавил на бедро ладонью, сильнее отводя его в сторону, и заскользил влажными поцелуями вверх по внутренней стороне бедра — там, где кожа была нежнее и чувствительнее к прикосновениям. Венти сдавленно застонал, спешно сдёрнул с себя рубашку и откинулся обратно на подушки, задыхаясь под опьяняюще приятной лаской. Колени сами собой раздвинулись шире, тело прогнулось в спине. С затвердевшего члена влажно капнуло на живот. Венти вздрогнул и с тихим стоном зарылся рукой в волосы Далии, перебирая пальцами мягкие пряди. Далия нежно прикусил кожу у самого сгиба его бедра, влажно поцеловал покрасневшую головку члена, сорвав с губ Венти ещё один короткий стон. Но вместо того, чтобы взять, наконец, член в рот, он вдруг подтянулся выше, навис над Венти и поцеловал его жадно и глубоко, проскальзывая языком в растерянно приоткрытый рот. Его красивые длинные пальцы на мгновение сомкнулись вокруг члена Венти, огладив его круговым движением от основания до истекавшей смазкой головки, и опустились ниже, между широко разведённых бёдер, уверенно надавливая и проникая внутрь. Венти сжал руку в его волосах сильнее, заёрзал, прерывисто вздыхая. Далия отстранился и прижался губами к его шее, выцеловывая влажную дорожку вниз по линии, вдоль которой под кожей торопливо бился пульс. В руках Далии — под его губами, на его ритмично двигающихся внутри пальцах, — Венти чувствовал себя распятым, словно последний грешник, и ощущалось это потрясающе. За два года, что они были вместе, Далия изучил Венти и его тело от и до, и теперь точно знал, где и как прикоснуться, чтобы свести Венти с ума. Его пальцы давили и растягивали Венти изнутри ровно с той силой и интенсивностью, чтобы довести его до предела, но оставить балансировать на самом краю, отчаянно желая большего. Его губы целовали, кусали и посасывали нежную кожу на шее, изредка прерываясь на тихие похвалы терпению Венти, и от голоса Далии и его тёплого дыхания над ухом Венти пробирало дрожью. И всего этого было одновременно и так много, и так катастрофически мало, что Венти не выдержал и перехватил руку Далии у себя между ног за запястье, удерживая её от очередного движения. — Хватит, — выдохнул он, обернувшись к отвлёкшемуся от его шеи Далии. Они оказались лицом к лицу, почти соприкасаясь губами, и Далия взволнованно облизнулся. Венти чуть подвинулся, переложил руку Далии к себе на талию и ногами притянул его ближе, вдавливая между своих бёдер. — Твои пальцы, конечно, хороши, но твой член намного лучше. — И этим ртом ты благословляешь детей своих? — фыркнул Далия. Венти игриво подмигнул ему: — Тебе ли не знать, как талантлив и многозадачен мой рот. Далия растерянно засмеялся. — Понятия не имею, что я в тебе нашёл. — Я красив, умён и загадочен, — тут же подсказал Венти. — И невероятно скромен, — хмыкнул Далия и закончил этот нелепый спор самым идеальным образом — втянув Венти в очередной поцелуй. Венти со стоном обнял его за шею, раскрыл рот, пропуская внутрь горячий язык, и надавил пятками под ягодицы Далии, подталкивая его ещё ближе к себе. И довольно вздохнул, почувствовав, как Далия просунул руку между их плотно прижатыми друг к другу телами, чтобы направить свой член ниже. Член втиснулся легко и плавно, хоть и слегка болезненно без нормальной смазки. Венти задышал глубже, привыкая к оглушающему ощущению растянутости, сдавил бока Далии коленями, и по обтянутым капроном бёдрам тут же успокаивающее прошлись его ладони, ласково оглаживая и чуть сжимая кожу. Потом эти же ладони скользнули выше, по поджавшемуся животу Венти, его груди, и мягко обхватили его лицо. — Всё хорошо? — спросил Далия хрипло. Он весь раскраснелся и мелко подрагивал от напряжения, но в его прикосновениях было столько нежности и терпения, что у Венти на мгновение перехватило дыхание от осознания того, как сильно о нём заботились. — Да, — пробормотал Венти, совсем потерявшись под его взглядом. — Замечательно. Далия облегчённо улыбнулся, поцеловал его в уголок губ и ниже, вдоль скулы. Его рука запуталась в волосах Венти, чуть надавила, вынуждая его запрокинуть голову, и зубы Далии мягко сомкнулись на его подбородке. Венти закусил губу, выгнулся, подставляя шею, и застонал, почувствовав, как Далия нежно царапнул зубами его остро выпирающий кадык. Одновременно с этим Далия осторожно двинул бёдрами — выскользнул едва ли наполовину и толкнулся обратно, — и Венти зажмурился и вцепился свободной рукой в подушку под своей головой. — Далия, — застонал он отчаянно, подталкивая Далию ногами. — Ты надо мной издеваешься? — Нет, — усмехнулся Далия и повторил это сумасшедшее движение бёдрами, от которого под веками у Венти заплясали разноцветные пятна. — Просто захотелось вдруг немного потешить своё эго тем, как сильно ты меня хочешь.  Венти распахнул глаза и недоверчиво уставился на него: — То есть, того, что в твоей постели буквально сам бог, тебе вдруг стало недостаточно? Далия смущённо улыбнулся и двинул бёдрами так, что из головы Венти разом выветрились все слова. Он со сдавленным стоном прогнулся в спине и скрестил ноги за спиной Далии, без слов умоляя его не останавливаться. Далия прижался губами к его напряжённому горлу, вновь двинул бёдрами — сильнее и резче — и стиснул бедро Венти почти до боли, лишая его возможности хоть как-то подаваться навстречу. — Веди себя хорошо, — предупредил Далия тем тихим серьёзным голосом, который использовал крайне редко и от которого у Венти моментально подкашивались колени. Венти сглотнул под его пристальным взглядом и медленно кивнул. И вот тогда Далия, наконец, дал Венти то, чего он так сильно хотел. От его прежней весёлой игривости не осталось и следа — он двигался так, что под давлением его члена Венти слегка протаскивало вверх по постели, а бёдра и спину простреливало сладко-приятной дрожью на каждом толчке. Это было слишком сильно, и немного больно, и так, так хорошо, что Венти почти расплакался под конец, совершенно потерявшись в своём удовольствии, и мог думать лишь о том, как сильно ему хотелось прикоснуться к своему члену или чтобы Далия — растрёпанный, раскрасневшийся Далия, не сводивший с него своего потемневшего взгляда, — прикоснулся к нему. — Я сейчас… я… — всхлипнул Венти, стискивая подушку так сильно, что кончики пальцев закололо от напряжения. — Далия, пожалуйста… Далия склонился над Венти, неприкрыто любуясь им — его разбитостью, его жаждой, его отчаянием, — и, сжалившись, обхватил ладонью его скользкий от смазки член. Венти зажмурился — это было почти слишком, простое прикосновение сейчас ощущалось так, будто он уже кончил минут пять назад и теперь был чрезмерно чувствительным, — и стиснул зубы, вжимаясь затылком в измятую подушку. Ему требовалось совсем чуть-чуть, ещё немного… И Далия дал ему это — он вдруг навалился сверху, тяжёлый, горячий и потный, и укусил его за плечо, почти вспарывая клыками кожу. Венти дёрнулся под ним, хрипло застонал, окружённый теплом и весом Далии, вновь распятый под ним словно бабочка, и выплеснулся в подставленную ладонь, едва дыша из-за судороги, на бесконечно длинную долю секунды сковавшей всё тело. Мгновенно навалилась усталость, тело будто превратилось в желе и растеклось по постели, — не было сил даже пальцем пошевелить, не то что рукой. Венти с трудом открыл глаза — ресницы слиплись от невыплаканных слёз, веки потяжелели, и клонило в сон, — и увидел, как Далия сел на колени и, обхватив рукой свой всё ещё твёрдый член, в несколько рваных движений довёл себя до оргазма. Его красивое юное лицо на мгновение исказилось вспышкой удовольствия — между бровей залегла небольшая складка, губы поджались, шея напряглась и резко дёрнулся под кожей кадык, — и Далия с тихим вздохом устало завалился на постель рядом с Венти. Поначалу они просто лежали рядом, остывая и тяжело дыша. Но вот рука Далии лениво скользнула вниз по бедру Венти, подцепила край скатившегося почти до колена чулка, и нежные пальцы скользнули глубже под ткань, лаская кожу щекочущими прикосновениями. Венти усмехнулся и легонько шлёпнул Далию по руке: — Разве я недостаточно тебя утешил? Далия, однако, не выглядел впечатлённым и руку свою никуда не убрал. Тогда Венти перекатился на него, навалился сверху и закинул на Далию другую ногу — ту, на которой чулок чудом удержался на своём законном месте и плотно обтягивал бедро. Далия замер, не уверенный, что именно предлагал ему Венти, но стоило чуть потереться коленом о его живот, и он тут же обхватил подставленное бедро ладонью и чуть сжал пальцы поверх капрона. — Тебе и в самом деле так нравится, когда я в чулках? — полюбопытствовал Венти, приподнявшись и подперев щёку, чтобы было удобнее наблюдать за происходящим. Бледные пальцы Далии на белом капроне смотрелись странно, но по-своему красиво, и каждый раз, как они слегка поддевали тугую резинку, соприкасаясь с кожей под ней, Венти на мгновение задерживал дыхание. — Что в этом странного? — фыркнул Далия. — У тебя красивые ноги, и чулки украшают их ещё больше. — Хм. А что насчёт моих рук? — спросил Венти и вытянул свою свободную руку над Далией, демонстрируя её во всей красе. — И моей талии? О, и моих плеч, которые ты так любишь кусать? Далия с подозрением покосился на него, на время забыв про чулки: — У тебя что, очередной приступ неуверенности в себе? Сколько раз нам нужно оказаться в одной постели, чтобы ты понял, что я люблю в тебе всё? Венти звонко рассмеялся и покачал головой. — Нет, с моей уверенностью в себе всё в порядке, — заверил он и, склонившись над Далией, поцеловал его, коротко скользнув языком по его влажным губам. — Я просто кое-что вспомнил. Ещё одну невероятным образом упускаемую всё это время возможность. О, боги Селестии, вероятно, проклянут Венти за столь бесстыдное кощунство. И Венти ждал этого с нетерпением.