Пески Дюны

      Сардаукар       Слава сардаукаров давно канула в прошлое вместе с падением дома Коррино. Те времена теперь кажутся столь древними, что даже дети воспринимают эти рассказы как сказки, не веря в их реальность.       Но на Салусе Секундус ничто не забыто. Здесь, в безжалостном мире радиации, по‑прежнему идёт суровая подготовка. Из тридцати мальчишек, доставленных на эту планету, выживают лишь одиннадцать. Я в их числе. Поначалу я верил: выживает сильнейший. Со временем понял — этого мало.       Побеждают те, кто сочетает силу с хитростью, кто умеет управлять и манипулировать. Я освоил эти навыки раньше, чем научился владеть оружием. Именно это и позволило мне уцелеть.       Барон Харконнен одержим идеей возродить былую мощь элитных войск. Но мои мечты куда масштабнее. Я жажду власти, мечтаю о собственной планете, о судьбе, которую определю сам. Здесь, среди пепла и стали, я не просто борюсь за выживание — я закладываю основы своей империи.       Кто следующий?       Сегодня на учениях я потерял одного из своей тройки. Такова участь слабых: если погибаешь в учениях, тебе нет места на поле боя. Нас осталось двое.       В рукопашной мы обычно группировались по трое, принимая треугольную стойку спинами друг к другу. Теперь нас двое. Оставшийся мальчишка каким‑то чудом каждый раз выживает. В рядах солдат судачат, что он потомок кого‑то из Титанов. В эти сказки уже никто не верит. Может, их никогда и не было.       В отличие от нас всех, в нём нет кровожадности. Его можно назвать добрым. Всё, за что он берётся, ему удаётся. «Золотой младший» — так мы его называем.       Его удача не распространилась на нашего напарника. Я точно не собираюсь стать следующим — поэтому тренируюсь ещё больше. Моя цель ведёт меня вперёд, а все, кто рядом, — расходный материал.       Скоро меня повысят до старшего взвода, и я не буду стоять в тройке.       Архитектор       Каждая кампания оказывалась лучше предыдущей. Я не просто выживал, я проявлял себя в бою, демонстрируя расчётливость и решительность. Благодаря принятым мной решениям, удалось в разы ускорить захват оборонительных сооружений противника: манёвры становились точнее, потери — меньше. Мы уверенно продвигались вглубь территории планеты, отвоёвывая километр за километром.       Однажды, во время осмотра войск, один из генералов обратил на меня внимание. Он долго изучал мою тактику, расспрашивал о принятых решениях, а затем без лишних слов забрал меня в свой штаб. Там, среди карт и сводок, я понял – это новый этап. Теперь от моих расчётов зависит не отряд, а исход целых операций.       Я погрузился в стратегическое планирование, анализируя слабые точки противника и выстраивая многоходовые комбинации. Мои предложения встречали одобрение, а успехи укрепляли авторитет. Скоро я осознал, что здесь, в штабе, мои навыки манипулятора и тактика обрели подлинную силу. Я больше не просто воин — я архитектор побед.       Мерзость       На Кайтайне среди завалов старого имперского дворца мы прятались, словно крысы, и тут на нас обрушились местные. К удивлению, вооружены они были отменно, продумали позиции, слаженно действовали. Мы понесли тяжёлые потери.       Моя тактика помогла смягчить эффект внезапности. Мы выстроили оборону, разделили силы, использовали укрытия. Но вырваться удалось лишь чудом.       Меня ранили. Глубоко, смертельно. В глазах темнело, дыхание становилось короче, поверхностнее. Я чувствовал – ухожу.       Сознание вернулось резко под режущий свет и назойливый писк аппаратуры. Медблок лайнера Гильдии – стерильный, безликий, узнаваемый с первого взгляда.       Приподнялся, ощупал тело — провода, датчики, инородные ощущения под кожей. И тогда я понял, что мастера Тлейлаксу уже поработали.       Я больше не сардаукар.       Тлейлаксу вызывают отвращение у Великих Домов за скрытность, за аморальные практики. Теперь я часть их мерзости.       Новая цель       Игрушки Тлейлаксу сделали меня сильнее и быстрее. Я и сам до конца не знаю границ своих новых способностей, а эти мерзкие карлики по‑прежнему молчат о том, что именно со мной сотворили.       Но это уже не важно. Я смирился со своей участью. Тело изменилось, а воля осталась моей.       Барон приблизил меня: теперь я один из его стратегов, вхожу в ближний совет. Мы заседаем в замке его родственников. Хозяйка здесь племянница Барона, её муж — бастард Атрейдесов. Мне нет дела до его происхождения, я и сам родом не выше уличной крысы. Я служу Харконнену. Раз его женили на одной из Харконненов — он часть семьи. А семью нужно защищать.       Наёмнику, что охраняет племянницу Барона, я не доверяю. Эти люди хуже уличных крыс, первыми бегут с поля боя и первыми начинают мародёрствовать — даже у своих.       Его нужно устранить. Пока он не стал опасен.