Попробуем с начала?

“When life comes crushing

At the early break of day,

We've only come so far.

Darker times — Berenika”

Тишина родного дома накрывала с головой. В этих стенах не было ничего того, что ранее приносило былую радость и касалось сердца чем-то весьма трепетным и нежным. Сейчас же осталось лишь что-то неуютное в этих длинных коридорах и нескольких этажах, подкрепленное болезненными воспоминаниями об ошибках совершенных в прошлом и не правильно принятых решениях. Пустота, тишина и ничего большего. Чувство одиночества все с каждым разом въедалось в разум Драко, цепляясь за его душу острыми когтями. Не проходило ни дня, когда это чувство не беспокоило. Не спасали даже птицы, которых тот развел после кончины родителей. Они были его единственной отдушиной в одиноком мире которым тот старался отдавать всего себя. А кому ещё? Он один. Без семьи. Без друзей. Один в старом, большом поместье в котором даже портреты не всегда горели желанием с ним разговаривать, просто игнорируя. Будто бы Мэнор опустел с уходом родителей Драко. На дворе был полдень, тот лежит свернувшись в непонятный клубок на своей кровати, в душной комнате тяжело дыша. В летний сезон, когда над Лондоном нещадно палило солнце, тот умудрился подхватить какую-то, казалось обычную простуду. Мысли изначально были о том, что это действительно обычный кашель, который, через какое-то время после применения зелий должен был пройти… но по прошествию нескольких дней, зелья перестали действовать, а симптомы лишь усиливались. Ничего из того, что тот пробовала предпринять не имело никаких результатов. Полученные знания из книг и прошлый опыт по лечению матери были бесполезны в его случае, ничего не помогало. Он пытался варил зелья. Но его попытки были тщетными, лишь только тратил дорогостоящие ингредиенты в пустую. Он попросту не успевал их доделывать — валясь с ног от усталости. Слишком тяжело было находится у горящего огня под котлом, а запах ингредиентов и разных трав кружил голову. Зелья выкипали или тот не успевал вовремя добрасывать в котел нужные компоненты. Температура росла, медленно, превышая отметку в тридцать восемь с половиной градусов по цельсию. Горло обжигало каждый раз, когда из него вырывался сухой кашель, каждый раз усугубляя его и так шаткое положение. Он ничего не ел уже по большей мере трое суток. Желудок предательски сжимался, вызывая ещё более неприятные ощущения, чем когда тот заходился в приступе кашля. Состояние становилось все хуже с каждым днем и тот уже сейчас пожалел о том, что два года назад выгнал всех домовиков из Мэнора. Малфой сжался на кровати, стараясь унять очередной болезненный порыв кашля. Лоб покрылся липкой от пота испариной. Его начинало жёстко лихорадить, но он старался продержаться еще сколько то времени, в надежде, что простуда отступит и тому станет легче. Аппарировать в Мунго в таком состоянии тот не мог. Просто не хватило бы сил и была велика вероятность расщепления. Для Драко аппарация сейчас была сродни казни в Азкабане. До ужаса болезненной и не менее тяжелой. Что же делать? Не смотря на лихорадочную пелену, Драко в голову пришла отвратительная мысль. Написать письмо с просьбой о помощи. Написать ему, в надежде, что оно дойдет до адресата и тот не откажет. Ведь больше некому, да? Но Малфой ломался, долго споря с собой о правильности принятия подобного решения. Он был слишком гордым, чтобы просить о помощи, тем более предательский мозг хотел просить о помощи его. Более безрассудной идеи в бреду тот явно не мог придумать. Что о нём подумают, когда адресат все же получит чертову сову с письмом от бывшего пожирателя смерти с просьбой о помощи? Уступив себе в споре, тот все же сломался под напором собственных симптомов, принимая решение, которое полностью противоречило его здравому смыслу. Это было абсурдно, но тот все же принял это окончательно. Кое как Драко сгреб себя с кровати и опираясь обо все, что только могло удержать его в вертикальном положении, спотыкаясь почти что на ровном месте, Малфой направился в единственное, наполненное жизнью место в поместье. Покинув Мэнор, без опоры под рукой, почти что спотыкаясь, тот все же достиг поставленной им цели. Как бы не было тяжело и какое бы не было состояние, он был Малфоем. А Малфои всегда получают то, что хотят. Совятня представляла из себя небольшую двухэтажную башню, где первый этаж был полностью застеклен и защищен от ветра массивными, для крохотного сооружения каменными стенами. Второй же напоминал чем-то совятню из Хогвартса. Открытое пространство, с жердочками ввинченных в деревянное перекрытие пола и местами под гнезда на стенах, устланными сеном. Открыв массивную дверь, он с трудом добрался до письменного стола, вытаскивая из специального ящика перо, пергамент и аккуратную чернильницу. Руки дрожали, от чего ранее изящный каллиграфический почерк превратился в нечто отвратительно не аккуратное, а на столе рядом с пергаментом образовалось пара жирных черных клякс. Он даже умудрился испачкать один из рукавов своей белой шелковой рубашки. Голова совершенно не хотела соображать. Продумывание предложений отдавались острой болью в висках. Он положил голову на стол, выдыхая от ощущения блаженной прохлады и плюнув на все, нацарапал на пергаменте единственные два слова совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны. От его гордости и так ничего не осталось, что уж говорить о том, что какой-то листок бумаги сможет испортить и так плохую репутацию Малфоя. Подозвав к себе сову, тот медленно, но кое как привязал к её лапе скрученную записку и прошептал имя адресата. Эта сова была одной из тех, кто мог найти адресата в любой части Британии. Драко не знал, как ей это удается, но был уверен, что его корявые строчки точно дойдут до адресата. Провожая взглядом птицу, тот выдохнул, вновь опускаясь на прохладный стол головой. Сейчас он немного переведет дыхание и вернется в Мэнор.

***

Выходные дни всегда были как праздник. Единственные дни, когда не нужно было думать о безопасности и возможность провести его в кругу семьи. В семействе Уизли, не смотря на шум с утра пораньше было как всегда уютно и комфортно. Большой стол ломился от вкусностей, что приготовила Молли с Джинни. Все были одеты в пестрые наряды, характерные только этому семейству. Веселый смех наполнял Нору заливистым звоном. Гарри о чем-то разговаривал с Артуром Уизли. О чем-то магловском. Видимо, за больше чем десяток лет нахождения Гарри в семье, тот не успел расспросить обо всем, что его так интересовало. Подобные разговоры часто были частью вечера и Гарри находил в них, что-то особенное. О том, о чем они могли искренне поговорить и посмеяться. Гарри рассказывал все, что знал сам: об интернете, электрических приборах и электропроводке. Вообщем обо всем, чего не знал магический мир. Они бы так и продолжили вести свою увлеченную беседу, но миссис Уизли появилась в дверном проеме кухни, призывая всех собраться за столом. Началась трапеза и разговоры за столом стали более шуточные, более обыденные, изредка переходящие в разговоры о работе и каком-то недалеком будущем, которое было запланировано на следующие выходные. — Гарри, ты же отправишься с нами в Ирландию? — Рон, только что проживавший остаток черничного пирога глядел на друга с вопросом и надеждой. — В следующие выходные?— Гарри что-то задумчиво стал вспоминать, были ли поставлены рейды на ближайшие дни. Работа полевым аврором занимала значительно больше его свободного времени. С друзьями получалось увидеться лишь на выходных, особенно при полной, загруженной работой неделе. — Я пока не могу дать точного ответа, Рон. Давай обсудим это ближе к середине недели. Возможно я смогу договорится с Робардсом, чтобы тот дал мне несколько отпускных дней. — Отлично.— Удовлетворенный таким ответом, Рон вновь перевел все свое внимание на пирог. Молли всегда прекрасно готовила и все семейство, включая Гарри очень любили её еду и не уставали нахваливать кулинарные способности женщины. — Рон, ты не один, оставь хоть немного остальным!— Джинни всегда критиковала излишне большой аппетит брата, потому и сейчас потянулась за тарелкой, чтобы забрать ее у Рона, но тот вцепился в неё, не желая отдавать обратно. Наблюдая за этой картиной все невольно рассмеялись. Лишь Молли недовольно смотрела на своих детей, которые решили использовать пирог для ” перетягивания каната” пачкая белые скатерти темно-фиолетовым, почти черным джемом с того самого каната. Сколько бы лет не прошло и в каком возрасте все они бы не были, они всегда оставались собой. Гарри не скрывал улыбку наблюдая за воцарившимся за столом хаосом в его семье. Пусть он не был связан с ними кровными узами, пускай так и не взял Джинни в супруги, все равно эти люди стали для него родной семьей и домом, в который всегда можно было вернуться. Идеальный хаос царивший за столом прервал настойчивый стук доносящийся со стороны окна. Пестрая сова сидела на подоконнике нещадно стуча клювом по стеклу, стараясь как можно скорее привлечь внимание хозяев дома. Все перевели внимание туда, гадая, кому же в столь ранний час могло придти письмо. Джинни подорвалась из-за стола первая. Открывая окно и пропуская сову в дом, она осторожно протянула руку к лапе совы, но та не раздумывая укусила девушку. Джинни вскрикнула, прижимая поврежденную руку к груди и прожигая птицу ненавидящим взглядом. Кажется, у них воцарилась обоюдная ненависть друг к другу. Вероятно, будь воля девушки, она бы прогнала ненавистную птицу сразу же. — Гарри, это письмо тебе, — она повернулась в сторону своего друга, все еще прижимая руку к груди. — Там корявым почерком написано твое имя. — Мне?— Поттер удивленно посмотрел на Джинни и поднялся из-за стола, медленно подходя к окну, на котором, вжав свою небольшую голову в плечи расселась сова. Он протянул аккуратно руку к свернутому в трубочку листу пергамента, не отводя взгляда от нахохлившейся птицы. Сова тоже следила за каждым действием, не сводя широко открытых глаз с его лица. Гарри развязал не аккуратный узел на лапе и поспешно забрал небольшой свиток. Сова на удивление не цапнула его позволяя забрать пергамент, а лишь поднялась с насиженного места, расправила свои крылья и упорхнула в открытое окно. Гарри проводил ее взглядом, а после вернулся к посланию Его имя на краешке свертка было выгравировано дорогими чернилами и не менее дорогим пером. Понять это можно было сразу. Чернила были глубокого черного оттенка, а буквы, пускай были написаны небрежно, но имели тонкую структуру ранее изящного почерка. Развернув пергамент, и бегло прочитав содержимое тот изменился в лице. Все веселое настроение куда-то мигом испарилось, сменяясь гложащим чувством беспокойства. Послание от Малфоя, и учитывая то, как был искажен почерк отправителя, расклад дел был явно не в лучшую сторону. Да и с каких пор, сам Драко Малфой отправлял сову Поттеру? После столького времени игнорирования попыток Гарри связаться с бывшим слизеринцем, неужели тот все же соизволил поубавить пыл своей гордости? Гарри столько времени потратил на то, чтобы достучаться до Малфоя:писал письма, пытался связаться через патронус. Но все его попытки были тщетными. Ответа Поттер так и не получил. На развернутом листе, тем же почерком было написано всего лишь два слова. Всего два слова, которые заставили забыть Поттера о том, где он был и с кем он находился. Пергамент было по ошибке отброшен на близлежащий стол, и тот даже не позаботился о том, что его кто-то мог увидеть. — Мне нужно отлучиться.— Гарри поспешно бросился на выход оставляя недоумевающие и вопросительные взгляды семейства Уизли позади. Джинни подняла лист пергамента, всматриваясь в неаккуратный почерк, сразу сжимая в раздражение угол послания. Она никогда не одобряла то, как Гарри рвался к этому слизеринцу ранее, и в корень не одобряет это и сейчас. Но Поттер был слишком зациклен на Малфое, что попробуй Джинни остановить его, развернулся бы очередной скандал. В письме было всего два слова: “ Малфой-Мэнор. Пожалуйста.”

***

Гарри аппарировал вплотную к каменному забору, окружающему Малфой-Мэнор по большому периметру. Тот медленным шагом подошел к металлическим воротам, аккуратно толкая калитку и делая шаг вперед. На удивление, родовая магия Малфоев спокойно позволила ему пройти. Хотя было бы странно, если бы Поттер не смог попасть во внутренний двор поместья, учитывая отправленное Малфоем письмо. После войны мэнор был единственным пристанищем Малфоя и тот никого и никогда не пропускал за ворота. Были редкие случаи, когда ворота отворялись для гостей, но этого уже давно не случалось. Малфой ни с кем не общался все эти годы, не отсвечивал в “Еженедельном пророке” и даже простой информации о нем нигде не было. Многие из его бывших знакомых не имели о нем никакой информации. Малфой вел отстраненную жизнь вдалеке от людей, закрываясь настолько сильно, что родной дом стал походить на каменную клетку для своего хозяина. Ворота неприятно скрипнули так, будто за ними давно никто не ухаживал. И стоило им полностью отворится, как Гарри не раздумывая сорвался на бег. Он бежал вперед, даже не смотря под ноги, ведомый лишь терзающим чувством обреченности и боязни опоздать. Предчувствие редко обманывало героя и сейчас он не сбавлял скорости бега, всецело доверялся ему. Он сам не понимал, откуда в его груди теплится такое беспокойство за старого врага, но отчетливо осознавал, что это все было не просто так. Что это чувство имеет что-то большее, чем просто спонтанное беспокойство из-за какого-то клочка пергамента. И прекрасно понимал, что даже спустя столько лет имя Драко имеет над ним какую-то неведомую власть, доселе невиданную самому Поттеру. Ведь он мог сорваться так к любому, но, явно бы не бежал сломя голову, боясь нарваться на человека в плохом расположении духа из-за опоздания. Малфой был той еще занозой. Язвительной и нетерпеливой. В мэнор тот буквально ворвался, на бегу открывая, лишь слегка прикрытую дверь. Он обвел беглым взглядом парадную, выискивая хозяина. Но никого не было видно. Будто помещение давно пустовало. Он попытался дозваться хотя бы до одного местного домовика, но на его зов никто не ответил. Звенящая тишина окутала поместье своим холодным присутствием. — Дракоо, — Гарри прокричал имя Малфоя настолько громко, насколько мог. Но ответом была лишь умиротворяющая и пугающая тишина. Ни единого звука, ни единого шороха. Поместье Малфоев было слишком просторным для пребывания одного единственного человека. Куда стоит пойти первым делом? Где он мог бы находится? Нужно искать место, где есть письменный стол и специальные принадлежности,ведь то,что после написания послания Малфой не покинул место,была велика. Отметая в мыслях все подобные места, в которых по его мнению отсутствовало рабочее место, тот сразу стал продумывать маршрут, чтобы не терять времени зря. Но тревожное чувство того, что Малфоя могло не оказаться в поместье засело где-то глубоко, на равен с беспокойством за него же. Он надеялся, что подобная просьба не была шуткой. Драко ведь правда не мог так поступить? Выругавшись Поттер рванул на второй этаж, в надежде, что Малфой мог закрыться в одной из комнат и просто на просто не услышать как его зовут по имени. Как Поттер зовет его по имени. В школьные годы это было как табу. Заклятые враги никогда не обращались друг дружку по имени, в то время это было чем-то запретным, означающим, что вражде между двумя факультетами пришел конец. Но на втором этаже его тоже не оказалась, все комнаты были запечатаны родовым заклятием, а та единственная, что была доступна для посещения оказалась пуста и была в полном беспорядке. Множество осколков у стола, баночек и колб украшали пол хаотичным разгромом. Оглядев все это коротким взглядом, развернулся, закрывая дверь. Гарри вновь спустился на первый этаж, в раздумьях о том, где же мог находится Малфой. Остановившись в центральном помещении, в аккурат рядом с выходом, тот задумался. И ведомый своей догадкой, вновь срываясь на бег, выбежал на улицу, даже не прикрывая входную дверь, оглядываясь в поисках заветного здания. Владения Малфоев были слишком обширны , один дом занимал по меньшей мере одну четвертую часть их земли. Оббежать все за короткий срок, Поттеру бы просто не удалось, слишком большой периметр. От чего, действуя не обдуманно и методом тыка тот направился к совиной башне, ведь это первое что пришло ему на ум спустя кучу потерянного времени на поиски в Мэноре. Драко ведь отправил письмо совой, и что логично было бы предположить делал это из совятни родового поместья. Кажется чувство беспокойства настолько сильно поглотило Поттера, что тот даже забыл, какого это мыслить быстро и рационально. До совятни вела небольшая тропинка. Она единственная из всех была протоптана достаточно хорошо, пускай по бокам уже стала обрастать молодой зеленой травой. Если сравнить с тем, как на первый взгляд сильно был запущен внешний двор мэнора, дорога до совятни пользовалась большой популярностью. Неужели, это единственное место в поместье, которое посещал Драко на протяжение этих лет? Совятня представляла собой круглую каменную башню без стекол на окнах второго этажа и с одним единственным входом. Дверь в нее была приоткрыта и Гарри, не сбавляя своего темпа, поспешил к ней. Малфои всегда отличались от многих волшебников чувством стиля, и этот стиль никак не мешал сочетать его с комфортом. Раздельные помещения, первый этаж который отделялся от второго крутой винтообразной лестницей и люком под потолком. . Совам любезно был предоставлен второй этаж, в то время как первый был выделен под небольшой стол с письменными принадлежностями. Как раз за этим самым столом, на его поверхности, лежал Малфой. Он тяжело дышал и глаза его были прикрыты. — Малфой. — Гарри позвал его, но тот даже бровью не повел, потому Поттер без чувства того, что нарушает чужое пространство подошел ближе. Картина представшая перед Поттером в корень отличалась от его восприятия правильности присущей Драко. Малфой лежал на столе, на вытянутой вперед руке, в то время как вторая рука мирно покоилась на столе рядом, сжимая тонкими пальцами изящное перо. Кожа у того была бледнее обычного, а под прикрытыми глазами залегли темные круги. Гарри аккуратно коснулся сбившихся на голове белых прядей, стараясь разбудить блондина, уверенно думая, что тот спит. Но когда рука коснулась района лба, Поттер искреннее выругался. Лоб Малфоя был настолько горячим, что его можно было сравнить с жаром адского пламени. Он не раздумывая потянулся к специальному карману, и вытаскивая свою волшебную палочку, тихо прошептал охлаждающее заклинание, в надежде, что это поможет привести Малфоя в чувства. — Малфой, приди в себя, — Гарри слегка наклонился, аккуратно сжимая на вид хрупкое плечо и аккуратно потряс за него. — Черт, Драко, что случилось? Драко с трудом приоткрыл один глаз, оставаясь все в том же положении. Казалось бы заклинание подействовало сразу, температура должна была слегка упасть, и тот должен был постепенно начать приходить в себя, но тот вновь прикрыл глаза, что-то невнятно пробубнив. Поттер вновь попытался привести того в чувства. На что Малфой лишь приоткрыл глаза, устало смотря на того, кто так бессовестно потревожил его сон. Отголоски болезненного сна не прошли, а голова все еще продолжала болеть, дополняя все это затекшими конечностями от неудобной позы. Письменный стол не являлся удобным вариантом для сна. — Не думал, но…Ты все же пришел…— тот выдал это как-то вяло, тихим голосом вновь прикрывая глаза. — Ты попросил. — на этот ответ Драко лишь тихо усмехнулся, приподнимая голову с руки которая уже успела занеметь, но тут же вновь склонился над столом в приступе болезненного кашля. Поттер подорвался сразу, опускаясь на колени перед бывшим слизаринцем: — Аппарировать сможешь? Тебе нужно в мунго. Драко отрицательно покачал головой и было видно, что даже это действие давалось ему с трудом. Малфою не нужно было говорить о своем состоянии, Поттер по симптомам и так все понял. Бледный и уставший вид, пронзительный кашель, который явно не приносил бывшему слизеринцу ничего хорошего. В его голосе не слышался тот отстраненный тон, лишь какая-то странная покорность. Гарри протянул руку Малфою: — Давай вернемся в Мэнор, для больного тебя, совятня не слишком подходит. Малфой посмотрел на протянутую руку и хотел было съязвить в своей привычной манере,но сразу же осекся. Он тот, кто вызвал Поттера сюда. Он тот, кто написал то письмо. Он тот, кто нуждался в нем сейчас. Потому стоило замолчать и принимать так любезно с его стороны оказанную помощь. В ответ на жест Поттера, Драко тихо фыркнул, обхватывая протянутую ладонь прохладными пальцами. Рука того была горячей, словно огонь костра и Малфою с трудом удалось сдержать порыв отдернуть руку. Такой жар исходящий от чьего-то тела не был ему привычен. Гарри плотно прикрыл массивную дверь, пропуская Малфоя в перед. В голове засело множество мыслей, которые Поттер решил не озвучивать. Было не время и не место, да и учитывая состояние бывшего слизеринца, начни Поттер закидывать его глупыми вопросами - как явно бы посчитал Малфой, ответа бы на них не получил. Потому сосредоточившись на худой фигуре впереди, откинул вопросы в дальнюю часть сознания. Тем более, что времени ещё будет предостаточно для таких вопросов. Драко шел медленно, осматриваясь по сторонам изредка спотыкаясь обо что-то на дороге. Изначально у Поттера была идея видя состояние бывшего слизеринца донести того до Мэнора на руках, но осознавая всю бредовость данного плана, отмахнулся от него сразу же. Малфой бы просто не позволил прикасаться к себе больше, чем того требуют обстоятельства. Хотя, Гарри и не скрывал от себя, что хотел бы прикоснуться к нему еще раз. Он подхватил его, перекидывая его руку через свою шею и придержал чуть выше талии, помогая спокойно идти. Поттер давно осознал жгучую привязанность к слизеринскому принцу, но старался скрывать ото всех и даже думал, что за те два года тотального игнорирования у него получится выжечь из своего сердца это болезненное чувство, но, как только есть хоть какое-то упоминание о Малфое или тот ненароком появлялся в поле зрения национального героя, все старания падали словно карточный дом, построенный наспех. До Мэнора они дошли в полной тишине. Малфой не знал, что мог сказать, а Поттер просто терпеливо молчал и ждал. Ждал несколько лет, подождет еще, в надежде, что эта ситуация поможет сгладить острые углы между ними и они смогут нормально, в какой манере позволят их характеры, поговорить. Комната, в которую привел их Малфой и та, в которой Поттер уже успел побывать пока искал того, действительно принадлежала блондину. Просторная, светлая из-за двух окон. Наполненная множеством книг и сторонних вещей, которые сейчас беспорядочно лежали везде, где только придется. Малфой молча проследовал к кровати, забираясь на ту с ногами и устремил взгляд на своего гостя. Каждый из них ждал, что другой начнет диалог. Но они оба молчали. Поттер привык к тому, что в Хогвартсе, да и при встречи Малфой всегда начинал диалог, желая навязать конфликт и отпускал колкие фразочки. Но не сейчас. Что-то явно в бывшем слизеринце изменилось и тот молча выжидал смелости от национального героя. А этот герой не стыдясь осматривал помещение. Его взгляд бегал по комнате, пытаясь подметить хоть какие-то детали свойственные Малфою, но из-за хозяина комнаты, который находился в самом помещении глаза невольно цепляли на вид хрупкую фигуру на кровати. Мыслей было много, вопросов не меньше. Из-за закрытых окон в помещении было достаточно душно. Гарри прошелся медленным шагом к ближайшему к кровати окну, стараясь не задевать то, что лежало на полу. Свежий воздух всегда способствовал скорейшему выздоровлению — так всегда говорила Гермиона, когда Гарри подхватывал на рейдах разного рода проклятия, и возвращался из Мунго. Она всегда твердила: “Проветривать помещения, особенно такие, как личная комната, стоило постоянно, Гарри.” Поттер приоткрыл окно, совсем на немного, но со стороны улицы уже стал доносится запах растущих в оранжерее под окном — цветов. — Удивительно.— Поттер разрушил хрустальную тишину. — Что именно?— Малфой приподнялся на кровати, принимая полусидячее-полулежачее положение и полностью повернулся к Поттеру. — Цветы под окном и… — бывший гриффиндорец высунул голову из-за приоткрытого окна. — …. То, что ты умудрился заболеть в июне. Малфой не нашел, что на это ответить. Его самого поразила до глубины души откуда-то непонятно взявшаяся простуда. Тот никогда не болел раньше, по крайне мере настолько тяжело. А сейчас его иммунитет давал заднюю, заставляя хозяина тела содрогаться в приступах острого кашля и страдать от высокой температуры. Стоило Драко только подумать о ненавистях симптомах, как те тут же давали о себе знать. Голова слегка кружилась после интенсивного перемещения по владениям Малфоев. Эта чертова болезнь забирала слишком много сил и энергии. Не говоря о том, что за перевод своего заболевания магическая сила тоже ослабла. Простые заклинания давались тому с трудом, от чего тот не редко выходил из себя, усугубляя тем самым симптомы болезни. Драко откинулся на кровать прикрывая лицо подушкой. В юном возрасте, когда тот болел, рядом все время находилась его матушка.Нарцисса оберегала своего сына, иногда даже слишком сильно. И лишь от этих мыслей, где-то в глубине сердца разливалось тепло, но в то же время хотелось закричать в подушку. Родителей уже давно нет в его жизни, и пускай прошло много времени, Малфой не смог принять это до конца, болезненное чувство потери глубоко въелось в его душу. Тот сдержался от столь яркого проявления эмоций. Лишь отброшенная в дальний угол кровати подушка говорила о его раздражении. Нельзя было казаться ещё более слабым, чем тот ощущал себя на данный момент. Отец учил сдерживать свои эмоции и Драко всегда подчинялся его воле. Поттер не заметил небольшого напряжения, которое стало постепенно нарастать в комнате. Он не знал, как начать разговор о письме, о том, что сорвался из дома Уизли не взяв хоть каких-то вещей, что стоит сделать и нужно ли ему быть в Мэноре ещё какое-то время или стоит просто принести лекарства и уйти, вновь оставив бывшего слизеринца одного? Он вцепился руками в деревянную раму, ещё больше высовываясь в окно, чтобы рассмотреть растущие под ним цветы. На самом деле тот надеялся, что свежий воздух отрезвит мысли, позволяя думать ясно и здраво. — Еще несколько сантиметров вперед, и под окном уже будут не цветы, а национальный герой. — спокойный, с холодными нотками голос разрезал воцарившуюся тишину. Гарри вздрогнул, на автомате отталкиваясь руками от оконной рамы тот все же поднялся, одаривая сидящего на кровати блондина вопросительным взглядом, на который Драко лишь хмыкнул. — Ты так охотно старался разглядеть местную флору, что почти вывалился из окна. — Я даже не обратил внимания.— Гарри замялся, отводя взгляд куда-то в сторону. — Я не удивлен, — Малфой закатил глаза, так же, как делал это всегда в Хогвартсе. Всем видом показывающий, что собеседник слишком предсказуем и глуп. — Если бы ты выпал, я бы не стал тебя затаскивать обратно. — У тебя опять температура поднялась? — Гарри подошел вплотную к Малфою, всматриваясь в его бледное, с небольшим румянцем лицо. — Несешь какой-то бред. Малфой отпрянул почти что сразу, увеличивая между ними расстояние. Не хватало того, чтобы Поттер находился в непосредственной близости к нему. Наблюдая за реакцией Малфоя и серьезностью лица, Гарри тихо рассмеялся, сделав пару шагов назад и выудив из кармана волшебную палочку, прошептал стихийное заклинание создал небольшое серое облачко из которого мелкими снежинками сыпался снег. Малфой наблюдая за этим действием изогнув бровь. Тот не понял к чему было это действие, от того просто непонимающе смотрел на то, как на ковер медленно падают и сразу же исчезают снежинки. Гарри же показалось, что столь дурацкая идея поможет разрядить напряженную обстановку. — Не думал, что ты так сильно преуспеешь в стихийной магии, — тот стал изучать сотворенное Поттером заклинание. — На четвертом курсе, вы с Уизли не смогли даже толком сначала призвать обычное облако, а когда вам удалось, то над Финниганом трое суток летала грозовая туча, сопровождая того каждый раз ударом молнии. — Драко прервался, заходясь приступом кашля. — Вынужденная практика, — Гарри пожал плечами, отправляя облачко к кровати Драко. — Благо, на четвертом курсе у нас не было такой сильной практики и то грозовое облако всего лишь заставляло волосы Симуса вставать дыбом, не принося какого-то существенного вреда. — Поттер неожиданно для себя улыбнулся, вспоминая о своих друзьях и приключениях в Хогвартсе. Драко заметил эту легкую улыбку и невольно завис, словно очарованный данной картиной. Он никогда не видел, чтобы Поттер так улыбался. Хотя со своими друзьями из их священной компании тот вел себя примерно так же. Но эта улыбка, она была другой. Не такой измученной… искренней? Они не общались по меньшей мере три года после окончания Хогвартса. Малфой игнорировал все попытки Поттера связаться с ним, считая, что так будет лучше. Для них, для обоих, но кажется… тот ошибся. Ведь даже сейчас, завороженно и возможно даже глупо пялясь на бывшего гриффиндорца,тот совсем позабыл о своей простуде и в каком положение сейчас находился. Взяв себя в руки, тот отвернулся от Поттера, полностью меняя свое сидячее положение на лежащее и накрывшись почти с головой одеялом, перевел взгляд на стену. — Мне нужно отлучится, продержишься пока я не вернусь? — Гарри медленно подошел к кровати, присаживаясь у той на корточки. — Оно поможет какое-то время с жаром, — тот толкнул облако и оно стало парить в аккурат над Малфоем. — Продержусь. — тот перевернулся на кровати и оказался почти в непосредственной близости от лица Поттера. Малфой сразу натянул одеяло выше, скрывая слегка покрасневшие то ли от простуды, то ли от смущения щеки. Гарри коротко кивнул выпрямляясь и направился прямиком к входной двери. Лишь в дверном проеме помедлил, оборачиваясь, бросая короткий взгляд на Малфоя. Его поза не изменилась, тот все так же лежал укутавшись в одеяло. Но взгляд блондина слегка изменился. Взгляд холодных серых глаз, что до этого времени был пустой и отстраненный, сейчас непрерывно и выжидающе смотрел на уходящего Поттера, словно что-то хозяин этих глаз хотел сказать, но не мог. Они смотрели так друг на друга некоторое время. Молча, ожидая от другого, что именно тот сделает первый шаг, но не один так и не открыл рта, чтобы вымолвить хоть слово. Поттер прервал эти гляделки первый, махнув рукой напоследок выходя и тихо прикрывая дверь. Малфой же, перевернувшись на спину протянул руку к парящему облаку, и коснувшись аккуратным движением, стараясь не развеять заклинание, притянул к себе. Прохлада падающих на светлую кожу снежинок расслабляла и успокаивала жар, который до этого распространялся по телу. Тот прикрыл глаза, стараясь провалится в сон.

***

В нору Гарри вернулся через каминную сеть уже после ужина. Дом встретил его по обыденному теплотой и уютом. Выйдя из камина тот, поспешил направится в выделенную ему комнату, чтобы забрать часть своих вещей и деньги, которые тот не потрудился взять перед тем как покинул нору за завтраком. Он ведь не знал, что именно ждало его при встрече с Малфоем, потому посчитал, что одной лишь палочки будут достаточно. Хотя тот и так никогда с ней не расставался после войны. Она как гарантия спокойствия и безопасности. Поднимаясь по лестнице ведомый своими мыслями тот наткнулся на Джини. Она стояла в своем, привычном для себя пестром махровом халате, а с её длинных медных волос мелкими каплями стекала вода. Её взгляд был тяжелым и проницательным,она смотрела прямо на Гарри и из-за того, что стояла по лестнице выше, этот взгляд со стороны мог показаться высокомерным. Поттер ловя этот взгляд на себе отчетливо осознавал, что ни к чему хорошему он не приведет. — Уже вернулся? — Я ненадолго, нужно взять некоторые вещи. — Поттер прошел мимо, даже не взглянув на девушку. — А потом снова уйдешь? — Гарри остановился, он не видел то, как губы Джинни поджались произнося эту фразу. — Есть дело, которое нужно закончить.— Он развернулся лишь на половину, будто под кожей ощущал, что этого делать вовсе не стоило. И действительно, Джинни стояло опустив голову скрывая глаза за прядями влажных волос. Она не хотела смотреть на него, её одолевала обида и некое волнение о том, что с появлением этого письма Гарри тут же изменился как в настроении, так и поведении. — Какое дело, да ещё и с Малфоем?— девушка хмыкнула, скрещивая руки на груди. Поттер ещё некоторое время посмотрел на девушку, и полностью отвернувшись от неё направился в любезно выделенную ему миссис Уизли комнату. Вытащив из-под кровати небольшого размера сумку, тот стал закидывать в неё все необходимое. Какие-то зелья, что таскал всегда с собой из-за рабочих привычек, что-то напоминающее собой кошелек с бренчащими в нем монетами и разную мелочевку, которую тот обычно брал с собой. Джини возникла в дверном проеме, закрывая своей хрупкой фигурой проход. — Ты делаешь неправильный выбор, Гарри. Общение с ним ничем хорошим не кончится. Гарри развернулся, на некоторое время откладывая сумку и переставая убирать в неё вещи. — Почему каждый выбор, который я сделал сам является неправильным, Джинни? — Я не сказала, что каждый.— девушка осеклась, но продолжила настаивать на своем. — Ты прекрасно знаешь кто он такой! — О, ты говоришь так, словно сама знаешь какой он человек. — Он бывший пожиратель, Гарри! Он преступник. Этого достаточно. Поттер замер,вещи, что тот держал так и замерли в руке. Он поднял взгляд на девушку, такой холодный и отстраненный, что голова той вжалась в плечи и та отступила на шаг назад. Подобные высказывания выводили из себя. Клеймить кого-то за ошибки или предназначение. Гарри всегда считал это бредовой идеей. Не важно, был ты избранным героем, способным победить Волдеморта или сыном пожирателей, без права голоса под страхом своей смерти или смерти родителей, никто не хотел узнать тебя как человека. Был лишь титул и все считали, что тот, кто его носит должен соответствовать ему. Ещё тогда, на шестом курсе, в тот роковой вечер на астрономической башне, Гарри понял, что Малфою пришлось не от большого желания примкнуть к пожирателям. Все знали на что был способен Волдеморт в то время и какой властью тот обладал. Многие, кто присягал на верность темному лорду просто напросто тряслись за свои жизни и исполняли приказы, будто под империо, лишь бы их ноги продолжали ходить по земле. У многих, как говорили тогда не было выбора и семья Малфоев не была исключением. — Достаточно, Джинни, этот разговор не кончится хорошо, если мы продолжим. — Поттер посмотрел на девушку с надеждой, что та его поймет и не станет препятствовать его выбору. — Я вернусь завтра и мы обсудим все спокойно, хорошо? — Если ты выберешь его и уйдешь сейчас, я не стану с тобой разговаривать. — Девушка продолжила настаивать на своем, она явно не хотела делить своего друга хоть с кем-то, кто на ее взгляд был не достойным. А Малфоя она отнесла к этому списку ещё с первого дня встречи с ним в Косом переулке. — В таком случае, передай Рону, что в Ирландию я с Вами не еду. Другие дела появились. — тот полностью собрал свою сумку, закидывая ту на плечо и проходя мимо застывшей девушки, даже не удостоив ту взгляда. Ситуации, где его ставят перед выбором никогда тот не приветствовал. Уходя Поттер не знал, что стоящий на этаже выше Рон все и так слышал сам. Гарри даже не удосужился покинуть Нору. Раздраженный тот произнес название деревушки в которую хотел отправится и с хлопком аппарации исчез из поля зрения Уизли.

***

На верхней улице Хогсмида как всегда было полно народу. Гарри ощущал себя так, словно вернулся в юные годы и впервые оказался в этой небольшой деревушке после подписания разрешения о посещении Сириусом. Это место всегда занимало отдельное место в сердце Поттера. Хоть сейчас на дворе стоял июль,многие, достаточно ответственные ученики уже постепенно начинали готовится к учебному году, закупая разные магические принадлежности. Сам же Гарри в свое время не отличался сильной пунктуальностью в этом, всегда закупался ближе к началу года, когда Рон и Гермиона тащили его с собой за компанию, вспоминая о том, что их друга нельзя оставлять одного в таких делах, учитывая обстоятельства на втором курсе, когда тот используя камин отправился совершенно не туда, куда нужно было, попав мимо Косого переулка, угодив куда-то, где на тот момент ему бывать не стоило. Хогсмид и сам напоминал Косой переулок, только был ближе к самому замку и имел лавочки, отличающиеся меньшей площадью. Пускай тут нельзя было найти чего-то такого, что встречалось в Косом переулке, но ассортимента хватало для базовых покупок и моментов, для хорошего проведения времени и в принципе отдыха. Людей для этого месяца было неописуемо много. По каменной кладке, которой была вымощена дорога то и дело сновали дети разных возрастов и их родители, которые то и дело подталкивали в перед очередное, засмотревшееся на какую-то витрину чадо. Гарри наблюдал за этим со стороны, эмоции были непередаваемы. Неужели и он когда-то был таким же? Восторженно рассматривал за кристально-чистыми стеклами очередные новые для него вещи и не понимающе смотрел на, в то ещё время ровесников, которые как приклеенные рассматривали за стеклом новейшие принадлежности для квиддича и разных, на тот момент неизвестных ему магических существ. Воспоминания о проведенном времени с друзьями нахлынули с такой силой, словно и правда тот вернулся куда-то на четвертый курс, когда в очередной раз они с Роном и Гермионой выбирались в выходные в деревушку, докупить какие то вещи для подруги или просто посидеть за кружкой сливочного пива в ” Трех метлах” обсуждая очередной урок у того или иного профессора и предстоящие экзамены к которым ни Гарри, ни Рон толком не готовились. В груди теплилось чувство того, что тот находится там, где и должен был. Этот мир, магический мир, стал для Гарри домом, а его друзья опорой, пусть и не всегда все было гладко. Смахнув из головы навязчивые всплывающие воспоминания, тот прогулочным шагом отправился в сторону паба ” Три метлы”. Заведение с самой наилучшей репутацией славящийся своим гостеприимством и хорошей домашней кухней. Именно туда по изначально намеченному маршруту и направлялся герой магической Британии. Хотя, тот позже внес корректировки, и отметил, что стоит заглянуть в ”Сладкое королевство” и купить что-то для Малфоя, в надежде, что тот сменит свой гнев на милость за то, что бросил того в таком состоянии одного. Да и нужно было купить что-то больному из еды в целом, раз Гарри заметил, что в Мэноре отсутствует хоть какой-то домовой эльф. Готовить сам, тот попросту не решился. Учитывая вкусы Малфоя и его привередливое отношение к еде, которую готовят не домовые эльфы и не в проверенных заведениях, тот попросту побоялся, что Малфой будет воротить нос от еды. Да и подходить к плите тот не решился,пускай и готовил тот не плохо. Плитой в магическом мире пользоватся Гарри так и не научился. Она не сильно отличалась от магловской. Казалось бы, чего сложного к своим годам освоить магическую технику мира, в котором тот прожил большую часть своей осознанной жизни? Ну вот, сражаться с темным лордом для Гарри было в разы проще, чем разобраться какое заклинание и куда стоит направлять. Тем более, что из опыта жизни с семейством Уизли, от Молли, да и по рассказам Джинни тот знал, что для такого колдовства существует отдельная книга с заклинаниями. А плиту тот предпочитал магловскую, скажем так по старинке разжигать огонь на конфорках спичками и не боятся того, что он перестарается и все взлетит к чертям. Иллюзия контроля ситуации брала верх. Не можешь приготовить еду сам — закажи доставку, нет доставки — придётся идти и покупать готовую еду самому. Гарри шел медленно, осматривая близлежащие знакомые окрестности. Ничего не изменилось после военного времени, все те же домики с будто бы обветшалой черепицей, которую веками не меняли. Но это придавало некий шарм этому пропитанному магией месту. Разве что появились новые лавочки, которые теперь, словно свои занимали ранее свободные места на площади. Он заглянул сквозь витринные стекла почти что во все лавки, которые встречались по дороге до паба. Тот даже присмотрел себе некоторые безделушки, которые могли пригодится в работе, да и просто решил взять то, что приглянулось глазу и хорошо смотрелось в руке. Не забыл тот заглянуть и в лавку Пепина, чтобы купить некоторые травы и настоенные растворы для лечения разной степени простуды. Он совершенно не разбирался в травологии и зельеварении, потому просто понадеялся, на слово поверив торговцу о том, что это самые качественный товар, который у него был в наличии. Если Малфой будет в состоянии различать травы, то разберется с ними сам, ну а если нет — тому придется слепо довериться выбору Поттера. Время пролетело незаметно. На небе стали сгущаться тучи, а солнце медленно клонилось к горизонту. Вечерело и народу на улице стало значительно меньше. Кто-то спешил до темна вернутся домой, а кому-то хотелось провести вечер в компании, за кружкой прохладительного напитка. Гарри и сам был бы не прочь сделать перерыв, на легкий перекус, ведь за то время, пока тот бродил по улочкам Хогсмида,успел изрядно проголодаться. ” Три метлы” встретил Поттера все тем же сладковатым запахом яблочных пирогов и почти что полной посадкой. Этот паб был слишком популярен для того, чтобы пустовать в летний вечер. Пухлая дама средних лет выплыла из-за за двери ведущей, как предполагал Поттер на кухню с тихим звоном дверного колокольчика, оповещающего о прибытие нового гостя старенького паба. Тут тоже все было без изменений. — Гарри, как я рада тебя видеть,— Мадам Розмерта улыбнулась самой дружелюбной улыбкой стоило ей заметить в отдалении национального героя.— Столько лет тебя уже не видела, как твои дела? Говорят ты в Авроры заделался. Не тяготит работка-то? — Здравствуйте, давно я не заглядывал в Хогсмид, все дела да дела. — Тот подошел ближе, улыбка в ответ, сдержанная, но без тени фальши. — Даже сейчас я тут по делу. Примите заказ? — Конечно, конечно.— она закивала, выуживая откуда то из фартука небольшой блокнот, в который вероятно записывались все ранее сделанные заказы. — Мне нужно…— отводя взгляд от барной стойки, на лице появилось серьезное выражение. Тот серьезно задумался о предпочтениях бывшего слизеринца. А действительно, что ему нужно? Что предпочитает Малфой в качестве завтрака? Тот даже не удосужился спросить его об этом, прежде чем покинул Мэнор. Думать — это действительно не про него. Тогда что стоит взять, что-то напоминающее легкую закуску? Мясо? Овощи? Ест ли Драко овощи? Поттера действительно озадачило предпочтения Малфоя в еде. — … нужно что-то для болеющего, слегка вредного и привередливого в еде человека. С собой, пожалуйста. Мадам Розмерта посмотрела на него сначала озадаченно, с непониманием во взгляде, будто совершенно далека была от того, чтобы осмыслить то, что просил её гость. Но потом, будто её осенило и она, стуча своими туфлями на невысоком каблуке по деревянному полу перекрытию скрылась в дверях кухни. Гарри проводил её взглядом, занимая единственное свободное место. Первые десять минут ожидания, от нечего делать тот разглядывал с годами не меняющийся интерьер. Спустя еще десять — пытался вслушиваться в разговоры приходящих и ранее сидящих посетителей. Из разговора тот узнал, что у какой то дамы проблемы с садовыми гномами, а у кого-то гигантская моль поела все семейные картины и почти догрызла угол фамильного гобелена. Из какого-то угла услышал про приворотное зелье. Ещё через пятнадцать — почти что клевал носом стол. Он вероятно так и уснул бы на месте, если бы не звук приближающихся каблуков хозяйки трактира, оповещающий о том, что его заказ готов. Поттер тут же воспрял духом, принимая твердое сидячее положение, встречая на столе аккуратно сложенные в специальную сумку блюда. От них, даже через плотную ткань просачивался легкий аромат свежеприготовленной еды. Мадам Розмерта позаботилась о том, чтобы её кулинарные шедевры прибыли к получателю все в том же состоянии, потому на блюда, как и на всю сумку были нанесены специальные чары, которые позволяли еде оставаться такой же свежей и ароматной длительное время. Поблагодарив хозяйку и расплатившись, тот покинул паб, направляясь по выложенному в голове маршруту. За всеми размышлениями тот совершенно забыл взять что-то и себе. До сладкого королевства Поттер добрался почти под закрытие. Тот не знал, что они закрываются на несколько часов раньше всех остальных лавок Хогсмида. Но справедливости ради, открываются они тоже ни свет ни заря. О чем гласила табличка с названием лавки и расписанием работы висевшая в помещение. Тот пялился на неё добрые полминуты, прежде чем вновь попробовать попросить продавца о нисхождение. Он всячески пытался наплести ей о том, насколько эта покупка нужна ему именно сейчас, пока девушка консультант пыталась выпроводить того из лавки со словами: что магазин на сегодня закрыт. Но Поттер сегодня явно был на удивление удачлив. . Выходящая из дверей, находившихся за прилавком, девушка его узнала, и проникнувшись ситуацией, настояла, что можно сделать одно исключение из правил, уговорив коллегу отправится домой, причитая о том, что магазин та закроет сама. По меньшей мере Поттер потратил еще двадцать минут на выбор определенных сладостей, расспрашивал девушку о вкусах, её предпочтениях, словно выбираемые сладости были предназначены ей. С серьезным лицом слушал её рекомендации и советы. Девушка же нисколько не смущаясь компании национального героя отвечала твердо и уверенно на все его вопросы. Да и кто бы знал, что титул героя магической Британии сгодится на покупку сладостей в нерабочее время. Как удобно, однако. Остановившись на выборе, расплатившись, поблагодарив и оставив хорошие чаевые тот покинул заведение, наконец-то позволяя девушке отправится домой, а магазину закрыться. Прежде чем покинуть Хогсмид, Поттер бросил через плечо тоскливый взгляд, а затем исчез с хлопком аппарации.

***

Вернулся в Мэнор Гарри уже с заходом солнца, когда ночная пелена успела поглотить пестрые лучи заходящего солнца. Не тепличный разговор с Джинни его изрядно вымотал ещё перед походом в Хогсмид, а то, что тот пробыл там вплоть до темноты ещё больше сожрало физическую энергию. Вообще, то что он делает не касалось Джинни не одной гранью его нынешней личной жизни и той не обязательно было знать все подробности того, где и с кем бывал Поттер. Пускай та и являлась его хорошей подругой, все же у взрослых людей бывает то, о чем они не хотят распространяться. С наступлением ночи в Мэноре стало значительно прохладнее. Днем каменные стены прогревало солнце, а ночью те отдавали свое тепло в пространство комнат, но этого тепла все равно было недостаточно. Гарри поднялся наверх, направляясь в комнату к Малфою. Нужно было отнести больному то, что Поттер ранее купил в Хогсмиде. Дверь тихо скрипнула, пропуская бывшего гриффиндорца внутрь. В комнате царила умиротворенная тишина,и лишь теплый летний ветерок пробивавшийся из едва приоткрытого окна приносил с собой отдаленные звуки природы. С кровати доносилось тихое и спокойное дыхание, Малфой спал зарывшись носом в подушку и почти полностью укутавшись одеялом. Созданного ранее облака нигде не было видно, видимо, время действия заклинания закончилось и то растворилось в воздухе несколькими часами ранее. Поттер еще не до конца изучил стихийную магию, да и заклинания более продвинутого уровня не всегда получались слаженно и имели короткое время действия. Гарри остановился посередине комнаты не сводя взгляда с мирно спавшего на кровати хозяина поместья. Неужели это тот самый холодный и язвительный слизеринский принц? Вероятно, Поттер никогда и не знал полностью Малфоя, а точнее, даже не пытался узнать и со стороны это однозначно выглядело отвратительно, учитывая какую странную привязанность тот испытывал к блондину. Осознание которой пришло слишком поздно, будь тот честен с собой еще на четвертом курсе, многое бы можно было исправить и изменить, придя к возможно лучшему для них исходу. Отбросив не уместные для данного момента мысли, Поттер взмахнул палочкой, вызывая блеклый свет заклинания люмоса. Тот сорвался с палочки, покружив в воздухе вокруг поттера и остановился в аккурат у его лица. Выудив из сумки купленные зелья и приобретенную в еду, тот погрузил это все на небольшую тумбу возле изголовья, а сам аккуратно, стараясь не потревожить сон бывшего слизеринца пододвинул стоящий у письменного стола стул ближе к кровати и с легкостью опустился, выдыхая остатки напряженного вечера. Наблюдать за спящими всегда было чем-то запретным, ведь именно в тот момент, когда каждый спал, он был открыт и беззащитен. Поттер не мог так просто взять и уйти, вновь оставив Малфоя наедине со своей лихорадкой и вероятно не утешительными мыслями. Они оба прошли войну, да пускай играли в разных командах, но Поттер не противоречил мысли о том, что Малфой, за время пребывания Пожирателей в стенах этого поместья не только видел, но и испытывал нечто более ужасное, чем Гарри за всю магическую войну. Он сидел и наблюдал за Малфоем изредка отводя взгляд в сторону и склоняя голову в бок. Он попросту не мог его оставить. Что-то в глубине души не давало бывшему гриффиндорцу бросить все, встать и покинуть Мэнор. Вернутся в Нору и поговорить с Джинни, извинится за грубость и резкие слова. Но он не мог, не хотел.. Ведь он был сейчас важнее. Драко не тот человек который прямо осмелится попросить о помощи. Он будет действовать намеками или вовсе не обмолвится об этом и словом. За раздумьем и в расслабленном полумраке, скрашивающий темноту где-то в противоположной части парящий огонек, Гарри не заметил как закрыв глаза задремал. Проснулся тот от непонятного резкого звука. От неожиданности тот чуть не свалился со стула, но вовремя спохватившись удержал равновесие, не позволяя стулу и себе с грохотом свалится на пол. От порыва утреннего ветра окно распахнулось, противно стукая деревянной рамой об каменные откосы. Но через какое то время, протерев заспанные глаза и поправив очки, Гарри заметил, что не ветер был причиной распахнутого окна и его скорого пробуждения. Пестрый филин вальяжно расхаживал по письменному столу, скидывая с него все то, что попадалось у того на пути. Чернильница, небольшой ветхий том какой-то древней книги, перья и листья пергамента уже украшали ковер царским беспорядком. И птице казалось бы совершенно не было дела до того, что не ей это все придется убирать. Она спокойно очистив, как ей казалось свою территорию, нахохлившись села, втянула свою маленькую голову и прикрыв глаза, затихла. Такого вторженца с утра пораньше тот явно не ожидал. Благо Малфой не проснулся от наведенного тут шороха. Гарри грозно посмотрел на филина, подходя и собирая все то, что тот скинул со стола, откладывая на первую попавшуюся поверхность. Подумав о том, что стоило бы выпроводить не званного гостя, тот обошел стол, аккуратно беря филина за бока. Как только птица поняла, что её насиженное место изменилось отсутствием какой либо поверхности под лапами, она начала вырываться и мотать головой в разные стороны. Поттер удерживал птицу настолько сильно, насколько мог себе позволить, чтобы не нанести вреда. Он посадил ту на подоконник и подтолкнул к открытому окну, но та даже с места не сдвинулась, лишь повернула к нему голову и впилась взглядом. В желтых радужках филина было явное намерение остаться здесь и четко показывало, что никакой Поттер его отсюда не выставит. Поиграв с птицей в гляделки еще некоторое время, Гарри все же махнув рукой, стал игнорировать назойливую и упрямую особу. Пока она ему не мешает, пусть делает все, что хочет. Он оставил сидеть ее на окне, а сам дальше пошел убирать разбросанные вещи с пола, ставя их либо в аккуратную стопочку на столе или выбрасывая то, что было разбито и нельзя было восстановить с помощью магии. Потратив добрые полчаса на уборку, которую Поттер в свою очередь недолюбливал, тот отложил последнюю целую колбу на стол и осмотрел труды своей работы. На столе воцарился ровный строй из склянок, пергаменты были уложены ровной стопкой. Осколков от разбитых склянок тот не наблюдал, как и филина, что до этого сидел на деревянной раме. Гарри собирался было покинуть комнату и спустится в столовую, чтобы сделать себе что-то похожее на завтрак или хотя бы выпить чашку чая, как заметил, что наглая птица забралась на кровать к Малфою и теперь во всю расхаживала по белым простыням. Гарри тихо засмеялся, решая оставить все как есть, вышел, прикрывая дверь. Пусть для Малфоя будет сюрприз, когда тот проснется. Драко проснулся ближе к полудню. Он открыл глаза и осмотрел казалось бы пустую комнату. Но стоило тому повернуться на другой бок, как тот отшатнувшись чуть не свалился с кровати. Прямо перед его лицом, в полный рост стоял ранее залетевший и проигнорированный Поттером филин. Драко скорчил недовольную мину и согнав птицу с кровати, поднялся сам. Осматривая убранную комнату тот изумился увиденному.. Все скляночки которые Драко ронял по неосторожности больше не лежали на полу. Пускай они и не были разложены по изначальным местам, те были ровно выставлены на столе. От взгляда Малфоя не укрылась и записка, стоящая домиком на прикроватной тумбочке. Подойдя к той тот ловко подцепил ее пальцем. “ Я спустился в столовую. Лекарство стоит рядом, ознакомься инструкцией. ( да я знаю, что ты хорош в зельях) P.s. Сова уходить не захотела, я пытался” Драко даже не успел возмутиться, он отшвырнул записку обратно на стол, смерил филина недовольным взглядом и скрылся в ванной, оставляя птицу саму на себя. Малфой спустился в столовую почти сразу же, как выпил купленные Поттером зелья, но зная национального героя, который совершенно в них не разбирался, сам проверил их состав. Малфой уверил себя, что будь он в чуть менее плачевном состоянии по своим меркам — приготовил бы куда лучшую партию. Из самых лучших трав и более длительным эффектом. Поттер нашелся сразу, стоило только Драко переступить порог столовой. Он сидел за столом с краю, любезно оставляя центральное место единственному главе Малфой-Мэнора. На столе рядом с Поттером стояло несколько тарелок с едой, от которых медленно вверх поднимался прозрачно-белесый дымок. — Завтрак подан, — Гарри не поднимая взгляда от откуда-то взявшейся газеты повел одной рукой, указывая на ароматные блюда. — Не беспокойся не отравлено. Драко изогнул бровь, но прошествовал к столу, занимая отведенное ему место. — Сам готовил?— Драко пододвинул к себе пиалу с чем-то, что по консистенции напоминало суп, настороженно опуская ложку в ароматный бульон. — Мадам Розмерта позаботилась, но хоть я и умею готовить, побоялся, что ты можешь много надумать. — Гарри убрал от лица газету, серьезно смотря на того. Драко молча поймал этот взгляд. — Стоп.. Ты что мотался в Хогсмид, ради тарелки супа? — брови Малфоя поползли вверх от удивления, которое тот даже не пытался скрыть. — Ну да? Я же вроде как герой. Должен помогать нуждающимся и спасать людей в опасности. — на лице промелькнула насмешливая улыбка. — Это я то нуждающийся? — язвительно, в своей обычной манере прошипел Драко, зачерпывая очередную ложку куриного бульона. — А разве я в письме писал: “Пожалуйста”? — Туше В столовой воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком столовых приборов о стеклянную посуду и тихим шуршанием газетных листов. Малфой молча изучал принесенную Поттером еду изредка поглядывая на соседа за столом, подбирая правильные слова. Он не умеет выражать благодарность так, как стоило бы, ведь на его бывшем факультете способов ”сказать спасибо” было предостаточно. Действия всегда говорили за слизеринцев сами. Но он в первые, искренне был благодарен за оказанную помощь и в будущем, явно отплатит национальному герою той же монетой. Гарри увлеченный чтением газеты вдруг внезапно вспомнил о чем то своем. О коробочке, купленной вчера в “Сладком королевстве”. Поставив на стол кружку, из которой пил до этого момента, отложив газету в сторону поднялся, скрываясь в арке ведущей в зал, оставляя Малфоя одного в полном недоумении и замешательстве за большим столом. Тот проводил его изучающим взглядом, не успев толком ничего сказать тому в след, а затем мысленно пожав плечами, мол:пускай, вернулся к трапезе. Гарри вернулся через некоторое время неся в руках среднего размера квадратную в изумрудном цвете коробку. Тот не раздумывая поставил ее подаль Драко, так, чтобы та не мешала ему принимать пищу, но находилась в его поле зрения. И вернувшись на свое место, не дав толкового объяснения вновь вернулся к чашке с уже уже едва горячим чаем. — Что это? — Драко перевел взгляд на коробку, не выпуская из рук вилку. — Скажем так, небольшой презент от меня. — Гарри поднес к губам успевший остыть за время его отсутствия чай. Драко покосился на него, но ничего не ответил. Он отложил столовые приборы, пододвигая коробку ближе. Тонкие пальцы прошлись по матовой поверхности верхушки коробки, отмечая, что угощение отнюдь не из дешевых, ведь даже качество упаковки говорило за себя. Малфой аккуратно подцепил боковые стенки, приподнимая и снимая крышку полностью. Защитный слой тонкого специального пергамента тихо зашуршал под настойчивыми движениями пальцев бывшего слизеринца,наконец-то обнажая содержимое так любезно предоставленного Поттером презента. Стоило лишь снять защитный пергамента, как в нос ударил слегка пряный запах корицы, который изысканно дополняли легкие ноты яблочного аромата. Аккуратные пухлые печенюшки плотно лежали ровными стопочками в коробке. Драко прикрыл глаза, позволяя себе насладится приятным ароматом. — Я не смог удержатся, они слишком привлекательно стояли на витрине Сладкого королевства, — Гарри улыбнулся,допивая уже полностью остывший чай. Он все это время наблюдал за Малфоем и понимая, что подарок пришелся по душе слизеринскому принцу просто не смог сдержать довольной улыбки. — Пришлось взять. Малфой никогда не узнает, что Поттер долго мялся перед витриной выбирая и расспрашивая работающую там девушку о том, что лучше купить человеку, который привередливый, но очень сильно обожает сладкое, в подарок. — Спасибо. — Продолжая сжимать картонную коробку в руках Малфой прошептал еле слышно. Но Гарри услышал,это был первый раз, когда Малфой говорил что-то подобное ему, Гарри Поттеру

***

Они сидели на широкой лавочке в саду Малфой-Мэнора в безмолвной тишине. Малфой шел на поправку и от былой болезни уже не осталось и следа. Последние четыре дня Гарри провел в Мэноре вместе с Малфоем. Изредка мотаясь в магазины, помогая тому в домашних делах и выслушивал нотации после рабочего дня, когда возвращался в Мэнор позже оговоренного. Они не обсуждали то, сколько Поттеру дозволено проводить времени в Мэнор, но обоюдно, не сговариваясь решили, что тот останется столько, сколько позволит хозяин. В нору за это время Поттер не возвращался и по магическим обстоятельствам с Роном на работе тоже не пересекался, хотя те работали в одном отделе. И это казалось наилучшим вариантом развития событий на данный момент. На удивление Малфой был не плохой компанией в те моменты, когда его слушали и старались понять то, о чем тот хотел донести. Отношения из враждебных, которые начались еще со времен первого курса в Хогвартсе быстро приобрели более сносные и местами приятные нотки. Малфой все так же был занозой в заднице, но не настолько сильной, чтобы его слова можно было считать как очередной вызов. Их отношения явно изменились в лучшую сторону, и оба совершенно были этим довольны. Кто же знал что то несчастное письмо может привести к такому интересному, почти дружескому партнерству между, уже бывшими двумя факультетами. На улице вечерело и солнце медленно склонялось к горизонту, заливая небо приятным оранжево-розовым оттенком. Драко смотрел вперед, не сводя взгляда с порхающих в лучах заката птиц, в то время как взгляд ярко изумрудных глаз был направлен на него самого. — Будешь так пялится, прожжешь во мне дырку, Поттер. На его высказывание Поттер ничего не ответил и продолжил смотреть на бывшего слизеринца не сводя с того взгляда. После того, как Малфой пошёл на поправку, тот стал все чаще и чаще позволять себе отпускать колкие фразочки. В них не было того тона и подтекста, которым подобные высказывания сопровождались в школе, от чего Гарри они ничуть не смущали. — О чем ты вообще думаешь?— Малфой все же удостоил того взглядом, полностью отрываясь от ранее интересного наблюдения за птицами. — Думаю о том, что тогда, в поезде… Перед первым курсом, стоило пожать тебе руку и хорошенько ту потрясти для вида. Во взгляде серых глаз читался немой вопрос смешанный с изумлением. — К чему ты это вспомнил? Уже чуть больше десяти лет прошло. Сейчас это уже не имеет значения. — Не знаю, просто изучая твой задумчивый профиль в голове промелькнула такая мысль, — откинувшись слегка назад и уперевшись руками в лавочку тот все же отвел взгляд от собеседника устремляя его вверх. — Все могло бы сложится иначе. Теперь настала очередь Драко изучать профиль своего собеседника, он не знал, какие слова можно было подобрать для ответа, а когда решился что-то было сказать, Поттер вскочил со своего места вставая прямо перед ним, закрывая своим телом последние лучи заходящего солнца. — Поттер. Гарри Поттер.— на фоне алого заката Поттер протягивал Малфою руку для рукопожатия, повторяя движения десятилетней давности. Драко не отводя озадаченного взгляда посмотрел сначала на Поттера, затем на протянутую им руку и приподнявшись со скамейки, с одной из самых довольных ухмылок на губах пожал тому руку и громко рассмеялся. Почему бы не закончить это день чем-то хорошим, верно?

Конец.