Искристость

‎У матери и отца Хасса, Аделины и Вела, были искры, и по всем законам природы, мира, логики и прочего, у него так же должна быть искра. До восьми лет Хасс был обычным ребенком без искры. Родители тяжело переживали это. Маму волновало лишь то, что это могло как-то повлиять на здоровье сына, а вот отца как раз таки волновал именно факт отсутствия искры. Как будто его сын был каким-то дефектным. На фоне этого ранее крепкая семья начала медленно разрушаться. И именно в этот сложный период Хасс тяжело заболел. Его общее состояние стремительно падало вниз, он буквально зачахал. Как только он попал в госпиталь, больше он домой не возвращался, и лишь благодаря врачам его состояние стало ухудшаться гораздо медленнее. Вел чуть ли не каждый день стал проводить подле сына, просить у него прощения и молиться лишь на то, чтобы Хасс излечился. Именно в этот период на маленьком старом телевизоре Хасс впервые увидел Радия. То, как он стойко отражал атаки противника, вызвало у мальчика неподдельное восхищение. И с тех пор вся его жизнь стала состоять лишь из Радия. Он до дыр засматривал каждое его появление, где бы то ни было, родители покупали ему различный мерч, видя, что это положительно на него влияет, по крайней мере в эмоциональном плане. Хасс буквально жил восхищением Радием. ‎И вот спустя четыре года случилось долгожданное чудо. На утреннем обходе врач обнаружил распахнутую дверь и Хасса в ужасе. Приведя все в порядок, все узнали, что так у него загорелась искра-металла. Теперь Хасс может управлять любыми металлами по его усмотрению. В каком же восторге он был от того, что его искра схожа с искрой-крови Радия по принципу использования. Родителей Хасса же волновало лишь то, как их сын с небывалой скоростью пошел на поправку. ‎И вот вернувшись в обычную жизнь, Хасс ещё больше увлекся Радием. Но со временем он стал не просто восхищаться им, а стал просто одержим, на грани с безумием. Единственное, что Хасс не делал – не вторгался в личную жизнь Радия, не сталкерил или не пытался пробраться к нему домой. А так он следил за каждым его вздохом и на все отвечал безграничным восхищением. ‎Идя вприпрыжку, Хасс дошел до камеры в блоке семь, где должны были быть Радий и допрашиваемый. Открыв дверь, он увидел такую картину: Радий с ледяным выражением лица слушал Сибора, который тараторил какие-то сведения, в это время его держали за "поводок" из крови, придушивая. С ладони Радия, раз в тридцать секунд, падала багряная капля. Сибор не сдавался до последнего, что вывело Радия, и тот снова вернулся к привычным методам, от которых не смог отказаться, уйдя из группировки Найт. Именно поэтому он и работал в основном в одиночку, ведь такие методы для героев могли показаться чрезмерно жестокими. Радий услышал, что кто-то вошел, и обернулся, а увидев Хасса, напрягся, следя за реакцией. На лице второго отразился ужас, но не от действий Радия, а потому что тот поранил руку. Хасс, с неподдельным беспокойством, подошел к нему и, бережно взяв его руку в свою с особой заботой, перевязал порез платочком. А потом с самой доброй улыбкой на свете сказал ему: ‎На последней фразе Хасс со злобой посмотрел на Сибора, из-за которого Радий поранился.