The Flower Thats Survived the Winter (The Flower That Wilted in Spring)

      Гарри Поттер всегда хорошо умел притворяться.       Люди думали, что его смелость — от силы, но они не понимали, что смелость и избегание часто имели одни корни. Храбрость не нужна, чтобы лицом к лицу встретиться с монстром — она нужна, чтобы лицом к лицу встретиться с тем, что человек чувствует.       И поэтому Гарри прижимал руку к груди каждое утро, ожидая, пока боль схлынет, прежде чем кто-нибудь заметит.       Ханахаки всегда начиналась тихо.       Небольшое давление под рёбрами.       Лёгкое першение в горле.       Слишком хрупкий, чтобы говорить о нём вслух, лепесток.       И Гарри — глупый, упрямый, безнадёжно влюблённый в не того человека — игнорировал все признаки неизбежного до тех пор, пока не мог дышать, не чувствуя запах и вкус лепестков.       Он научился скрывать кашель.       Он научился проглатывать боль.       Он научился улыбаться, словно не умирал из-за Драко Малфоя.       Драко, которого он никогда не видел.       Драко, чей взгляд скользил мимо Гарри, словно тот был пустым местом.       Драко, которого Гарри любил так отчаянно, что его лёгкие цвели по-зимнему голубыми цветами.       Никто не знал.       Никто, кроме единственного человека, и Гарри многое бы отдал, чтобы тот не замечал.       Том Риддл.       Том смотрел на Гарри так, как коллекционер смотрит на очередной шедевр в своей коллекции.       Тихо. Просчитывая.       Собственнически, с древним и неизбежным чувством.       Том не был нормальным волшебником — он был Искателем Души.       Рождённые с чутьём лучшим, чем инстинкты, способные чувствовать эхо эмоций и страданий другого человека, когда были связаны с ним.       Они закреплялись за одну душу на всю жизнь.       И Том закрепился за душу Гарри задолго до того, как тот впервые выкашлял лепесток.       Он чувствовал каждую боль.       Каждую дрожь.       Каждый удар сердца.       Но Гарри не знал этого.       Он только знал, что Том стоял слишком близко, заглядывал слишком глубоко и касался его, словно имел на это полное право.       Гарри ненавидел это.       Он нуждался в этом.       Он ничего не понимал в происходящем. ---☆★☆--- ▪︎Драко▪︎       Драко Малфой всегда видел в себе наблюдателя.       Элегантность в точности, как говорил отец.       И всё же он проглядел единственное, что было важно.       Он не знал, что заставило его тем вечером свернуть в коридор библиотеки.       Возможно, звук — лёгкий вздох. Возможно, какое-то движение.       Но когда он заглянул за угол, то застыл.       Гарри стоял на коленях на полу, одной рукой цепляясь за книжную полку. Голубые лепестки, словно изморозь, покрывали пол вокруг него. Его дыхание было неровным, а кожа — мертвенно-бледной.       Драко почувствовал, как что-то рухнуло внутри.       Ханахаки.       Это слово словно ударило его мысленно.       Он знал, что это значит.       Он знал, как оно растёт.       Он знал эту боль.       И лепестки… их цвет… Драко с трудом сглотнул.       По-зимнему голубые.       Он вскинул взгляд к глазам Гарри — ярко-зелёные, широко распахнутые, полные боли.       «Из-за меня? — ошеломлённо подумал Драко. — Он… Он чувствует это из-за меня?»       Прежде, чем он смог сдвинуться с места, кто-то другой успел.       Том Риддл.       Он шагнул из тени, словно ожидал там, словно этот момент был предначертан.       Гарри упал в его руки, и Том поймал его с такой собственнической аккуратностью, что Драко похолодел.       — Тише, дорогой, — проговорил Том, зарываясь пальцами в волосы Гарри.       Гарри не сопротивлялся.       Его дыхание сбилось, но не от страха.       Драко не мог дышать.       Том двумя пальцами надавил на грудь Гарри, тихо и сокровенно бормоча заклинание. Драко чувствовал эту магию — тёмная, тяжёлая, живая.       Магия Искателя Души.       И внезапно Драко понял.       Том не помогал.       Том присваивал.       Его голос стал ниже, мягким, словно грех:       — Ты принадлежишь мне. Я не позволю тебе умереть из-за кого-то, кто не может даже увидеть тебя.       Драко отшатнулся с колотящимся сердцем.       Ему надо было убежать.       Или крикнуть.       Или вмешаться.       Но вместо этого он просто замер, наблюдая за тем, как Том укачивает Гарри, словно что-то бесценное, наблюдая за тем, как Гарри виснет на нём, словно у него не было сил стоять.       К тому моменту, когда Драко нашёл в себе силы пошевелиться, Том уже выводил Гарри из библиотеки; лепестки стелились за ними разорванным букетом.       И Драко понял одну вещь слишком поздно:       Гарри Поттер любил его.       А Драко не замечал. ---☆★☆--- ▪︎Гарри▪︎       Он проснулся в кровати Тома.       Не в больничном крыле.       Не в спальне своего факультета.       В личных комнатах Тома Риддла.       Гарри дезориентировано моргнул, щурясь на тусклый свет лампы. Ощущение в груди было непривычно лёгким, боль уменьшилась до едва заметного отголоска.       Не было лепестков.       Ни одного.       Ужас накрыл его: лепестки исчезли, потому что?..       Том присел рядом, глядя на него с нечитаемым спокойствием.       — Прежде чем ты запаникуешь, — мягко сказал он, — ты жив.       — Ты… Ты вылечил меня? — Гарри вгляделся в него; его голос дрогнул.       Том покачал головой.       — Я убрал то, что убивало тебя.       — Почему… Почему ты сделал это? Это не было твоей ответственностью…       — Это моя ответственность. — Том склонился ближе, его взгляд помрачнел. — Твоё страдание — моё.       Гарри напрягся.       — Ты не можешь просто решить…       — Я не решаю, — тихо сказал Том, — я чувствую. Каждый отголосок твоей боли. Каждый лепесток, что тебя душит. — Его пальцы обвели подбородок Гарри с такой нежностью, что у того перехватило дыхание. — Искатели Души не выбирают. Мы сами выбраны.       — Так ты… — Гарри с трудом сглотнул, — привязан ко мне?       — Навсегда. — Голос Тома опасно смягчился.       Гарри ненавидел, что его сердце замерло. Он ненавидел, что его окутало теплом. Он ненавидел, что Том смотрел на него, словно он был единственной важной вещью во всей Вселенной.       — Отпусти меня, — прошептал Гарри.       Том улыбнулся — медленно, разрушающе.       — Я уже однажды так сделал, Гарри. Я не сделаю этого вновь. ---☆★☆--- ▪︎Драко▪︎       Драко наблюдал за ними следующие несколько дней.       Том всегда шёл позади Гарри — достаточно близко, чтобы коснуться, достаточно близко, чтобы присвоить, достаточно близко, чтобы поймать, если Гарри вдруг покачнётся.       Гарри притворялся, что не замечает.       Вот только Драко видел это.       Как Гарри слегка склоняется к Тому, когда устаёт.       Как он краснеет, когда Том заправляет ему прядку за ухо.       Как его дыхание сбивается, когда Том что-то мягко и тепло говорит.       Гарри падал.       Медленно.       Мягко.       Неизбежно.       Драко чувствовал… опустошённость.       Он не ненавидел Тома.       Он ненавидел время.       Если бы он знал, если бы он видел, если бы он обернулся раньше…       Может быть, Гарри бы не страдал.       Но теперь лепестков не было.       И Гарри смотрел на Тома с чем-то, что Драко слишком хорошо распознавал.       Что-то мягкое.       Что-то тёплое.       Что-то растущее.       Драко неровно выдохнул; он даже не понял, что задержал дыхание.       Он опоздал. ---☆★☆--- ▪︎Том▪︎       Том никогда не был терпеливым.       Но ради Гарри…       Он научился ждать.       Он не давил.       Он не приказывал.       Он просто был рядом.       Всегда близко.       Всегда наблюдая.       Всегда будучи готовым поймать Гарри, едва тот споткнётся.       Но Гарри не спотыкался.       Вместо этого случилось кое-что другое.       Одним снежным вечером, гуляя около Чёрного Озера, Гарри посмотрел на него и тихо спросил:       — Ты спас меня… Почему?       Ответ Тома был прост.       — Потому что потерять тебя означало бы потерять себя.       И Гарри — красивый, храбрый, безрассудный Гарри — не отвернулся.       Он шагнул ближе.       И ещё ближе.       Том почувствовал отклик его магии, тёплый и немного колючий.       — Том… — прошептал Гарри подрагивающим голосом. — Мне кажется, я…       «Падаешь, — подумал Том. — Наконец падаешь».       Гарри поднял взгляд; его дыхание мягким теплом оседало на губах Тома.       — Мне кажется, я чувствую… что-то.       Том прикрыл глаза.       Не потому, что он устал.       Но потому, что он ждал этого момента дольше, чем Гарри мог представить.       Его голос был тихим, благоговейным шёпотом.       — Тогда падай, Гарри. — Он погладил щёку Гарри с мягкой настойчивостью, что заставила его дрожать. — Я поймаю.       И Гарри падал.       Понемногу.       Мягко.       Полностью.       И Том — что упал раньше, быстрее, глубже — наконец держал то, что, как он всегда знал, принадлежало ему. ---☆★☆--- ▪︎Драко▪︎       Он увидел их случайно.       Гарри стоял возле фонтана в центре внутреннего двора, а Том — позади него, обхватив руками талию.       Гарри откинулся на него, расслабленный, тёплый, живой.       Том упёрся лбом в затылок Гарри, словно принося клятву.       И Гарри…       Гарри улыбался.       Без сомнений.       Без нерешительности.       Но мягко.       Уверенно.       Любя.       Драко тихо отступил назад, не разрушая момент.       — Позаботься о нём, — прошептал он в никуда.       Голос всё равно ответил:       — Я так и собираюсь поступить.       Том стоял в арке, спокойно, но внимательно глядя на него.       Драко кивнул.       Том кивнул в ответ.       Некоторые раны не нужно исцелять.       Только принять.       Драко развернулся, с сердца словно сняли тяжёлый груз.       Некоторые истории любви не для него.       Но Гарри?       Гарри был ровно там, где его место. ---☆★☆--- ▪︎Гарри▪︎       Гарри упёрся лбом в лоб Тома, его сердце билось ровно.       — Я больше не умираю, — пробормотал он.       — Нет, — ответил Том, большим пальцем мягко очерчивая щёку Гарри, — ты живёшь. Со мной.       И когда Том поцеловал его — медленно, обладая, перехватывая дыхание — Гарри ответил.       Никаких лепестков.       Никакого страдания.       Никакой ненужной боли.       Только тепло.       Только исцеление.       Только любовь, находящая путь туда, где она должна быть.