Глава 6
11 апреля 2026 г., 18:03
В Визжащей хижине воняло как обычно: немытыми телами, слежалым тряпьём, сигаретами и дешёвой выпивкой. Драко поморщился. Он старался как можно реже бывать здесь, но иногда приходилось по долгу службы. Логово егерей всегда было грязным и заваленным барахлом, которое они тащили сюда, не гнушаясь снимать с мёртвых или обворовывать идущих на смерть.
— Генерал Малфой! Какой приятный сюрприз! — Струпьяр подорвался со своего угла, где мгновение назад хвастался уловом перед остальными егерями. Драко сделал вид, что не заметил, как тот торопливо засунул в карман сжатую в кулак руку. Генерал, конечно, надеялся, что в кармане оказались серьги, но скорее всего — чьи-то золотые зубы. Разбираться с этим у него не было ни сил, ни желания.
— Какие новости по поимке беглецов?
Струпьяр тут же потупился, вжал голову в плечи, но голос его остался твёрдым.
— Я с утра отчитался перед мистером Лестрейнджем.
— Неужели? Как похвально.
Все егеря, кому не посчастливилось в этот час оказаться в одном помещении с генералом, затаили дыхание. Те, кто был ближе к выходу, постарались незаметно выскользнуть.
— Но я с удовольствием повторю свой доклад вам, мой генерал! — Струпьяр вытянулся в струну и бодро отрапортовал. — Оборотни и мои егеря обыскивают все земли вокруг Годриковой впадины. Мы установили посменное дежурство, чтобы поиски не прекращались ни на секунду.
— И каков результат?
А вот с этим уже было плохо. Струпьяр весь как-то сдулся и произнёс едва громче шёпота:
— Глухо, мой генерал. Мы нашли только мертвяков. Расщепило при аппарации, мой генерал. А кого-то добили дементоры. Эти твари разят без разбора, вы же знаете. Никого, кого можно было бы допросить, не оставили.
Драко кивнул. Тех, кого поймали живыми, допрашивал Родольфус лично, никого и близко не подпуская к своим жертвам. Выжившие были только с территории лагеря — те, кто не успел выбраться за ворота. Все, кто сбежал, либо умерли, либо находятся в укрытии.
Для надёжности Драко прошерстил сознание Струпьяра, натолкнулся на слабый блок, который с удовольствием взломал, не церемонясь. Егерь закатил глаза и упал как подкошенный. Слабак. Но Драко теперь мог сказать Лорду, что получил исчерпывающий доклад от егерей. Лично.
— За дело, хватит прохлаждаться, — негромко приказал он и покинул хижину.
Голова раскалывалась. Ему пришлось вторгаться в сознание множества крайне неприятных личностей за последние часы. Это было выматывающе, но необходимо. Конечно, ничего стоящего в воспоминаниях охранников не было. Блондинку, которая разрушила ворота, видели многие. В хаосе, царившем с первых секунд побега, ожидаемо большинство не обратили внимания на то, что она была уж слишком хорошо осведомлена о плане лагеря и постах охраны. Но парочка наблюдательных и достаточно сообразительных уникумов нашлась. «Да, девчонка была явно подготовлена. Юркая и сильная, просто жуть! Явно один из бойцов Ордена», — утверждали эти «глазастые» охранники. Это тоже не было сюрпризом для Драко. Кто-то всё равно связал бы её с массовым побегом. А он, генерал Драко Малфой, привёл её в лагерь. С него и спрос. Даже если сам Лорд каким-то чудом решит иначе, то уж Родольфус молчать не будет — ему своя шкура дорога. Однако пока генерал, видимо, вне подозрений — раз его включили в расследование побега.
Признаться начистоту, Драко не ожидал массового побега. Он вообще-то рассчитывал, что Пенелопа — выпускница Когтеврана, а значит, умная, достаточно магически подкованная, чтобы защититься, имеющая связи с членами Ордена, чтобы сообразить, куда именно бежать, здоровая, не отощавшая, не раненная — выберется из лагеря сама, и дело с концом. Он планировал разбираться только с этим. Но эта... девчонка белобрысая! Утащила с собой ещё пленников! В итоге — почти сорок беглецов! Вот это уже Драко не спустят с рук просто так. И хорошо, если пострадает только он, а не мама.
Это было единственное, на что он мог ещё надеяться: что Лорд не тронет Нарциссу.
— Благими намерениями вымощена дорога в ад, — пробурчал Драко под нос, прежде чем поправить маску и аппарировать в поместье с докладом.
— Ты привёл её в лагерь! — взревел Тёмный Лорд, стоило Драко переступить порог тронного зала.
Драко сразу обратил внимание, что Родольфус стоял перед главой Пожирателей на коленях. Уже успел, гад, с докладом и, конечно, прикрыл свой тощий зад всеми средствами. Колени Драко подогнулись, и он упал на мраморный пол собственного фамильного дома с оглушительным грохотом, ударившись маской. Сила Круциатуса была такой, что убила бы его на месте, не будь он менее тренирован. Лорд не заботился о сохранности своего генерала. Он выжигал его изнутри, выжимал слёзы из глаз, вопли из горла и желчь из желудка. Драко сучил ногами, царапал ногтями пол и думал о том, что, слава Салазару, здесь нет его матери. Если он умрёт тут, то Беллатриса ведь позаботится о маме?
— Встать! — рявкнул Лорд.
Драко стащил с лица треснувшую маску, дыша с хрипом, поднялся на колени и остался так стоять, опустив голову. Он сглотнул слизь и кровь, скопившиеся во рту, и произнёс:
— Вы знаете, почему я привёл её в лагерь. Вы сами это видели. Вы видели зачистку, мой Лорд.
— Ты не только легилимент, но и окклюмент, — прошипел Лорд, сев на трон.
— Против вас, мой Повелитель, моя окклюменция не стоит ничего.
«Соберись!» — приказал себе Драко и поднял голову, чтобы встретиться взглядом с Тёмным Лордом.
— Я бы не рискнул пойти против вас. И вы знаете... почему.
— Любовь есть величайшая слабость, мой мальчик, — внезапно сменил тон Волан-де-Морт. — Твоя мать знает об этом. Ты знаешь это. И я, уж поверь мне на слово.
Лорд хмыкнул.
— Да, ты бы не рискнул жизнью своей матери, это верно, — задумчиво протянул Волан-де-Морт. — И это делает тебя моим генералом. Моим самым преданным оружием. Моим самым смертоносным солдатом. Я взрастил в тебе силу, Драко. И в моей власти отнять её у тебя, помни об этом.
— Всегда, мой Лорд.
— Подойди ко мне, — негромко сказал Волан-де-Морт, поманив Драко к себе.
Тот с усилием поднялся и, пошатываясь, пошёл на зов. Он хотел было опуститься на колени перед троном, но Лорд остановил его жестом руки и обратился к замершему рядом Лестрейнджу:
— Смотри, Родольфус, до чего ты меня довёл. Я едва не прикончил собственного генерала. Я бы сожалел об этом потом, понимаешь? И тебе бы пришлось несладко, Родольфус.
Угроза повисла в помещении смрадом тёмной магии.
— Ищи предателя, Родольфус. Выжги эту гниль из сердца нашей семьи. Иначе гнев мой будет страшен.
Во время своей речи Лорд не спускал глаз с Драко, перебирал его сознание, рыскал в поисках любой подозрительной детали. Малфой ощутил тепло и солёный вкус крови на губах, затем багровая капля сорвалась вниз и ударилась о мрамор пола, разбившись уродливым пятном.
— Мой Лорд, — раздалось со стороны распахнутых дверей в зал. Беллатриса привлекла к себе внимание. — Уверена, наш генерал делает всё, что в его силах, и полностью осознаёт свой проступок. Позвольте мне наказать его самой.
— Пусть будет по-твоему. Ты свободен, Драко. А с тобой, Родольфус, я ещё не закончил.
Когда, откланявшись со всем церемониалом, Драко покинул наконец этот проклятый зал, за его спиной раздавались крики мучимого Родольфуса.
— Он проверит, наказала ли я тебя, — негромко произнесла Беллатриса, пока они шли рядом по коридору.
— Конечно, — кивнул Драко. Его мутило, его бил озноб, кровь из носа никак не останавливалась, но он был жив. Он выбрался. «Надеюсь, Пенелопа, я вытащил тебя не зря», — подумал он вскользь, не давая мысли осесть и оставить следов.
— Я отведу тебя к матери, — сказала Беллатриса. — Повелитель не уточнил, когда именно ты должен быть наказан.
— Нет, не в таком виде. Не сейчас. Я должен просмотреть отчёты от отрядов Пожирателей. Потом я сам к ней схожу. Обещаю.
— Хорошо, — Беллатриса на мгновение обхватила его запястье и торопливо ушла, оставляя Драко наконец-то одного.
Он тут же привалился к ближайшей стене и вытер нос рукавом формы, прикрыл глаза. Рядом раздался хлопок от появления эльфа.
— Господин Малфой хочет чаю? — пискляво раздалось снизу.
Драко заставил себя отлепиться от стены и выпрямиться, доброжелательно посмотреть на эльфа.
— Конечно, Тинкер. Принеси чай в мой кабинет.
— Сию секунду, господин Малфой, — и эльфийка исчезла, чтобы исполнить.
— Час от часу не легче, — ворчливо протянул Драко, приведя себя в порядок и сев за стол с посланиями от Пожирателей.
Тинкер принесла не только чай, но и пару печений с шоколадной крошкой. Она молча поставила всё на стол так, чтобы Драко мог удобно дотянуться, но при этом не испортить документы, лежащие перед ним.
***
Блейз в своём кабинете потягивал крепкий кофе и не менее крепко ругался. Из-за этого сраного лагеря в Годриковой впадине всех Пожирателей поставили на уши. Он и его люди обшаривали заданный периметр поисков и были пару раз даже высланы в рейды по известным адресам штабов Ордена, которые, конечно, были сто раз уже обысканы вдоль и поперёк, а от некоторых остался только пепел и память. Однако Тёмный Лорд очевидно в бешенстве, а Лестрейнджи в отчаянии, так что их всех гоняли с места на место. И тут камин вспыхнул зелёным, и появилась голова Драко. — Блейз! — Я тут, — хмуро пробурчал Забини. — Куда на этот раз нас погонишь, генерал? — Я не затем, — Драко отрицательно тряхнул головой. — Блейз, ты должен приглядывать за Тео. Блейз отставил бумаги и подошёл к самому камину, наклонился к лицу Драко, вглядываясь в него. — При чём тут он? — тут же подобрался Забини, став вмиг собранным и готовым к бою. — В отряде Грега один повесился. Кадм Трип. Знал его? — Нет, не припомню что-то... — Из молодняка. — Да их ведь столько... Разве всех упомнишь, — качает головой Забини, затем задумчиво тянет: — Повесился, значит. — Да. Приглядывай за Тео. Мне кажется, он... — Драко замялся, подбирая слово. — Понял, — Блейз кивнул. Объяснять не было нужды: из всех них молодой Нотт был самым впечатлительным. Ему пока удавалось не участвовать в зачистках и патрулях, но долго ли это продлится... Кадм Трип — неизвестный генералу Пожиратель, один из множества его подчинённых, покончил с собой. Это не было чем-то невероятным, такое случалось, пусть и крайне редко. На памяти Драко это был уже пятый случай. Все были молодыми, из числа тех, кто получил метку от своих глав отрядов, а не от генерала или Тёмного Лорда. Такие, как правило, либо были романтичными юнцами, считающими Пожирателей крутыми ребятами-блюстителями чистоты крови и нового порядка, либо сломленными, пришедшими к Пожирателям от безысходности. И та, и другая причина были очевидно хреновыми и не давали выживать в этой войне на долгой дистанции. — Мне пора, — сказал Драко, но Блейз окликнул его и указал на уголок губ. — У тебя тут... крошки печенья. — Твою мать, — ругнулся Драко, с силой вытирая губы, прежде чем камин потух. Блейз сполз на пол и потёр лицо ладонями. Что ж... по крайней мере теперь он точно знает, что Драко всё ещё их Драко. За всё время восхождения к власти и правления Тёмного Лорда иногда Блейз в этом очень сомневался. Как оказалось, зря.
