***
Wake up in your bedroom and there's nothing left to say Просыпаюсь в твоей спальне и мне нечего сказать When I try to talk, you're always playing board games Когда я пытаюсь поговорить, ты всегда играешь в настольные игры I wish I had monopoly over your mind Я мечтаю иметь монополию в твоём разуме I wish I didn't care all the time Я мечтаю не переживать об этом всегда***
Как только Элис позвонила, не прошло и нескольких секунд, как Микс взяла трубку. — Алло? Элис, как ты? – наверняка с немного грустной улыбкой проговорила Гортелия. — Да нормально, сойдёт. А ты как? – попыталась доброжелательно ответить Фокс. — Да вот представляешь, два дня назад мама погибла... – как только она это сказала, блондинка попыталась поддержать, чтобы рассказать о своих проблемах. — Да, я знаю. Мне мистер Микс рассказывал это позавчера. Сочувствую, это для тебя, да и для меня такое потрясение... – с манипулятивной добротой промолвила девушка. — После смерти матери, папа и сестра со своим сыном уехали в Техас, где тот рос... Слушай, Элис, если у меня не получиться им позвонить, звони ты им, окей? – попросила Гортелия. — Обязательно, Горти – убедительно сказала блондинка. На деле же Карл Микс со своей старшей дочерью, сестрой Гортелии, уже давно спали. Как бы это не было хорошим фактом для манипуляции, зеленоглазая решила промолчать о том, что она знает и о том, что она подозревает Карла в смерти Клары, матери Гортелии. Та была не очень удобным человеком для мистера Микса, ведь она угрожала всё рассказать полиции, так как по словам сестры Горти, это началось с её 14-летия и вовсе не по её согласию. Если бы Элис это рассказала, то Горта, сломя голову, поедет в Техас спасать старшую сестру-жертву от отца-педофила. Самой Фокс не было жаль сестру Горты. Почему, спросите вы? Блондинка предлагала той помощь. Она сама знала, какого это и в то время даже могла сочувствовать. Но девушка не приняла помощи и даже грубо отказалась от неё. — Элис? Ты здесь? – с нотками волнения поинтересовалась брюнетка. — Да, Горти, я здесь. Что-то ещё? – спокойно сказала Элис. — Слушай, я хотела спросить... А почему ты вечно жаловалась мне, а когда я просила сочувствия у тебя, то ты говорила "Не ной"?! Чёрт. БЛЯДЬ! Гортелия догадалась. Конечно, она не могла не догадаться об этой несправедливости, она не тупая курица, которую легко можно обвести вокруг пальца! Зеленоглазая не знала, что сказать в свою защиту. Все слова казались какими-то глупыми, детскими оправданиями. — Эл, знаешь что? Я прекрасно знала, что была для тебя всё это время лишь... Лишь "платком" для слёз!! Бев бы так не поступила никогда! Ты полная копия своего же чокнутого папаши, Элис Фокс!***
Гортелия бросила трубку. ... В принципе, она была права. Блондинка медленно, но верно становилась такой же, каким был Джеймс Фокс в молодости. Возможно, именно по этой причине мистер Алон иногда даже боится её?... ... Элис осознала одну очень, очень важную вещь. Она замолчала о Карле и её сестре ради блага Гортелии. Чтобы та не волновалась. Но Микс права – Фокс становилась такой же, как и её отец. Стоп, она же ведь уже говорила это?