Совершеннолетие

В штабе громко играла музыка, был слышен смех, пахло алкоголем и потом. Причиной, а если быть точнее — поводом для этого всего послужил день рождения Занки, которому стукнуло восемнадцать лет. Ниджику не любил шумные тусовки и найти себе место среди толпы, отмечающих его совершеннолетия уборщиков — он не смог. Поэтому, он сел на старый потрёпанный диван и довольствовался каким-то газированным напитком, что смог найти в местном штабном баре. Настроение было такое себе. Занка никогда не любил свой день рождения. Даже в так называемый «праздник» он исправно занимался и тренировался. Он бы и в этот раз предпочел сделать так же, но Риё и Рудо потащили его на вечеринку, чтобы хотя бы там Занка расслабился и перестал играть роль крайне серьезного уборщика. К тому же, Рудо постарался испечь для него торт и искренне хотел, чтобы его наставник оценил его старания. Но торт был съеден (на удивление, он получился очень даже съедобным) и Занка не понимал для чего ему ещё тут находиться. Танцевать он не любит, да и не умеет, а дополнительно позориться перед коллегами желания нет. Поэтому Занка просто сидит на этом диване и пытается выдавить из себя улыбку, чтобы товарищи подумали, будто он рад здесь находится. На плечо легла большая тяжёлая рука. Занка обернулся. Сбоку от него стоял высокий мужчина с уложенными наверх желтыми волосами и самодовольной улыбкой. Энжин. — Накинь сверху, пойдем прогуляемся, — сказал он и отдал Занке теплую кофту, которую он носит в холодное время года. Ниджику ничего не ответил, взял кофту и последовал за Энжином, попутно продевая руки в рукава. Погода на улице контрастировала с тем, что было в помещении. Воздух был прохладным и немного свежим, насколько он может быть таковым на земной тверди. Снег у них — это редкое явление, но сегодня он был: маленькие снежинки падали с неба и тут же исчезали, касаясь земли. Надолго здесь никто не задерживается, как оказалось, даже снежинки. — Куда мы идём? — Только сейчас спросил Занка. — Отмечать твой день рождения. Ты бы видел с каким лицом ты сидел на этом несчастном диване, — усмехнулся Энжин. — А Риё и Рудо? — Малы ещё. А тебе сегодня можно, — с некой гордостью ответил Энжин. После этих слов было нетрудно догадаться куда они идут. Ближайший бар находился в минутах 15 от штаба уборщиков, и кажется, Энжин был частым посетителем в нем. Колокольчики над дверью зазвинели, оповещая барменов о прибытие новых гостей. Бар был полупустым. Большое количество столиков оставались свободными, а бармены скучающе натирали стаканы. — Как удачно ты родился! Вторник — прям разгар рабочей недели, — Лидер похлопал Занку по спине. — Сложно представить как завтра все выйдут на работу, — серьезно добавил Занка, напоминая о пьянке в штабе. С Энжином поздоровались некоторые посетители и бармен. Занка оказался прав, он часто тут бывает и явно уже считался «своим». — Посреди недели? У тебя развилось недержание или зависимость? — С насмешкой спрашивает один из барменов. — Смешно, но повод охренительный! Пацану восемнадцать лет исполняется! — Восторженно произносит Энжин и указывает на Занку. — Отметить надо, — и хитро подмигивает. Занка наблюдал за этим спектаклем и ему было страшно представить, чем Энжин захочет его напоить. — Там столик свободный, садитесь пока, сейчас все будет готово. — Бармен указал на столик возле открытого окна. — Сердечно благодарю, — Энжин вновь положил руку на спину Занке и повел к столику, на который указал бармен. В баре не было так душно, как в штабе. Да и лица пьяных коллег не приходится видеть, а лицо, которое сидит напротив него пока совсем трезвое. На самом деле, Занка был рад, что Энжин увел его из штаба. Его компания всегда нравилась Занке больше, чем чья либо другая (Риё и Рудо он в расчет не берет). С Энжином было приятно находиться в одном помещении, за одним столом. Иногда Занка чувствовал себя фанатом, который оказался рядом с кумиром (так оно и есть), он всегда был преисполнен восхищением к Энжину и готов оказаться где угодно, лишь бы там был Энжин. Впрочем, именно поэтому он без лишних вопросов и отправился вслед за ним прямиком в бар. Энжин поджог сигарету. Вдохнул едкий дым и его плечи тут же расслабились. — Ты хочешь меня споить? Чтобы я ничем не отличался от тех людей, что на утро будут страдать от похмелья? — Спросил Занка. — И да и нет. Зная тебя, ты не напьешься до такого состояния, как бы я этого не хотел. — А ты бы хотел чтобы я напился до отключки? — Я бы хотел, чтобы ты немного расслабился. Ты каждый день в напряжении, Зан-Зан, вредно так-то, — непринужденно говорит Энжин. Занка на это ничего не отвечает. — Между прочим, я в твоём возрасте уже свободно пил светлое нефильтрованное, а в 16 уже с девушкой был. — Повод для гордости? — Ни в коем случае. — Энжин стряхнул пепел в пепельницу, — я о том, что тебе 18 и нужно быть более раскрепощенным. Свободным? Ты слишком зациклен на тренировках и даже в свой день ты не можешь расслабиться. Будь другом, составь мне компанию и выпей со мной в свой праздник. Официант несёт поднос с двумя большими кружками пива. Она ставит их на стол. Перед Занкой оказывается кружка с большим количеством пены, в которую свободно вставили свечку и подожгли. — Загадывай желание, — Энжин улыбается и тушит сигарету. Занка смотрит на огонь глазами ребенка. Да, живя с уборщиками он и ранее задувал свечи на торте, но на пивной пене? В первый раз! Ему даже кажется, что это вызывает у него куда больше счастья, чем свечки на шоколадных коржах. «Я стану сильнее, а у них все будет хорошо. Они проживут долго» Занка задувает свечу. Энжин громко и редко хлопает в ладоши. Он аккуратно убирает свечку с пены. — Теперь пей. — Энжин поднимает бокал вверх, — С днём рождения, Занка. Ниджику улыбается и его бокал встречается с бокалом Энжина, создавая характерный звон и разбрызгивая немного пены на стол. Пиво холодное. Немного горчит, но вкус Занку не разочаровал. Он выпивает полбокала залпом и громко ставит его обратно на стол. — Ты как будто этого всю жизнь ждал, — усмехается Энжин и тоже отпивает напитка из бокала. — Я думал это будет противнее… — Как хорошо, что ты доверяешь моему вкусу. Занка выпивает остальную часть пива и ставит кружку на стол. Он ощущает лёгкость и небольшое головокружение, от чего откидывается на спинку скамейки. Холодный воздух из окна успокаивает и не даёт пьянеть полностью. Приятно. Хорошо. Официант принесла два стакана, бутылку виски и тарелку с закусками и водой. Пивные кружки она забрала с собой. Занка смотрел на бутылку виски с неким подозрением. — Мы же не остановимся на одном лишь пиве? — Лидера уже охватывал азарт. Занка не ответил. Лишь подвинул свой бокал ближе к бутылке. — Мне нравится твой настрой, Зан-Зан! Энжин открыл бутылку с достаточно дорогим виски, на что указывал его запах. Он разлил алкоголь по стаканам и вновь предложил Занке «чокнуться». Снова звон стекла. Виски зашли тяжелее, чем пиво из-за крепости напитка. На языке осталась ванильная сладость, весьма приятное послевкусие. Тепло медленно начало расходится по груди, а хмель в голове нарастал. Глаза у Занки заблестели. У него было ощущение, что он пьет в компании отца или старшего брата с предлогом «пусть лучше со мной, чем с кем-то непонятным». Занка часто слышал подобные истории от коллег, но знал, что у самого такого никогда не будет. По крайней мере, с родным отцом уж точно. — Занка, — неожиданно позвал Энжин, — если бы не Акута, не уборщики, то что? — В каком смысле? — Ты бы отучился и пошел работать в адскую гвардию как твоя сестрица с братом? Нашел бы себе невестку, нарожали бы детишек? — Ты всю несуществующую жизнь за меня решил? — Занка пододвинулся ближе к столу. — Невестку бы мне скорее всего нашли, а не я сам выбрал. В прочем, насчёт адской гвардии ты почти прав. Но случилось то, что я позор семьи и работаю в организации уборщиков, делов то. — Занка театрально пожал плечами и вновь откинулся на спинку, перед этим подвинув свой стакан ближе к бутылке. Энжин снова наливает Занке выпить. — А до вхождения в ряды уборщиков ты как день рождения отмечал? — Никак. У нас никогда не было особо близких или теплых отношений, — Занка водит пальцем по ободку стакана, — иногда ловлю себя на мысли, что мы никогда не были семьёй. — Он выпивает виски разом, — да и я кажется не до конца понимаю значение этого слова. — Но ты хорошо справляешься с Рудо. Даже не имея навыков преподавания — ты шикарный учитель для него, — Энжин вновь льет виски в стакан, — знаешь, когда речь зашла о наставнике для Рудо, я ни секунды не раздумывал кто же им может быть. Я знал, что им должен стать ты. Занка принимает виски, но пьет не сразу. — Да, мне действительно нравится давать ему советы, учить чему-то новому, наставлять. Я чувствую себя… Наверное… важным? Да и с Риё мне приятно общаться. Правда иногда она проводит не самые удачные эксперименты на моих волосах, но я не злюсь на нее долго. Иногда у меня возникает мысль о том, что так и должна выглядеть семья. Рудо, Риё, Ты, я…- Занка поднимает глаза на мужчину напротив и видит, как тот любуется его неконтролируемым потоком слов. — Я не знаю зачем я тебе это говорю… Наверное, я уже пьян? — Ты нравишься мне таким, Зан-Зан. Этого я и добивался. — Моего пьяного бреда? — Расслабления. Чтобы ты поговорил хотя бы со мной. Ты невероятно умный, Занка, но иногда ты думаешь слишком много. Это утомляет, не так ли? Иногда нужно отпускать все из-под своего контроля, даже себя. Выдохни, Занка. Нужно жить, а не функционировать. Занка принимает привычное хмурое выражение лица: — А ты живёшь? Энжин выдерживает небольшую паузу. — С переменным успехом. — Немного лицемерно, не находишь? — Я этого не скрываю и пытаюсь предостеречь тебя от этого. Перестать быть идеальным или уж тем более казаться таковым. Давай, можем напиться сегодня в хламину и поехать в караоке. Я угощаю! — Энжин поднимает стакан вверх и ждёт, пока зазвучит привычный звон стекла. — С днём рождения? Занка улыбается. Смотрит на бутылку и доливает себе и Энжину в стаканы — чуть больше, чем было до. — С днём рождения