Глупый гений

      Предложение Туилин застало Эграсселя в библиотеке, где он, укрывшись в дальнем углу за стопкой книг по трансфигурации, тщетно пытался отогнать навязчивую идею пригласить Лололошку пойти на Святочный бал вместе. Мысли об этом, в целом была для него источником тихих мучений: когтевранец уже представлял, как его друг кружится в танце с какой-нибудь симпатичной девушкой из иностранной школы или, может быть, с той нападающей из лиги чемпионов по квидичу… Уже который год парень мирился с тем, что был обречен влюбиться в лучшего друга, которого всегда и всюду окружали невероятные люди. Каждый раз, когда чувства стремились оформиться в слова, Эграсса не решался — дрожали руки, замирало сердце, горло сковывал страх. Рисковать дружбой в угоду моментному порыву разоблачить свою любовь…звучит очень глупо. Потерять общение с Лололошкой по такой глупой причине, очень не хотелось. Девушка опустилась на соседний стул, развеяв тишину стуком жёсткого книжного переплета о поверхность стола. — Мой кавалер из Дурмстранга нашел другую пару, — выпалила она, хмуря брови. — Я осталась без спутника. Если не найдешь пару, выручишь, Эграсса? Сходим как друзья, а то не хотелось бы одной там в углу мяться… Эграссель медленно закрыл книгу, поднимая взгляд на подругу. На секунду, он замялся, горечь разлилась под ребрами от мысли, что Лололошка, скорее всего, уже давно кого-то пригласил. Поэтому, согласие стало логичным исходом.

***

Бальный зал весь искрил и сиял, зачарованные музыкальные инструменты играли композицию за композицией, заставляя приведений кружить в танце где-то у потолка. Эграссель в элегантных темно-зеленых одеждах стоял рядом с Туилин, неловко пытаясь поправить шнуровку на спине подруги. Девушка была одета в пышное, красивое платье, которое, по мнению Эграссы, особенно хорошо подчеркивало цвет её глаз. Мысль о том, что девушка тщательно готовилась к этому моменту, и в итоге идёт на бал не с тем, для кого предназначалась вся эта красота, кольнуло сердце. Что ж, на сегодня они — брат и сестра по несчастью. Несмотря на не очень праздничный настрой, было достаточно весело. Они с Туилин выпили по бокальчику пунша, после чего начались танцы. Эграссель не будет притворяться, что всё это время не пытался найти в толпе учеников и преподавателей одну конкретную фигуру. Кажется, даже его спутница это заметила, но комментировать не стала. Сама то и дело всматривалась в иностранную парадную форму парней неподалеку. Когда оливковые глаза встретились с синими, Эграсса радостно вскинул рукой, в знак приветствия. Но в ответ никакой реакции не получил. Когтевранец был уверен, что Лололошка его видел, но почему-то решил сделать вид, что не заметил. Еще больше удивило, что, кажется, Лололошка был…один. Это настолько нехарактерно для него — обычно он был центром всеобщего внимания, источником шума и разнообразного рода заварушек. Но сейчас…он стоял в стороне, и, кажется, избегал даже смотреть в их с Туилин сторону. После очередного танца, он вежливо отстранился от подруги, направляясь в сторону гриффиндорца. Только стоило ему приблизиться, как тот растворялся в толпе, будто специально избегая встречи. Эграсса увидел, как каштановые вьюны мелькнули у выхода. Странно это всё. Он кинулся вдогонку, сам не понимая зачем.       Какое-то время ему пришлось рыскать по коридорам, то и дело натыкаясь на воркующих парочек…пока наконец не увидел белых журавликов, вылетающих из-за поворота к крыльцу. Там Эграсселю и удалось найти друга. Он сидел на ступеньках, пальцы то и дело вскидывались резким движением, и очередной бумажный журавлик взмывал в воздух, подсвеченный отсветом магии. Всё таки удивительно, как человек у которого родители были маглами мог обладать такой магической мощью, что с лёгкостью колдовал и без палочки. Его профиль, с едва заметным шрамом на щеке, был очерчен яркой линией лунного света из узкого окна. Когтевранец медленно присел рядом на холодный камень. Лололошка же сделал вид, что не заметил его. Правда, долго игнорировать чужое присутствие у него не вышло. Устало выдохнув, парень подал голос: — Чего тебе? Эграссель вздрогнул от такого недружелюбного тона. — Что случилось, Ло? Лололошка отвел взгляд. Еще один журавлик взлетел, и не долетев до перил, вспыхнул пламенем, рассыпаясь пеплом. — Ничего не случилось. Всё замечательно. Парень съежился, понимая, что друг очень зол. Эграссель робко положил руку ему на плечо, привлекая внимание. Лололошка резко повернулся к нему, кривя губы. — Ты оставил свою девушку одну, возвращайся в зал. Нечего на меня время тратить. — Туилин не моя девушка, Ло. — Когтевранец удивленно выгнул бровь. — Мы просто пришли вместе, потому что остались без пары. В голову пришла нежеланная догадка: вдруг Лололошка хотел пригласить Туилин? А его странное поведение — лишь следствие ревности? От этого стало невыносимо досадно… — Если она тебе нравится, можешь потанцевать с ней, я не буду мешать. — выдавил парень, глядя в проход, откуда послышался смех веселящихся призраков. — Мы договорились просто составить друг другу компанию, она предло… Лололошка обреченно усмехнулся, перебивая. — Ты вот вроде такой умный, Эграсса, а иногда бываешь непроходимо глупым. Он отвернулся, сжимая в кулаке новый лист бумаги. — Нет мне дела до Туилин. — Из его руки ввысь вновь вырывается журавлик, кружа вокруг их голов. Эграссель замер, пытаясь уловить смысл, ускользающий меж строк. — Тогда в чем проблема? Лололошка закатил глаза, жест вышел скорее небрежным, чем реально выражающим недовольство, но он настолько себя съел сидя тут, пока друг танцевал с девушкой, что никаких сил и нервов не хватало. Особенно, учитывая, что он достаточно прозрачно сейчас намекнул на причину своего недовольства, на которое, в общем-то, не очень то и имел право. А это уже вторая причина по которой Лололошка загнался и из-за этого злился ещё больше. — Проблема в том, что я уже который год убиваюсь по невозможному глупцу, который, видимо, по ошибке стал старостой и лучшим учеником на своём факультете! Неверие и обжигающая надежда смешивались в одну непонятную эмоцию, которая будоражила всё внутри Эграсселя. Он застыл, чувствуя, как жар медленно поднимается к щекам. Это… признание? Ему? Или…не признание? Или…не ему? Но нет, тут же всё достаточно очевидно. К чему тогда эта обида и злость, направленные именно на него? С трудом собирая мысли воедино, он посмотрел на друга. Лололошка смотрел на него в ответ так испуганно, будто только что прыгнул с утеса и теперь ждал, разобьется ли. Видимо, сам не ожидал от себя такой прямоты. Эграссель, постепенно приходя в себя, протянул руку и позволил неуверенной улыбке растянуться на своих губах. — Так…э-э-э, могу я загладить свою вину и подарить тебе хотя бы один танец? Лололошка встал, отряхнув плащ и самодовольно ухмыльнулся. Бумажный журавлик, круживший над ними приземлился на протянутую ладошку. «Можешь».