Я, снова Я и Ранма

Из проклятого источника, заходясь в хриплом кашле, выбралась фигура в намокшей белой майке и широких мужских шортах. Девушка злобно зашипела, сжимая кулаки до белых костяшек. ​Экскурсовод замер. Он слишком хорошо знал этот взгляд и наглую манеру речи. Перед ним стоял тот самый парень из Японии, угодивший в источник утонувшей девушки. Но гостей из-за границы давно не было, а поблизости — ни души. Словно девчонка вылезла прямо из недр проклятой воды. ​Ранма тем временем молча выжимала рыжие волосы. Мокрая одежда липла к телу, вызывая раздражение. Она обвела берег злым взглядом голубых глаз и остановилась на мужчине, который так и стоял с открытым ртом. ​— Где я? — грубо бросила Ранма, шатаясь, но уверенно подходя ближе. ​— О, беда… Это источники Дзюсенкё. Вы ведь… Ранма-кун? — Экскурсовод явно не понимал, что происходит. Сама Ранма тоже помнила мало. Сознание плыло. В памяти всплывали только обрывки: дом, знакомые лица и девчонка, которая с размаху налепила ей на лоб какую-то бумажную дрянь. А дальше — пустота. ​— Дзюсенкё? Значит, я всё ещё в Китае? — так же резко спросила Ранма. ​Экскурсовод нервно закивал. До него начало доходить: если из воды вылезла копия человека, который давно уехал — это очень плохой знак. А провалы в памяти у «гостьи» только подтверждали его подозрения. Тишину прервало громкое урчание в животе Ранмы. Она нахмурилась. Голод раздражал её не меньше, чем мокрая одежда, а невозможность утолить его здесь и сейчас по-настоящему злила. Экскурсовод, подловив момент, засуетился и замахал руками, приглашая гостью к небольшому домику неподалеку. — Думаю, госпожа Саотомэ проголодалась. Пойдемте, здесь сквозит. Ранма смерила его недоверчивым взглядом, но голод пересилил паранойю. Она пошла следом, стараясь не шататься. Внутри домика пахло старым деревом и чем-то горячим. — Вам повезло, я как раз собирался обедать. Все объясню за чашкой лапши, — мужчина протянул ей полотенце. Ранма молча выхватила его и обмотала вокруг плеч, впитывая кожей тепло. Через минуту на столе уже дымились две глубокие миски Ла Мянь. Ранма набросилась на еду сразу, зажав палочки в кулаке. Приличия её не волновали: по комнате разнеслось громкое, жадное хлюпанье. Экскурсовод невольно отодвинул свой стул, наблюдая за этой картиной. «Да, — подумал он, — это определённо он… То есть она». Миска со стуком опустилась на стол. Ранма откинулась на спинку стула, вытирая рот тыльной стороной ладони. Голод отступил, но раздражение осталось. Экскурсовод подметил момент — сейчас она была настроена на диалог лучше, чем когда только вылезла из воды. — Послушайте, мисс, — начал он, стараясь говорить серьезно. — Это источники Дзюсенкё. Вы только что вылезли из воды, куда когда-то упал Ранма Саотомэ. Источник Утонувшей Девушки превращает любого в... ну, в вас. Ранма посмотрела на него как на сумасшедшего. — Ранма Саотомэ? Слышь, дед, я и есть Ранма Саотомэ. Кончай нести чушь. Проводник замялся. Её враждебность и грубый тон только подтверждали его опасения. — Извините, но настоящий Ранма-кун сейчас в Японии. По крайней мере, они говорили, что туда направляются. При упоминании Генмы Ранму передернуло. В голове вспыхнул образ отца и жгучая злоба. Память возвращалась кусками, и все они были связаны с идиотскими выходками папаши. — Генма... — процедила она с презрением. — О, вы его помните! Это уже хорошо! — обрадовался китаец, не заметив, как побелели её костяшки. — Значит, он в Японии? Далековато. Но я доберусь. Радость Экскурсовода сменилась страхом. Он был хранителем источников и понимал: выпускать «это» существо в мир — против всех правил. Если двойник найдет оригинал, добром это не кончится. — Мисс Саотомэ, не спешите! Вы измотаны, отдохните. Я сейчас принесу чаю и расскажу вам истории местных источников. Вам будет... очень интересно. Он суетливо отвернулся к чайнику, надеясь выиграть время и позвать на помощь остальных хранителей. Прямо запрещать ей уйти было опасно — навыки оригинала явно были при ней. Но стоило ему звякнуть чашками, как в комнате стало слишком тихо. Проводник обернулся. Стул был пуст, окно распахнуто, а на полу остались лишь мокрые следы. — О, беда...

***

Улизнуть от невнимательного проводника оказалось проще простого. Тело слушалось идеально — Ранма не потеряла ни капли привычной прыти. Единственное, что раздражало, — мокрая майка и короткие мужские шорты. Полотенце, которое она прихватила с собой, быстро остыло на ветру. Она развернула «позаимствованную» у смотрителя карту. Тот явно дорожил ею: на бумаге были отмечены все важные точки района. Ориентироваться в незнакомой глуши было трудно, но возможно. — Так, источники здесь… Деревня Амазонок там… — Ранма прикинула маршрут, сверяясь с пометками. Вопрос с одеждой стоял ребром. Несмотря на характер, в этой версии Ранмы было слишком много от девчонки, и разгуливать полуголой по горам ей совсем не улыбалось. Проблема была лишь в одном: ближайшим жильем на многие мили была та самая деревня Амазонок.

***

Сверяясь с картой, Ранма вышла к деревне, когда солнце скрылось за пиками гор. Поселение сверху напоминало крепость: серые каменные дома теснились друг к другу, образуя узкие улочки. Вокруг тянулась крепкая стена. У главных ворот, освещенных тусклыми фонарями, дежурили две воительницы с копьями. Над крышами поднимался дым, пахло ужином. С площадки в центре доносился стук тренировочных мечей — занятия младших групп подходили к концу. Ранма понимала: нужно быстрее найти одежду и уходить. Лишнее внимание ей было ни к чему. Она перемахнула через стену подальше от стражи и пошла по крышам, перепрыгивая с одной черепичной кровли на другую в поисках подходящих вещей. На одной из террас, чуть в стороне от главной улицы, она заметила то, что нужно. На веревке покачивалось типичное китайское платье — красное, с белой окантовкой и широким поясом. Как раз под её рост. Ранма спрыгнула на балкон, стараясь не греметь черепицей. Она уже сорвала ткань с веревки, когда снизу раздался резкий окрик: — Эй! Стой, где стоишь! У подножия дома стояла молодая амазонка. Она только что вышла из тени с пустой корзиной в руках. Заметив фигуру на балконе, воительница не раздумывая швырнула корзину в сторону и выхватила короткий шест, висевший у неё за спиной. — Воровка! — крикнула она на всю улицу. — А ну спускайся, пока я тебе ноги не переломала! Ранма раздраженно выдохнула. Скрытность закончилась, едва начавшись. Она перебросила платье через плечо и подошла к краю балкона, глядя на амазонку сверху вниз. — Слышь, ты, — грубо бросила Ранма. — Замолчи и шагай дальше. Амазонка замерла на секунду, вглядываясь в лицо нарушительницы. Свет фонаря упал на рыжие волосы и яростные голубые глаза. — Этот взгляд... — прошептала воительница, и её лицо перекосило от злости. — Ты! Та самая девка, из-за которой Шампу пришлось уехать! Она приставила свисток к губам. Через мгновение над деревней разнесся пронзительный сигнал тревоги. Из соседних домов начали выбегать люди, а на ближайших улицах послышался топот десятков ног. — Плохо… — процедила Ранма, морщась от резкого свиста. Гул в деревне становился всё громче, со всех сторон доносился топот десятков ног. — Да заткнись ты! — рявкнула она, решая наконец прервать этот свист. Перехватив платье, Ранма оттолкнулась от перил балкона и рухнула прямо на амазонку. Та едва успела вскинуть бамбуковый шест, но Ранма в полете просто отбила его в сторону мощным, коротким ударом ноги. Никакого сдерживания или красивой акробатики: она всем весом впечатала девушку в землю. Раздался глухой хруст, из разбитого носа амазонки на пыльную мостовую брызнула кровь. Воительница обмякла, мгновенно выбыв из строя. — Сама виновата, — бросила Ранма, машинально вытирая костяшки о шорты. Церемониться она не собиралась, да выхода не было. — Вот она! — выкрикнул кто-то на смеси японского и китайского. Кольцо начало сжиматься. Если раньше её ловили как обычную воришку, то теперь, увидев сестру с залитым кровью лицом, амазонки переменились. Азарт сменился тихой, холодной яростью. В руках воительниц вместо палок блеснула боевая сталь: метательные ножи, наконечники копий и короткие мечи. Против такой толпы не попрешь — задавят массой. Ранма рывком сорвалась с места, прижимая украденное платье к боку. Она не давала преследовательницам ни секунды на прицельный бросок, петляя в узких проходах между хижинами и закладывая крутые виражи на углах. За спиной то и дело звенело железо — ножи с коротким лязгом втыкались в дерево стен или выбивали искры из камня там, где она была секунду назад.

***

Повезло, что окраина была рядом. Ранма на бегу оттолкнулась от стены ближайшего дома и одним мощным прыжком взлетела на черепичную крышу. Еще пара рывков — и она, с азартом и безрассудством в глазах, перелетает внешнюю каменную стену, приземляясь на землю в кувырке. Скорость она не сбавляла. Высокая преграда сзади давала фору, а сгущающиеся сумерки мешали амазонкам прицелиться. Ранма бросила короткий взгляд через плечо на отдаляющуюся стену и, услышав полные ярости крики воительниц, довольно оскалилась. — Ну, попробуйте, догоните! — бросила она в пустоту, скрываясь в тени деревьев. Она свернула в густые заросли бамбука, когда голоса преследователей окончательно слились в неразборчивый гул. Ночной лес встретил её прохладой и стрекотом насекомых. Только теперь, оказавшись в относительной безопасности, Ранма замедлила шаг и остановилась, тяжело переводя дух. — Приставучие... — проворчала она, стряхивая с плеча прилипший лист. Она развернула украденное платье. Красная ткань тускло поблескивала в лунном свете. Ранма брезгливо поморщилась, стягивая с себя мокрую, облепившую тело майку, которая уже начала неприятно холодить спину. Без лишних раздумий она накинула обновку. Платье оказалось чуть широковато в поясе, но в плечах село плотно, почти не сковывая движений. — Сойдёт, — буркнула она, затягивая пояс коротким, резким движением. — Теперь хоть на человека похожа. Ранма прислушалась. В лесу было тихо. Она достала карту, пытаясь рассмотреть пометки проводника в полумраке. Пусть и с переменным успехом, но в слабом лунном свете ей удалось найти нужные отметки, к которым она провела пальцем с местоположения деревни амазонок. — Пара дней пути, м-да... — пробормотала она, с недовольством в голосе. В лесу было сыро, а ночной воздух пробивал до костей. Неприятная влага, что осталась от прошлой одежды только ухудшало это чувство сырости, вызывая по телу волну мурашек. Тело требовало отдыха, от чего Ранма на секунду прикрыла глаза, прислушиваясь к гулу в ушах, ощущая накатывающую усталость и желание передохнуть где-нибудь, забившись куда-нибудь, дабы переждать до рассвета, но эти мысли сразу же улетучились. За ней точно выдвинутся эти психованные с первыми лучами солнца, а значит, придется временно отложить сон на второй план. С этой мыслью, она сложила карту и убрала за пояс, зашагав вглубь леса.