Это конец?

***

Когда шахматный наконец нашёл в разбросанных по компьютеру папках с файлами всю информацию, зарисовки, обрывки кода и прочее об ИИ что только смог найти, а именно всё что было — что забыли удалить или же нарочно оставили после создания Каина работники офиса — Королёр принялся думать как всё это совместить и чего не хватает. Тем временем пустота сводила с ума, заставляла разум входить в транс и забывать обо всём. Но Королёр изо всех сил пытался держаться и фокусировать своё внимание лишь на созданный из кусков его воспоминаний устройство и то что происходит на экране. — Мне нужно вспомнить.. — Пробурчал тот сам себе собирая мысли во внятную задачу. — Мне нужно вспомнить прошлое.— Шахматная фигура погрузилась в небольшой, контролируемый транс: в такой, в какой он впадал когда оставался один наедине с давно знакомой подругой — темнотой. Перед его глазами мелькали воспоминания о его жене — о Куини. Он уже давно, десятки лет не помнил её имени. Но он всё равно помнил её. Разве можно забыть свою любовь? Как забыть ту, ради которой ты пытаешься держаться в рассудке лишь бы помнить о ней, хотя давно его потерял? Как можно забыть свою родственную душу? Ту, с которой ты много лет шёл рука об руку? — Это невозможно. Безусловно ему хотелось полностью погрузиться в воспоминания о ней. В воспоминания полные тепла, радости и светлой, чистой любви. Окунуться в них как в прохладную воду в жаркий день. Но ему следовало вспоминать то, что было ещё до цирка — работа в C&A. Королёр, немного насладившись воспоминаниями о ней наконец откинул мысли о Куини и моменты с ней что всплывали в голове. Он нарочно пытался вспомнить офис, старых друзей —тех, с кем работал над созданием ИИ даже не представляя, как это сломает их судьбу. Он вспомнил Скретча — близкого ему знакомого. Того, с кем он работал над ИИ как два главных создателя. Как они обсуждали идею творческого ИИ, какую информацию о мире стоит ему давать и как правильно писать код. Он вспомнил один день из своей жизни, что был примерно за несколько недель до попадания в цирк: компьютер, оригинал такого что сейчас перед ним. Белый свет в офисе что исходил от ламп на потолке. Поздний вечер, его рабочее место, стол на котором стоял компьютер. Он остался один в офисе, решив доработать код ИИ. — Королёр действительно помнил этот момент. За долгие годы проведённые в темноте наедине с воспоминаниями, он вспоминал так же и дни своей обычной жизни, боясь забыть их. Боясь забыть своих коллег, свою жену. Забыть себя настоящего — себя до цирка. Много раз в своей голове уже будучи в цифровом пространстве, много раз в своей голове тогда — когда полным ходом шла работа над ИИ он постоянно перебирал варианты написания кода, задавался вопросами по типу "В какой программе лучше создавать этот проект?" и сидел за компьютером в офисе и даже дома после работы либо в выходные дни — Королёр постоянно прокручивал в своей голове заготовки и наброски кода, что по итогу оказался лучшим вариантом для создания Каина. Благодаря этим воспоминаниям сейчас — в "момент икс" он мог вспомнить основу кода и хотя бы примерно как тот выглядел. И вот, сейчас Королёр сидел перед мерцающим экраном, пальцы порхали над клавиатурой с почти болезненной точностью. Он открыл и запустил нужную программу, в которой сейчас собирался писать код по памяти и с помощью найденных фрагментов кода. Шахматный начал набирать начало кода взятое из памяти, а после приступил уже к вставлению на места найденные части.

Тем временем, пока Королёр был погружён в процесс происходило нечто, что наблюдала вся компания кроме шахматного: вокруг них мерцал белый свет, быстро пролетали серые квадраты и прямоугольники что уносились от их взгляда навсегда в бесконечную пустоту. Они были единственным, за что хоть на момент цеплялся взгляд. Сиял белый свет в перейди них, но он не двигался: не приближался, не уменьшался словно убегая от них. Он просто был. Разпавшаяся на крупицы труба и прочие куски текстур уже почти не существовали — их пустота унесла куда-то далеко. Остальные, более крупные куски будто блекли одновременно теряя цвет и пропадая на глазах будто становясь невидимыми. Все кроме шахматного, что пытался держаться ради них уже давно впали в транс, в котором топило их это пространство — пустота. Наконец, Королёр доработал код до малейших деталей. Оставалось только выполнить ещё пару махинаций, нажать на кнопку сохранения и они будут спасены. Проделав всё это, с неповторимым восторгом, с роем бабочек в животе и тёплой дрожью в плечах расходящейся по телу оставалось только ждать что будет дальше. Весь цирк уже успел превратиться в сплошную пустоту — тут ничего не осталось кроме них самих, просторов бескрайней пустоты, разбросанных по этой пустоте рассеянных и компьютера созданного магией воображения в этом мире.

***

Где-то сверху послышался знакомый всем присутствующим в цирке голос полный энтузиазма. — Вы не должны были этого видеть. — быстро пробурчал тот, а далее раздался щелчок. Спустя мгновение все уже сидели в цирке среди разноцветных диванов, где обычно проводили свободное от приключений время за разговорами. Постепенно, все пришли в себя, а Кейн их терпеливо ждал. После, последовала длительная пауза. Долгая, вязкая как болото. Кейн начал разговор первым. — Зачем, — он запнулся — что вообще произошло? — задал тот вопрос, а после продолжил подрагивающим голосом наматывая круги ходя рядом с остальными — я.. Я ничего не помню! — Кейн.. — произнесла Помни и расплылась в счастливой улыбке, пока её глаза раскрывались всё шире и начинали мерцать из-за поступающих слёз счастья. — Мы.. Мы так рады тебя видеть! У нас получилось! — Продолжила та. — Кейн, это.. Это ты! — сказала Рагата подхватив общую радость перемешанную с удивлением.

***

После наката радости и рассказа Кейну того, что случилось — всё вернулось на круги своя. Приключения, время в дали от приключений и сново всё по кругу. А это событие — казалось общим сном, запоминающимся приключением, но никак не реальностью. — уж слишком пугающим, неизвестным, полным разных эмоций это было. Постепенно, всё забылось, став тем самым "страшным сном" который иногда вспоминается, но потом сново забывается за ненадобностью.