Мама сказала

Мама.

‎Первое слово для детей, самое важное слово. Мама, и поддержит, и обнимет, и приласкает. Она всегда будет на твоей стороне, чтобы не случилось. ‎От мамы всегда пахнет радостью и весельем. А руки у нее такие нежные, что похожи на облачка. Она погладит тебя по голове, скажет всего два слова, и эти слова ты запомнишь на всю жизнь. ‎ ‎— Люблю тебя. ‎

‎Люблю тебя...

‎

‎Руби не слышала эти слова очень давно. Точнее она не слышала эти важные слова от своей мамы. Мама всегда говорила, что гордится ими, что ей нравятся рисунки, которые они делали. Но слова любви Ай не произносила. ‎Руби этого не замечала. Мама была доброй и очень нежной, и этого было достаточно. Мама не говорила про любовь, но показывала ее. Она покупала им игрушки, играла, даже когда падала с ног. Она всегда им улыбалась искренне, не как на сцене. А ещё мама умела успокоить, так, что ни одна проблема не могла помешать. ‎ ‎Один момент в памяти Руби остался на всю жизнь. И этим моментом она очень дорожила. ‎ ‎В ту ночь гроза била на улице так сильно, что Руби просто пряталась под одеялом. Аква спал, и ничего не слышал. Он вообще крепко спал. Руби так не умела. Она слышала, как брат что-то бормочет во сне из соседней комнаты и ей становилось от этого смешно, пока не ударила молния. Руби отвернулась от окна, но это не помогло. Было холодно и страшно. ‎ ‎— Мама — тихо слетело с ее уст, словно от этого что-то изменится и страх уйдет. ‎ ‎Становилось все страшнее и страшнее, а слезы текли из глаз, как бы Руби не вытирала их. ‎ ‎В коридоре за дверью раздался шум, а позже включился свет. ‎ ‎Мама. ‎ ‎Девочка мигом спрыгнула с кровати и побежала к маме. Ей не хотелось находиться там. Там страшно. Там холодно. И там нет мамы. ‎ ‎Ай, что снимала обувь удивлённо глянула на дочь. Ее рубиновые глаза, сейчас были очень красными. Детские губки сжались и было видно, что сейчас она разрыдается в голос. Ай лишь присела на корточки и открыла руки для объятий. Руби обняла маму так, словно она могла исчезнуть и не вернуться. ‎ ‎— Я здесь, — как колыбель начала шептать девушка. — Мама рядом, все хорошо.  ‎ ‎Мамины руки гладили детские волосы. Чуть успокоившись, Руби оторвалась от мамы, хоть и не хотела. ‎Мама улыбалась. ‎Она улыбалась, но в глазах было беспокойство. Ай не хотела, чтобы ребенок чувствовал ее слабость и то что она сама готова разреветься, когда видит своих детей в таком состоянии. ‎ ‎— Что случилось, Руби? Страшный сон? — попыталась догадаться мама, но Руби лишь покачала головой и снова из глаз потекли слезы. ‎ ‎Руби и сама не могла понять почему она ревет, ведь мама рядом, все хорошо. Но глаза снова стали красными. ‎Ай подняла дочь на руки и что-то шептала себе под нос. ‎ ‎— Все хорошо, ты же моя доченька. — Руби лишь уткнулась у ней в плечо. — Ты моя золотая, я рядом. ‎ ‎Ай положила дочь на кровать и укрыла одеялом, что валялось на полу. Руби лишь по-детски смотрела на маму и на ее красивые глаза. Глаза мамы были прекрасны. ‎ ‎— Тетя Мияко говорит, что я похожу на тебя — произносит с ее губ быстрее, чем она смогла все осознать. — Она говорит, что буду такой же красивой. ‎ ‎Ай гладит ее по волосам. ‎ ‎— Конечно будешь, ты же моя доченька, а значит будешь такой же красавицей и даже краше. ‎ ‎Мысли мамы находятся далеко, но все ровно Руби становится тепло от этого на душе. Руби смотрит в окно, грозы больше нет и идёт дождик, что бьёт по крыше дома. ‎ ‎— Я тебя люблю, мама — эти слова, такие детские и невинные, Руби произносит словно во сне. ‎ ‎Мама не отвечает. Она смотрит на дочь. Руби кажется, что она видела слезы на маминых глазах. ‎ ‎Мамины слова любви Руби слышала лишь один раз. Перед ее смертью. И вот стоя на кладбище, где написано: "Хошино Ай". Руби положила цветы, и прошептала так, словно она снова маленькая и рассказывает маме секрет: ‎ ‎— Я тебя люблю, мамочка. Ветер теребил ее светлые пряди, а совсем недалеко от могилы стояла ворона и смотрела на Руби.