Арена гладиаторов.

Со своего места она слышала как ревела толпа на трибунах. Рёв толпы то нарастал, то затихал, то сменялся горестным плачем, когда очередного кумира толпы, окровавленного и бездыханного, уносили с арены. Толпа, эта безумная, охваченная страстью, масса людей радостно ревела приветствуя своих любимцев. Мужчины вскакивали со своих мест, поднимая вверх сжатые в кулаки руки, а женщины, целомудренно опустив глаза, задирали подол своего одеяния и бросали под ноги кумиров шелковые ленты и подвязки для чулок. А потом, с такой же страстью радовалась когда те, кого ещё минуту назад приветствовали радостными криками, падали, обливаясь кровью… Толпу просто удовлетворить. Ей надо дать чувство общности и удовлетворить её ненасытную жажду крови. И больше ничего. Этот жадный рев смутно напоминал ей шум прибоя, ударившего в прибрежные скалы. Было что-то бесконечно завораживающее в этом злом, жестоком и полном жажды крови и смерти рёве толпы, собравшейся на трибунах амфитеатра. Толпы, пришедшей в этот день увидеть как на посыпанной песком арене убивают людей. Таких же мужчин и женщин как и она. Чеда открыла глаза, уставившись в покрытый темными пятнами потолок убогой камеры. Всё убранство крохотной комнатушки состояло из каменного ложа, на которое был брошен соломенный тюфяк. Маленькое, зарешеченное оконцо, высоко прямо под потолком, прямо напротив двери. Чеда лежала совершенно обнаженная, вытянувшись на своем ложе. Некоторое время она безразлично рассматривала трещины и пятна на потолке, а потом резко поднялась. Время приближалось. Сделала несколько резких движений руками и ногами, разминая мышцы тела. Сполоснулась водой из лохани, стоявшей у ложа. Собрала свои темные волосы на затылке. Тщательно смазала свое гибкое мускулистое тело оливковым маслом. Начала неторопливо одеваться. Надела короткую юбку из красного шелка, затянула на талии широкий пояс из вываренной в масле кожи, одела наручи и поножи, призванные защищать предплечья и голени. Придирчиво оглядела себя. Чеда знала как привлечь внимание зрителей, ещё до того как начнется смертельный танец с оружием в руках. Чеда была невысокой, хорошо сложенной девушкой, лет двадцати. Тонкая талия подчеркивала крутой изгиб бёдер и высокую, упругую грудь. В коридоре послышались шаги, заскрежетал засов решетки. – Чеда! Пора идти! – Я готова. Девушка посмотрела на стоявшего в дверях мужчину. – Отлично выглядишь!.. Мужчина не мог отвести глаз от обнаженной груди молодой девушки, её плоского, подтянутого живота. Густо смазанная маслом оливковая кожа девушки блестела. – Знаю. – Чеда слегка улыбнулась. – Я всегда отлично выгляжу, Газдубар… Кто сегодня? – Увидишь. Ничего особенного, ты легко справишься. – Знаю. Поставил на меня деньги? – Как обычно. Покажи им на что ты способна. Лёгкой походкой Чеда последовала за мужчиной по длинному коридору. Перед воротами ведущими на арену остановилась. Почувствовала как ей в руку вложили меч. Сегодня придется драться на мечах, поняла девушка. Это ей нравилось. Короткая схватка лицом к лицу, в которой всё решает ловкость, сила и верный глаз. Ворота распахнулись и в глаза ударил яркий солнечный свет. Девушка побежала навстречу солнечному свету, навстречу крикам толпы, навстречу скорой смерти. Высоко поднимая меч над головой, приветствуя толпу, которую она презирала. Остановилась в середине круглой арены. Ощущая обнаженной кожей жар солнца. Противник остановился в нескольких шагах от Чеды. Только что он вышел в противоположных воротах. Чеда сразу узнала его и почувствовала лёгкую грусть. Если бы она знала с кем ей придется драться, она, наверное, отказалась бы выходить на арену. Теперь было уже поздно. Чеда знала что не смогла бы отказаться от поединка и всё равно если бы она знала с кем ей придется драться она попыталась бы отказаться, чем бы ей это не грозило в будущем. Теперь лишь одному из них предстоит уйти живым с арены. Толпа взревела, приветствуя противников. – Привет Чеда, – мужчина слегка поднял копьё, приветствуя девушку. – давно не виделись. – Привет и тебе, Хирам. Ты прав, давно не виделись… – Значит так это закончится. – Видимо так, Хирам. – Чеда поняла что и Хирам не знал против кого будет драться. – Пообещай мне одну вещь, Хирам. Пообещай что умрёшь достойно! – Скорее умрёшь ты, Чеда, мне жаль… Ты мне всегда нравилась, но сегодня умрёшь ты. Это будет лёгкая смерть! Чеда кивнула. Говорить больше не было о чём. Девушка окинула Хирама оценивающим взглядом. Высокий, на голову выше её, мужчина был одет в кольчугу и вооружен длинным копьём. Придется держать его на расстоянии, поняла девушка. Чеда обхватила двумя руками рукоять меча, изготовилась к схватке, слегка согнув ноги в коленях, подняла клинок над головой. Копьё в руках Хирама описало стремительную мельницы. Звонко ударил гонг и в следующий миг Хирам атаковал девушку стремительным ударом копья, целясь прямо в горло. Чеда лишь в последний момент успела отбить удар, призванный распороть ей яремную вену. – Давай! Давай!! Убей её! Убей! Убей! Толпа взревела. Чеда крутанулась, парировала очередной удар копьём, проскочила под древком и ударила мечом. Хирам легко ушёл от её удара в сторону и хлестнул девушку по спине древком копья. Острая боль пронзила тело молодой девушки, придав ей ярости. В следующий миг наконечник копья устремился вперёд. Чеда отскочила в сторону, пропуская Хирама мимо себя и хлестнула мечом, целясь в шею неприкрытую кольчугой. Древко копья ударило девушку в живот. От боли она едва не выпустила меч из рук. Вновь со змеиной быстротой метнулся наконечник копья, метя ей прямо между грудей. Девушка с трудом сумела отбить удар. К горлу подкатывала тошнота, живот свело от боли. Ещё один такой удар и ей конец, поняла Чеда. Она выпустит меч из рук, а потом последует один единственный стремительный удар. – У-бей! У-бей!! У-бей!!! Толпа ревела, безумствовала. Жаждала крови. Чеда отступила назад, парировала несколько ударов копья. Взмахнув мечом, ударила снизу вверх, ударом призванным рассечь Хираму череп. Мужчина улыбнулся, поняв ошибку совершенную девушкой. Отбил клинок и вскинул копьё. Наконечник копья ударил в пустоту. В следующий миг Чеда, оказавшись за спиной у Хирама ударила его мечом по затылку, разрубая позвоночник. Не издав ни единого звука Хирам рухнул на песок, обливаясь кровью. Всё произошло так, как и хотела Чеда. Убедив Хирама в том что он сумел измотать девушку, она специально раскрылась, давая ему ударить себя копьём в грудь. Подавшись слишком сильно вперёд, Хирам так и не понял как девушка оказалась у него за спиной. – Поприветствуем нового победителя! Прекрасную и смертоносную Чеду! Победа достойная величайших!! Арена взорвалась приветственными криками. Не надолго жажда крови была утолена. Чеда не сводила глаз с лежащего на песке Хирама. Криков толпы она не слышала, она вообще ничего не слышала сейчас, в этот момент. Одинокая слезинка сбежала по щеке девушки. Рука сжимающая рукоять меча задрожала. – Чеда! Брось меч! Брось меч на песок! Резкий окрик привёл девушку в чувство. Четверо солдат, в кольчугах, вооруженных копьями и мечами окружили Чеда. Девушка посмотрела на солдат диким взглядом. – Брось меч, Чеда! Всё кончено! – Меч… Чеда медленно подняла меч, не сводя глаз с окружающих её вооруженных людей. Толпа на трибунах замерла в ожидании. Казалось что сейчас Чеда броситься с мечом на солдат. – Этот меч… Пальцы девушки разжались и окровавленный клинок упал на землю. Солдаты расслабились. Понуро опустив плечи, Чеда последовала за четверкой солдат в сторону темнеющего провала распахнутых ворот. – Че-да! Че-да!! Че-да!! Толпа ревела, провожая нового победителя. **** – Ты это сделала, Чеда! – Газдубар широко улыбался, приветствуя девушку. – Я в тебе не сомневался! Ты показала им как надо убивать! Серые глаза Чеды яростно вспыхнули. – Ты не сказал мне что это будет Хирам! – К чему это? Какая разница кого тебе убивать! Главное, чтобы это нравилось зрителям! – Он был моим другом! Мы многое прошли вместе! – Он был преступником, – улыбка Газдубара погасла. – мятежником, таким же как и ты, Чеда. И он был приговорен к смерти, если ты не забыла, так же как и ты. И так же как и ты, Чеда, он предпочел сражаться на арене. Рано или поздно, но вы должны были встретиться лицом к лицу. Принимай это как должное. Чеда вздохнула, яростный огонь в глазах погас. Газдубар был прав. – Вот и молодец, Чеда. Ты заслужила награду, Чеда. – Газдубар вновь улыбнулся. – Ступай, тебе надо умыться.