Железный Резонанс

Приятного прочтения💞 ____________________________ Старк медленно приходил в себя. Голова раскалывалась, во рту стоял металлический привкус, а руки и ноги казались налитыми свинцом. Когда зрение наконец сфокусировалось, он понял, что привязан к стальной раме в холодном, полутемном помещении, похожую на лабораторию. Прямо перед собой он увидел женский силуэт. Девушка стояла спиной к нему, рассматривая какие-то записи на планшете. Свет ламп подчеркивал её волосы. — Майя? — хрипло позвал Тони, его голос сорвался. Она медленно обернулась. В её глазах не было торжества, только глубокая, выматывающая усталость и капля вины. — Ты как, Тони? — тихо спросила она, подходя ближе. — Бывало и получше. — Старк попытался дернуть руками, но кандалы сидели намертво. — Знаешь, я тут заглянул к «Мандарину». Оказалось, он большой фанат футбола и дешевого пива. И актер так себе. Майя промолчала, отводя взгляд. Она выглядела так, будто не спала несколько суток. — Зачем, Майя? — Тони смотрел ей прямо в глаза. — Киллиан использует твою работу, чтобы плавить людей. Это и есть то, о чём ты мечтала в Швейцарии? — Я пытаюсь всё исправить, Тони, — её голос дрогнул. — «Экстремис» может дать людям второй шанс. Но мне не хватает данных. Ты — единственный, кто может помочь мне дописать код. Помоги мне, и Киллиан тебя не тронет. Тони горько усмехнулся. — Помочь тебе сделать идеальную бомбу? Майя, ты всё ещё та блестящая девушка-ботаник, но ты связалась не с тем парнем. Киллиан не лечит людей, он их переделывает. В этот момент двери с грохотом распахнулись. В лабораторию вошел Олдрич Киллиан. Его походка была уверенной, а на лице играла торжествующая улыбка человека, который наконец-то получил все козыри. — Как трогательно, — протянул Киллиан, поправляя безупречный пиджак. — Гений и его муза. Хотя... кажется, я ошибся с музой. Тони, ты ведь всегда любил более изысканные вещи, не так ли? Киллиан подошел к центру лаборотории и небрежно бросил на пол три металлических шарика. Они покатились со звоном, а затем замерли, выбросив вверх мощные лучи света. — Я принес тебе подарок, Тони. — сказал Киллиан, и его глаза вспыхнули оранжевым. Голографическая проекция вспыхнула, и Тони замер, чувствуя, как сердце пропустило удар. Возникло изображение. Там, закрепленная в массивном металлическом кресле, находилась Элеонора. — Нора! — выкрикнул Тони, рванувшись вперед, но цепи лишь жалобно звякнули. Гилберт выглядела ужасно. Её кожа под ключицами и на висках пульсировала тем самым ядовито-оранжевым светом. «Экстремис» уже был внутри неё. Нора что-то отчаянно кричала, её губы двигались, она билась в путах, но звукоизоляция не пропускала ни звука. Через голограмму было видно только её искаженное от боли и ярости лицо. — Что ты с ней сделал?! — взревел Старк, и в его глазах вспыхнула первобытная ненависть. — Всего лишь дал ей шанс стать совершенной, — спокойно ответил Киллиан, подходя к изображению и проводя рукой по проекции лица Норы. — Видишь эти температурные пики? Она на грани, Тони. Её тело борется. У неё отличная генетика, но даже она не выдержит долго. Нора просто превратится в еще одну тень на стене, если не справится, и на этот раз это будет твоя вина. Старк посмотрел на безмолвный крик женщины, которая была его смыслом жизни. Он видел, как жар под её кожей становится ярче, как она задыхается от внутреннего пламени. — Хватит! — Майя Хансен вдруг шагнула вперед, и её голос, обычно тихий и осторожный, зазвенел от решимости. Она подняла руку, в которой сжимала шприц с высокой концентрацией «Экстремиса». — Отпусти её, Олдрич. И отпусти Тони. Сейчас же. Киллиан медленно обернулся, его лицо исказилось в презрительной усмешке. — Майя, дорогая, положи игрушку. Мы же оба знаем, что ты не нажмешь на поршень. — сказал он, и щелкнул пальцами, и изображение Норы пропало. — Ошибаешься, — Майя приставила иглу к своей шее. Её рука дрожала, но взгляд был твердым. — Если я введу себе эту дозу в такой концентрации, я взорвусь через секунду. И я заберу с собой тебя, всю твою лабораторию и все данные по стабилизации формулы. Ты останешься ни с чем. Тони замер, глядя на неё. Он видел, что Майя не блефует — она наконец осознала, какого монстра помогла создать, и была готова принести себя в жертву, чтобы остановить это безумие. — Отпусти Гилберт, — повторила Майя, её палец уже давил на поршень. Киллиан смотрел на неё несколько долгих секунд. Его глаза вспыхнули яростным оранжевым светом. Он ненавидел, когда его планы рушились, и особенно — когда ему бросали вызов та, кого он считал своим инструментом. — Ты права, Майя, — тихо произнес Киллиан, делая шаг к ней. — Ты действительно стала бесполезной. Ты слишком много думаешь о морали для того, кто создал самое смертоносное оружие века. Киллиан вскинул руку с пистолетом. Пуля ударила Майю прямо в грудь. Она не успела даже вскрикнуть. Её тело упало назад, ударившись о металлические стеллажи. Шприц выпал из её безжизненных пальцев, разбившись о пол. — Теперь она мне не мешает, — бросил Киллиан, даже не взглянув на тело женщины, с которой работал годами. Он обернулся к Тони, чье лицо превратилось в маску ужаса. — Теперь остались только ты, я и твоя догорающая Нора. — бросил он, выходя из лаборатории. *** Роуди проснулся в одном из отсеков танкера, мандарин уже успел и прихватить полковника подвешенным на массивных цепях прямо в своей броне. Костюм был заблокирован, системы не слушались. Перед ним появился Киллиан, который выглядел как победитель. — Вылезай из банки, Роуди, — насмешливо бросил Олдрич. — Только если ты меня очень вежливо попросишь, — огрызнулся полковник, тщетно пытаясь запустить репульсоры. Киллиан не стал просить. Он просто подошел вплотную и приложил раскаленную ладонь к грудной пластине брони. Металл начал мгновенно плавиться, становясь ярко-оранжевым. Роуди закричал от невыносимого жара, который просачивался внутрь. Когда температура внутри костюма стала критической, сработал аварийный протокол: броня раскрылась, чтобы не зажарить пилота заживо. Савин грубо вышвырнул Роуди из костюма на пол, а сам Киллиан, сменив лицо на холодную маску, распорядился отправить в эту броню своего человека. Теперь у них был «Железный Патриот» для финального удара по президенту. *** Тони все еще был закреплен кандалами, глядя на пустеющую комнату после ухода Киллиана. Тело Майи лежало неподвижно, а в голове крутилась голограмма с бьющейся в агонии Норой продолжала выжигать ему сердце. Он понимал: времени больше нет. — Давай же, Харли... не подведи, — прошептал Тони, изо всех сил концентрируясь на датчиках, вживленных в его предплечья. Тем временем в Теннесси: В заснеженном городке, в старом гараже, Харли стоял перед Марком 42. Индикатор на груди брони внезапно сменил цвет с тускло на ярко-белый. Раздался резкий механический щелчок — системы ожили. — Заряжен на сто процентов, — выдохнул Харли. — Счастливого пути, инженер. Броня дернулась. Сначала взлетел шлем, затем за ним потянулись наплечники и перчатки. С оглушительным ревом реактивных двигателей части костюма пробили дверь гаража и одна за другой устремились в ночное небо, оставляя за собой инверсионный след, направленный на юг. В Майами: Тони закрыл глаза, чувствуя знакомую вибрацию в воздухе. Звук нарастал — это был не просто свист ветра, это был свист приближающегося спасения. Внезапно бронированное стекло лаборатории разлетелось вдребезги. Первая деталь — левая перчатка — влетела в комнату и с лязгом защелкнулась на руке Тони. Следом ворвался сапог, выбивая оружие из рук подоспевшего охранника. — Наконец-то! — крикнул Тони. Детали Марка 42 летели со всех сторон, пробивая стены и сшибая солдат «Экстремиса». Левая рука, правая нога, нагрудник... Тони крутился в воздухе, ловя части своей брони на лету. В какой-то момент шлем едва не пролетел мимо, но Старк ловко поймал его и защелкнул на голове. Глаза костюма вспыхнули ярко-голубым светом. Интерфейс Джарвиса и Афины. — С возвращением, сэр, — раздался в ушах спокойный голос Афины и Джарвиса. ____________________________ Благодарю за прочтения💞