You should have asked

После пробуждения души божества Куньлунь видел немного больше открытого обычному взгляду. Особенно, если сосредоточиться. Пройдя всего несколько шагов, он четко увидел, что бессознательный Шэнь Вэй у него на руках хоть и дышит, слишком истощен. Не духовно, но физически. Возвращенное из Фонаря тело было еще слишком слабо — сердце, с которым Его Честь столь небрежно обращался, билось слишком часто и слабо. Шаг Чжао Юньланя замедлился. Он нахмурился, и, действуя по наитию, пустил по рукам крошечный ручеек силы. Когда это не помогло — ручеек сразу превратился в бурную реку, и только тогда пульс Шэнь Вэя успокоился. Через пару секунд он снова понеся галопом, а выровняшееся было дыхание снова сбилось. — Директор? — едва слышно окликнул его Го Чанчэн. — Директор, как вы? Как Профессор Шэнь? Чжао ненадолго задумался. — С ним все будет хорошо, но…. Надо время,- Юньлань улыбнулся. - Со мной тоже все хорошо, Сяо Го. Не переживай. Сотрудники отдела только быстро переглянулись, пытаясь понять, насколько же серьезное положение, если самому Палачу на руках самого бога рек и гор, буквально вырвавшему душу из небытия, для восстановления необходимо больше пары секунд, но Шэнь Вэй был настолько бледен, что стоило на него взглянуть — все вопросы отпадали сами собой. — Садитесь в машину, я поведу, — подал голос Чу Шучжи, уже шагая к автомобилю. Опережая возражения начальника он продолжил: –Ты не можешь пронести его на руках всю дорогу, и телепортироваться домой не можешь — не потому что не можешь, а потому, что это будет слишком подозрительно и рисковано, — мужчина кивнул на уже открытую дверь. — До вашего дома не далеко, через пару минут будем на месте. Юньлань покачал головой. — Вы все молодцы, спасибо вам. Езжайте по домам и хорошенько отдохните несколько дней. Он представил себе их дом, до мельчайших подробностей, сделал шаг вперед, и поставил ногу уже в квартире. Он слегка пошатнулся и уселся вместе с Шэнь Вэем прямо на пол, под стенку. Положил его голову себе на плечо и уткнувшись носом в темную макушку, закрыл глаза, в поисках чего-то, чем мог помочь. Ощущение было интересное — новая сила была похожа на быструю, с дурным нравом горную реку. Усмиритель хотел бы посмеяться толи над отсутствием фантазии, толи над тем, как все же это логично, но только сильнее нахмурился. Сила проходила сквозь Шэнь Вэя, и, казалось, не производила никакого длительного эффекта. «Да какого?! Вернуть смог, а в каком состоянии — не важно? На кой тогда эта сила…Жилы рвать, огни души раздавать — это пожалуйста, а как реальную пользу принести — хрен? Ну к черту.» — Свое сердце ты оставил в огне, теперь пользуешься моим — помнишь? Так что, пожалуйста, не смей умирать, — прошептал Юньлань, и поцеловал пугающе холодную ладонь. — Ты представляешь, что такое бессердечное божество? Устраиваясь поудобней, Чжао заметил, что Палач снова весит, как обычный человек. «Тоесть ночью надо было характер показать» — скабрезными мыслями и воспоминаниями об утре он пытался держать панику под контролем, хотя получалось плохо. Через час или два, бережно уложив мужчину на кровать, Чжао Юньлань снова сел на пол, переплел их пальцы, и продолжил переливать силу. Солнце достигло зенита, село, снова взошло и снова стало клониться к закату. Только разжав пальцы из-за усталости и боли, реинкарнация божества позволил себе аккуратно лечь рядом с Шэнь Вэем, положив руку ему на запястье. Прогресс был: цвет кожи выровнялся, дыхание успокоилось. Как раз под звук этого дыхания Усмиритель заснул. *** Чжао Юньлань проспал до утра. Утихшая под вечер второго дня паника снова подняла голову, и пришлось срочно открывать глаза. Шэнь Вэй выглядел не в пример лучше, чем два дня назад, но просыпаться даже и не думал. Юньлань удостоверился, что кризиса нет, и снова уронил голову на подушку. - Спящая красавица, ты заставляешь меня нервничать. Возвращайся, - легкий поцелуй в уголок губ тоже не сработал. "Вот вам и сказки"- без тени улыбки подумал Юньлань, хохмя скорее по привычке. Снова вцепившись в руку Палача, он с облегчением обнаружил, что та немного согрелась. Убрав спутанные пряди со лба спящего мужчины, он стал кончиками пальцев очерчивать контур бровей, высоких скул, губ, каждым движением подпитывая энергию, которая уже понемногу начала накапливаться, а не просто исчезать. Контролировать поток силы получалось все лучше и лучше. Вспомнив, что надо хотя бы по телефону подать признаки жизни, чтобы к нему в дом не завалился весь отдел во главе с Толстяком, Усмиритель написал сообщение Го Чанчэну, сказав, что и с ним и с Шэнь Вэем все относительно хорошо, и попросил передать другим, что в ближайшее время не будет на связи. Так прошли семь дней. На третий день Шэнь Вэя вполне можно было принять за мирно спящего, и Чжао Юньланю все сложнее было от него отойти. На седьмой день Палач, казалось, просто издевался, не желая открывать глаза. Юньлань чувствовал, что с каждым часом Шэнь Вэй "оживает", и рядом с невероятной радостью в нем крепчал страх и гнев. Жизни больше не висели на волоске, и Чжао Юньлань начинал злиться. Он раз за разом прокручивал в голове резкие слова, надеясь, что это поможет ему сохранить спокойствие, когда их наконец можно будет произнести вслух. На десятый день Шэнь Вэй открыл глаза. В комнате стояла кромешная темнота, и он далеко не сразу понял, где находится, а потому не решался пошевелиться. Еще несколько секунд ему понадобилось, чтобы почувствовать, что у него на груди лежит чужая рука, а совсем рядом на подушке мирно дышит во сне реинкарнация бога гор и рек. Повернув голову, он прижался лбом ко лбу Чжао Юньланя. Тот нахмурился, но открыв глаза и встретившись взглядом с глазами напротив, только поднял руку к лицу Шэнь Вэя и провел пальцами по гладкой коже. - Привет, - голос и улыбка Шень Вэя были полоны такой всепоглощающей нежности, что у Юньланя защемило сердце. Пальцы, в один момент переплетеные с его, вцепились, как в спасательный круг. - Ты в порядке, - прошептал он, поцеловав уже совсем не бледные губы, и тыльную сторону ладони Шэнь Вэя. - Ты здесь, ты жив, все в порядке. - Как? Я же... - Я вытащил тебя из Фонаря, любимый. Ну почему? Почему ты такой упрямый? Твой трюк не сработал, Шэнь Вэй. - Я понял, - тихо произнес мужчина. - Почему не сработало? - Результат вообще оказался противоположным. Я невероятно рад, что так получилось, но ты снова. Мне. Солгал. - У меня не было выбора. Я не мог позволить тебе умереть. - Поэтому решил умереть сам? - не было желания кричать, поэтому Чжао Юньлань просто перевернулся и закрыл глаза. - Я уже говорил тебе, что никогда не соглашусь на это. Что я позволю тебе добровольно умереть раньше срока только через мой труп. Буквально. Но даже не это самая большая проблема. Твоя Честь... Нет, нет. Вэй, ты пытался стереть мои воспоминания. Пытался заставить тебя забыть. Я попросил тебя остаться со мной, а ты решил распорядится моей памятью, моим разумом, моим сердцем, как тебе заблагорассудится. Ты обещал провести вместе все оставшееся нам время, и снова соврал... Кем ты себя считаешь, Палач? - Тем, кто мог в последний момент жизни сделать нечто стоящее, - когда же он перестанет все портить, и чувствовать жгучий стыд? - Прости. - Пяти тысяч лет правления преисподней оказалось мало, ладно,- хохотнул Юньлань. - Стоящее не для мира, а для тебя. - Надо было попросить меня вернуть тебя из небытия. Стоящим было бы твое желание остаться рядом со мной, - вздохнул Юньлань. - Видимо, моя компания действительно тебя тяготит, раз ты скорее сгоришь заживо. - Не смей. Пожалуйста, не говори так. Быть рядом с тобой - единственное, чего я хочу, ты прекрасно это знаешь, но я не могу сейчас быть эгоистом! - Как раз сейчас была возможность, - Юньлань встал с кровати и медленно зашагал к выходу из комнаты. : - Тебе нужно будет еще несколько дней, чтобы полностью восстановиться, но все будет в порядке. Оставайся здесь, это твой дом. Я действительно люблю тебя больше жизни, и это я сейчас вырываю сердце из своей груди. Но я дам тебе то, чего ты хотел. - Юньлань? - наконец сев в постели, Шэнь Вэй растерянно посмотрел на мужчину, стоявшего у двери. - Кто Вы, господин? - холодно спросил Усмиритель.