Попытайся присмотреться

      Течка Фламбе наконец подошла к своему концу, так что все вернулось на свои места. Разве что только Призма знала, сколь тяжело далась ему эта невыносимая неделя, проведенная между рабочими вызовами, подавителями и перерывами, которые проводились либо в туалете, либо в душе. Но тем не менее Чед это выдержал, сам поражаясь своей терпеливости. Чтобы успокоить подругу, он пообещал, если в следующий раз подобное состояние повторится, он, так уж и быть, возьмет отгул. Хоть это и распространенная тактика при течках, и никто его за это не осудил бы. Но где-то внутри что-то раздраженно кипит от его беспомощности в такие моменты.       Но это не является весомым аргументом для Элис, которая со всем чувством наконец смогла высказать все, что она о нем думает, раз уж он наконец пришел в норму и его не нужно опекать хуже малолетнего, ничего не понимающего ребенка. Роберт зашел в кафетерий уже когда они оба закончили, а Фламбе сидел за столиком в телефоне, уже прикончив свой поздний обед, а рядом с гудящей кофе машиной стоит Призма, так же уткнувшись в свой телефон и потягивая сладкий дым из своей электронки и, не задумываясь о выговорах, выпускает его в общее пространство на кухне, хотя бы окно приоткрыла для приличия. Роберт тихо проходит вовнутрь. На него не обращают внимания, слишком уставшие за половину дня герои. Эта смена действительно проходила в каком-то сумасшедшем темпе. Но, как бы не хотелось прерывать их тихую идиллию, Роберт, бросив мимолетный взгляд на Призму, подошел вплотную к Чеду и окликнул его.       — Привет, Чед. Могу отвлечь тебя на пару минут? — голос напряжен, но мужчина заставляет себя дышать и не передумать поговорить прямо сейчас. Главное не думать, что в одном помещении с ними находится еще и Призма, все еще стоящая в углу, но не выказывающая никакой заинтересованности. Хотя Роберт уверен, что она внимательно их слушает.        — Ага, валяй, — оторвав взгляд от разглядывания неинтересных новостей, он поднимает яркие глаза цвета пламени на собеседника. Интересно, что ему нужно. Обычно в течении дня в офисе они не разговаривают, тем более при ком-то. Роберт прокашлялся и набрал в грудь побольше воздуха.       — Могу я пригласить тебя на свидание? — Чед тупо смотрит на него несколько секунд, пытаясь осознать происходящее, пока не слышит, как в другом конце комнаты подруга тихо давится дымом от шока.       Брови Фламбе взлетают вверх. Он скорей ожидал, что Роберт захочет поговорить о какой-то рабочей проблеме. Но чтоб такое. Это последнее, что бы он мог ожидать.       — Свидание? — это правда похоже на абсурд. Фламбе начинает сомневаться, точно ли у него нет температуры.       — Да, свидание. Я же хотел, чтобы все было как положено. Так что решил, что это будет неплохим началом. Как по поводу кино? — предлагает Роберт, как ему кажется, достаточно неплохой вариант.       — Нам что, по пять лет? — Фламбе скептично выгибает бровь. Нет, серьезно, он последний раз был в кино, когда ему было лет двенадцать.       — Ресторан? — ладно, прошлый вариант может действительно звучал немного по-детски. Как будто они два подростка в своих первых отношениях и не знают, куда сходить. Но этот то вариант хоть и банальный, но беспроигрышный. Бровь Фламбе кажется взлетает еще выше, чем до этого.       — Роббо, если я захочу вкусно поесть, я сам приготовлю это дома, — фыркает себе под нос.       — Ну в рестораны же ходят не только ради еды, — Роберт начинает напрягаться. Неужели так сложно будет найти вариант, который устроит их обоих?       — Да? И зачем же еще? — Фламбе складывает руки на груди и ждет ответа.       — За атмосферой, — объясняет мужчина и упирается взглядом в собеседника. Что же он скажет на это?       — А тебя чем-то не устраивает атмосфера у меня дома? Да и место с кучей людей, сидящих жопа к жопе рядом друг с другом не вызывают у меня эту так называемую «атмосферу», — и отвечает Роберту таким же внимательным взглядом глаза в глаза.       — Атмосфера у тебя дома меня устраивает. Но я подумал, что смена обстановки и что-нибудь особенное было бы неплохо для первого свидания, — терпеливо разжевывает свой план Роберт, но нарастающее напряжение почти что начинает становиться ощутимым.       — Мы взрослые люди. Меня не нужно удивлять, как маленькую девочку или что-то подобное. Я бы просто предпочел приятное времяпрепровождение вдвоем. Тем более во время работы, да и после на сборищах с нашей командой мне хватает активностей и прогулок, — объясняет уже Фламбе свою точку зрения. Да, он может выглядеть как человек, которому близки клубы, тусовки и подобные мероприятия. И это не точто бы неправда. Но это не значит, что ему иногда не хочется простого человеческого спокойствия. Тем более он уже не в том возрасте, чтобы рваться гулять с партнером за ручку по парку или сидеть где-нибудь на заброшках и жаться по темным углам.       — Хорошо, я понял, — Роберт выдохнул от отпустившего напряжения. Причина оказывается была настолько простой. На самом деле он был даже немного рад, сам никогда не был сторонником частых прогулок. А в последние несколько лет с его моральным состоянием, желание куда-то выбираться исчезло напрочь. Так что, когда он думал, куда сводить Фламбе на свидание, долго думал, а куда вообще ходят нормальные люди. И в голову приходили только все эти банальные идеи. — Тогда в пятницу вечером у тебя? Я принесу вино. А ты приготовишь что-нибудь вкусное? Могу с этим помочь.       — Тогда уж лучше коньяк. И нет, ты не будешь мне помогать, а то если посмотреть на твой образ жизни, то мы скорее останемся без ужина, — Фламбе говорит спокойно, но в голосе так и проскакивает снисходительно-насмешливый тон.       — Хей, я вообще-то неплохо готовлю, — скорее по привычке возмущается Роберт.       — Очень в этом сомневаюсь, — явно потешается Фламбе с происходящего и пытается спрятать наползающую на лицо улыбку, но получается у него не очень.       Они улыбаются друг другу, как два придурка. Но, понимая, что это затягивается и вспомнив, что они тут вообще-то не одни, Роберт прокашливается и говорит:       — Ну что, тогда до пятницы?       — Ага, до пятницы, — и Фламбе наблюдает, как Роберт пятится до двери, не разрывая с ним зрительный контакт, пока не упирается спиной в ручку и не выскальзывает с кухни. Тут уже неожиданно подает голос Призма, что, кажется, задержала дыхание на время их разговора. Даже Фламбе успел забыть, что она здесь.       — Детка, поздравляю тебя, — подруга с гордостью смотрит на него, будто на своего собственного ребенка и улыбается ему без капли сарказма. Это даже нисколько не раздражает.       — Спасибо, — Фламбе так же улыбается ей в ответ и откидывается на спинку стула. Расслабляется, и пространство заполняется слабым запахом омеги, указывающим на его полное довольство сложившейся ситуации.       — Конечно не ожидала, что у нашего диспетчера настолько стальные яйца, чтобы обсуждать ваше свидание при мне. Надо будет похвалить Роббо за то, что не зассал. Правда подколок он все равно не избежит, — Призма предвкушающее ухмыляется, затягиваясь и выпуская из легких едкий дым. От сменившегося настроя даже у Фламбе по спине пробегают мурашки.       — Хах, ты только не перебарщивай.       — Обещать не могу. Если уж наш герой-любовник решил таким образом поделиться тем, что вы встречаетесь и ты теперь его, то как я могу отказать ему в помощи. Такими радостными новостями надо поделиться со всеми, — она говорит это серьезно, даже бровью не ведет. Но Фламбе знает ее слишком давно, чтобы не понять весь сочащийся между слов сарказм и ее крайне игривый настрой. Вот кто точно не остановится ни перед чем и выльет весь поток шуток, что скопился у девушки, пока она наблюдала эту ситуацию со стороны. И вполне заслуженно, если учитывать, как долго она наблюдает за их хождениями вокруг да около. Фламбе приготовился сгореть со стыда. Единственное, на что оставалось надеяться, это на более спокойную реакцию остальных членов команды.

***

      В обозначенный день Роберт стоит на пороге квартиры Фламбе с дорогим коньяком, упакованным в бронированную подарочную коробку с красивым пакетом. Сейчас может себе такое позволить, с работой диспетчером денег у него в достатке. Да и заботу о его костюме полностью на себя переняла компания, так что никуда особо он не тратится. Роберт набирает полную грудь воздуха и не слишком громко стучит в дверь, немного стараясь отсрочить момент и дать себе еще пару мгновений, чтобы настроиться. Но, вопреки ожиданиям, дверь открывается почти сразу.       — О, ты уже здесь. Рановато, — Фламбе выглядит слегка растерянным, как будто он и вправду не ожидал увидеть мужчину прямо сейчас. Хотя, судя по виду, так и было. Волосы были собраны в неаккуратный пучек и местами пушились и торчали, на нем была какая-то растянутая футболка с логотипом рок-группы и спортивные штаны. Вид у него был такой до боли домашний, что сердце у Роберта защемило от нежности и желания пройти и чмокнуть омегу, будто он вернулся домой после работы, а его уже ждут дома. Но он подавил это желание, нежно улыбнулся и вскинул руку с на время забытым коньяком.       — Ага, решил, ничего страшного, если приду немного пораньше, — приняв подарок из его рук, Фламбе отошел в сторону, пропуская гостя вовнутрь.       — Не особо страшно. Но я еще не закончил, — он окинул себя растерянным взглядом, будто только вспомнил про свой внешний вид. Заметил пятно от соуса и немного муки на футболке и поморщился. — Да и переодеться стоило бы.       — Думаешь? Мне кажется ты и так выглядишь мило, — разувшись и скинув куртку, Роберт подошел поближе, аккуратно приобнял мужчину за талию и все-таки дал себе волю, накрывая губы мягким поцелуем. На что омега слегка смутился, но отстраняться не стал.       — Что за тупое слово? И как вообще можно выглядеть мило, когда ты большой, накачанный мужик в обычных домашних шмотках? — тихо начал бурчать себе под нос Фламбе, пока от его слов губы Роберта все сильней расползались в улыбке.       — Ну ведь ты как-то умудрился.             — Ой, да пошел ты, — беззлобно бросил Чед и тут же решил ретироваться на кухню, зная, что Роберт и сам пойдет за ним. Бета тихо посмеялся себе под нос и направился следом.       Зайдя на кухню, первым делом в глаза бросаются кипящая кастрюля, что-то скворчащее на сковородке и небольшой бардак на столе из доски для резки, ножей и кучи приправ. Часть стола также запачкана в муке. В воздухе витают запахи чеснока, лука и специй. Фламбе тут же отставляет пакет на стол и подходит к плите, помешивая то, что на ней готовится. Выглядит он крайне сосредоточенным.       — Что готовишь? — Роберт пару секунд подумал и все-таки решил подойти и встать рядом с Фламбе, чтобы посмотреть. Но и не лез под руку. Почему-то Роберт был уверен, что если будет мешаться, то ложкой по лбу ему точно прилетит.       — Пасту с морепродуктами. Ты не против? — на секунду мужчина скосил на него взгляд, внимательно рассматривая пристроившегося рядом Роберта. Ему была приятна внезапная заинтересованность его готовкой. Дома он часто готовил что-то вкусное для семьи.       — Нет, я только за. Удивлен, что не что-то необычное, — Роберт продолжает поглядывать за тем, как Фламбе выключает пасту и отставляет кастрюлю с плиты, чтобы тут же помешать морепродукты, обжаривающиеся на сковороде.       — Думал сделаю что-то из афганской кухни? — с весельем Чед начал наблюдать, как Роббо чуть ли не внимательнее, чем он сам, следит за приготовлением их незамысловатого ужина.       — Возможно, — он опирается бедрами о кухонный островок и поднимает взгляд на Фламбе всего на секунду, тут же увлекаясь обратно тем, как омега сливает воду, добавляет пасту к морепродуктам и все это заливает сливками, смешивая с заготовленными заранее специями и сыром.       — Решил, что лучше начать с чего-то простого, что привычно нам обоим. Но, если хочешь, могу приготовить что-нибудь на пробу в следующий раз, — Фламбе сосредоточен на готовке, но все равно иногда поглядывает на Роберта, испытывая неожиданную радость от столь пристального внимания к его излюбленному занятию.       — Тогда ловлю тебя на слове. Мне было бы интересно попробовать, — Чед смущенно хмыкает и тему решает дальше не развивать.       — Я закончил. Пока приберусь, а ты займись коньяком. Стаканы в верхнем ящике слева, — мотнув головой в нужную сторону, Фламбе стал споро убирать всю скопившуюся посуду и грязь. Никогда не любил оставлять хаос после готовки. Тем более сейчас, когда хотелось приятно провести вечер и не отвлекаться потом на гору грязной посуды.       Роберт не спеша достал пару бокалов из шкафа с посудой, которой было излишне много для одного человека. Видимо к нему часто заходили в гости. И не смог удержаться от того, чтобы немного понаблюдать за порхающим по кухне Фламбе, который был здесь как в своей стихии. Таким Роберт видел его разве что на работе, и оттого было приятно за ним наблюдать в нетипичной для них обстановке.       Решив, что его промедление уже слишком затянулось, чтобы казаться чем-то случайным, Роберт отошел к кухонному столу с двумя бокалами для коньяка. Аккуратно достал из пакета коробку, украшенную вензелями, в которой хранился коллекционный коньяк. Сам он в таком не слишком разбирался, но, когда ему вынесли алкоголь, упакованный в специально под него сделанную деревянную коробку, даже он оценил, насколько дорого это выглядит.       Он аккуратно раскрыл упаковку и не менее осторожно вытащил оттуда бутылку. Толстое стекло, идеально прозрачное, преломляло свет, превращая его в янтарные блики, которые скользили по этикетке, словно по старинному пергаменту. Цвет самого напитка был глубок, как старый червонец, с рыжими отблесками махагони и корицы. При малейшем повороте в руке жидкость лениво оседала на стенках жирными "слезами", обещая долгое, бархатистое послевкусие.       Он медленно наполнил бокалы жидкостью примерно на треть и отставил дожидаться своего часа. В этот же момент на стол приземлилась пара тарелок, источающих невероятный аромат. А сам омега сдул упавшую на лицо прядь и только бросил: «Я сейчас», - перед тем, как скрыться в проходе одной из комнат. Роберт присел за стол в ожидании. Не прошло много времени, как Чед вернулся обратно во все тех же спортивных штанах, а футболку сменил на цветастую рубашку, застегнутую лишь на половину. Уже вернувшись он распустил волосы и закинул резинку в небольшую вазочку, притаившуюся на кухонном островке и плюхнулся на стул напротив, тут же подтягивая к себе бокал с янтарным напитком. Он плавно повращал бокал в руке, стал медленно подносить его к лицу, оценивая раскрывающийся аромат. И только затем небольшим глотком попробовал, задерживая его во рту на несколько секунд.       — Очень неплохо. Но тебе не кажется, что он слишком хорош для простого ужина дома? — Фламбе еще немного покрутил бокал в руках. Следя за плавно переливающейся жидкостью, оставляющей на стекле характерные следы. Судя по ним выдержка у коньяка около двадцати лет. — Купажированный?       — Извини, я не слишком разбираюсь. Просто решил взять что-то особенное и положился на выбор консультанта в магазине, — Роберт следил за внимательным взглядом янтарных глаз, так хорошо сочетающихся с напитком напротив, представляя собой завораживающую картину яркого цвета, где даже на фоне дорогого коньяка глаза самого Чеда казались куда ярче и привлекательней, будто падающий свет высекал искры, похожие на крошечные алмазы, разбросанные по темному бархату. Фламбе так же внимательно поднес бутылку, вчитываясь в этикетку с вензелями и золотым тиснением.       — И правда купаж, — заключил мужчина, прежде чем отставить бутылку обратно и сделать еще один глоток из своего бокала.       — Это хорошо или плохо? — Роберт тоже решил сделать пробу, не сильно заморачиваясь тем, как правильно это пить.       — Ни то и ни другое. У обоих вариантов есть свои нюансы и плюсы, — Чед внимательно проследил за неловким снятием пробы Роберта и решил подсказать. — Попробуй сначала насладиться ароматом, — и сам на своем примере стал показывать, как лучше сделать. — Сначала поднеси сантиметров на десять, тогда ты почувствуешь первую волну с легкими тонами шоколада. Затем… — он поднес бокал совсем близко к лицу, — ближе, тогда ты почувствуешь ноты гвоздики, корицы и, хм, кажется, апельсиновых цукатов. И только потом пробуй, — закончил Фламбе свои пояснения завершающим глотком, от которого его глаза немного прищурились от терпкости и насыщенности напитка.       Роберт повторил за ним точь-в-точь, пробуя коньяк совершенно по-новому, и, кажется, начиная понимать в чем этом всем смысл.       — Действительно, ощущается по-другому, — он крутил стакан в задумчивости, не слишком придавая этому смысл. Просто неосознанно зеркалил движение Чеда, которое его заворожило.       — Ага, — Фламбе немного подзавис, разглядывая сидящего напротив него Роберта, как что-то крайне необычное, находящееся в его квартире, чего до этого момента всегда не хватало. Сам же объект наблюдений отставил коньяк и с большей заинтересованностью направил свое внимание на забытый до этого момента ужин.       — Ну что ж, тогда можно и попробовать наш гвоздь программы.       — Хах, скажешь тоже, —  Фламбе сделал еще один поспешный глоток, чтобы смочить горло.       — Скажу. Ты же первый раз для меня что-то приготовил, — Роберт придвинул тарелку к себе ближе, рассматривая обычную, на взгляд Чеда, пасту словно произведение искусства. Отчего Фламбе вцепился в бокал с коньяком как в спасательный круг, чувствуя, как у него это этой картины засосало под ложечкой, но не от голода, а от непонятного чувства нервозности. Его же порция осталась совершенно без внимания.       Наконец попробовав аппетитно выглядящий ужин, Роберт издал неразборчивое мычание, вскинув взгляд на цедящего напиток Чеда.       — Это очень вкусно, — и принялся за еду с двойным усердием.       — Страшно представить, как ты питался, если что-то настолько простое вызывает у тебя такой восторг, — он недоверчиво посматривал на Роберта, пока тот был увлечен едой.       — Нет, серьезно. Не скажу, что я часто ходил по ресторанам. Но это ничуть не хуже, — и посмотрел на Фламбе таким открытым взглядом, что его даже отпустило внезапно накатившее до этого напряжение. — А ты чего не ешь?       От последней фразы Чед будто очнулся и вспомнил, что и правда у него тоже стоит остывающая еда, и придвинул к себе свою тарелку.       — Да так, я не то что бы голодный. И пока готовил, я немного перекусил в процессе, — задумчиво набрав немного пасты, Фламбе направил ее себе в рот, все также не отрывая взгляда от своего собеседника. Потом, будто вспомнил что-то, встал со стула под вопросительный взгляд Роберта и тихо включил музыку на фон. — Решил, что так будет веселей, — немного смутился мужчина под все такими же внимательными глазами цвета растопленного шоколада. — Я часто делаю что-то под музыку, мне так привычней. И ты же сам говорил тогда про особую атмосферу, так что я подумал, что это неплохо впишется.       — Я не против, — поспешил успокоить его Роберт, чувствуя чужую нервозность. — сам иногда так делал дома, когда занимался рутиной или чинил костюм.       Так под приятную музыку они продолжили ужинать, делясь своими вкусами в музыке, иногда споря на тему того, насколько та или иная группа хороша. Медленно музыка стала громче, разговоры на полтона тише, интимнее, сами мужчины перетекли на диван вместе со своими бокалами.       Иногда их разговоры переходили в доверительные полушепоты на ухо. Отчего под влиянием приятной, расслабляющей атмосферы, в какой-то момент Чед пристроился совсем близко под боком мужчины и положил голову ему на плечо. Мягкие пушистые волосы щекотали шею и щеку беты, заставляя его посмеиваться и опускать на макушку партнера нежные поцелуи, запускающие по спине Фламбе мурашки, разливающиеся приятной истомой и волнами исходящего, довольного аромата омеги.       Он поднял голову, встречаясь с умиротворенным взглядом Роберта. Внутри разлилось тепло, сердце забилось набатом в груди, отдаваясь в ушах, заглушая остальные звуки вокруг, толкая его вперед, чтобы соединить их губы в неторопливом поцелуе. Сначала одном, затем последующих, которые уже никто из них не считал. Только соприкосновения кожа к коже, нежные касания и предложение остаться на ночь, которое без промедлений было принято.              Весь вечер они провели в объятьях друг друга, нежась и наслаждаясь спокойствием, которого в жизни супергероев было слишком мало, чтобы упускать такую возможность. А после улеглись спать, зная, что сейчас им точно некуда торопиться. Роберт обнял его за талию, притягивая к себе ближе, а Фламбе уткнулся носом в шею Роберта, оставляя на ней мягкий и последний поцелуй на сегодня, давая себе возможность полностью расслабиться в теплых руках.