2. Кольцо

      Ранним утром, прямо среди строительных лесов и развороченной плитки, на главной площади выздоравливающего города развёртывался рынок. Сюда несли продукты, строительные материалы, инструменты, алхимию, готовые обеды. Отсюда расходились бригады строителей и тройки волонтёров, которые следили за тем, чтобы те жители, кто не мог позаботиться о себе, ни в чём не нуждались. Пахло жареным хлебом и жучиным мясом.       В отдельном ряду разворачивались спонтанные барахолки, куда каждый мог принести свои вещи и отдать или продать тем, кому нужней.       Светловолосого паренька, лицо и руки которого пересекали красные полосы шрамов, провожали любопытными взглядами и шепотками. Он скучающе ходил по рядам, словно коротая время. Его внимание привлекло что-то на одном из прилавков, но ушлый продавец, которого здесь многие недолюбливали из-за его агрессивной манеры вести торговлю, начал размахивать руками и совать под нос покупателю то один товар, то другой. Паренёк сначала отмахивался, потом показал свой мешочек с улитками, и продавец потерял к нему интерес.

***

      Дариус задумчиво осматривал выставленное на продажу мягкое кресло с повреждённой обивкой.       Хантер откашлялся, привлекая внимание опекуна. — Дариус. Я хочу купить одну вещь, но у меня не хватает улиток. Что я могу сделать, чтобы ты добавил мне недостающих? — Не стоит так официально, Волчонок, мы же договорились, что я обеспечиваю тебя, пока ты не встанешь на ноги. Что тебе нужно? — развернулся к нему ведьмак.       Хантер замялся. — Но это не для меня. Я хочу подарить.       Дариус заинтересованно приподнял бровь. — Продолжай.

***

      Хантер подумал, что приблизился к пониманию слова "кринж", которое иногда употребляла Луз, когда опекун начал азартно торговаться за "невзрачную безделушку". — Подыграй мне, скажи, что оно нам не нужно, — одной артикуляцией посигналил ему Дариус, отвернувшись от продавца. У Хантера задёргался глаз. — Уважаемый глава, вы таки делаете больно моему сердцу и моей семье! — тем временем разорялся торговец, — Десять голодных демонят сейчас трясутся от холода и голода в развалинах нашей небогатой лачуги и ждут, когда их несчастный отец принесет им... — Заканчивай это, Дариус. — прошипел Хантер, — Мне не сдалось это барахло даже забесплатно, особенно если за него навешивают червей на уши. Думаешь я не знаю сколько у тебя детей, Мехрун?! — рявкнул он, уже повернувшись к торговцу. Тот схватился за сердце. — Золотой Страж!? Пошел прочь, мои дети чисты перед Советом Ведьм! Забирай что хочешь и проваливай! — Славненько! Передавай привет Биллу, скажи, чтобы держался подальше от вымирающих видов. Покааа! — Хантер молниеносно подхватил колечко с прилавка и, дёрнув Дариуса за плащ, прибавил ходу с рынка.

***

— От меня если честно, ускользает смысл моего участия. Ты и сам неплохо отжёг, — ведьмак шел, весело поглядывая на паренька. — Я хотел просто купить, но он увидел, что я заинтересован, и задрал цену. — Так, а что с его детьми? — Контрабандист, браконьер и картёжница. Семейный подряд, если понимаешь о чем я. — О. Натравлю на них Рейн. — Будь добр, — Хантер видел, как Дариус тихонько ухмылялся, когда думал, что подопечный на него не смотрит. — Покажешь добычу?       Хантер поджал губы, но всё-таки нехотя протянул руку и опустил ему на ладонь легонько звякнувшее кольцо. Дариус взял его двумя пальцами и почти уткнулся носом, рассматривая тонкую гравировку. На широком, но легком ободке виднелись полустершиеся, но легко узнаваемые схематично изображённые пчёлы. По краям угадывались треугольники-листья. — Хмм, думаю, она оценит. Насколько я знаю, ей весьма нравится винтажный стиль.       Хантер посмотрел на него широко раскрытыми глазами и приоткрыв рот, отстранившись, будто получил предательский удар. — Дай сюда! — он требовательно вытянул ладонь и сердито засопел. — Я никому не скажу, — успел выдавить Дариус, надувая щеки. — Увидимся на собрании! — получив желаемое, Хантер отступил на пару шагов и избежал разговора в своем стиле, оставив только золотистый тающий след.       Дариус, оглядевшись по сторонам, позволил себе расхохотаться в полный голос.

***

      Он не мог нарадоваться, каким живым и социализированным паренёк вернулся из человеческого мира. Да, он был раздавлен смертью друга в тот момент, и эта рана еще долго будет болеть, Дариус знал это по себе. Но он видел разницу.       Хантер стал ещё больше напоминать предыдущего золотого стража, его друга и наставника, но в то же время оставался собой.       Тем мелким засранцем, который... Дариус буквально видел как растёт этот вредный волчонок, который только и мог говорить: "Белос то, Белос сё, я Золотой Страж, а вы все ...!"       О, как он раздражал! Ведьмак сворачивал в другой коридор замка, когда слышал впереди его хвастливый писклявый голос. Дариус не мог видеть его, не мог видеть эту маску и его слишком тощие плечи, обёрнутые плащом со знаком птицы в клетке.       Да, покойный Золотой Страж делился с ним своим видением символа, изображённого на плаще. Новый Золотой Страж этого символа не заслуживал.       Именно тогда он сблизился с Эбервулфом, когда диковатый безмозглый глава ковена Животноводства пошел за ним и совершенно нормальным голосом поинтересовался, какого хрена он избегает Маленького Принца?       Вот тогда Дариуса и прорвало. Что прежний Золотой Страж, его друг, пропал без вести, и Белос прямым указанием запретил ему расследовать его смерть, а кроме Дариуса никто даже не чешется узнать, что с ним произошло!       А этот мелкий...       Дариус осел на колени, прямо на каменный пол и зарыдал, выплёскивая накопившуюся боль потери и несправедливости, вцепившись руками в волосы.       Эбервулф, прижавшийся к его боку в знак поддержки, лишь печально и внимательно посматривал на него и позволил выплакаться, только однажды издав неслышимый инфразвуковой рык в конец коридора, чтобы отпугнуть появившихся из-за угла патрульных.

***

— Ладно, ладно, всё. Я серьёзна. Жги, бро. — Я хочу подарить Уиллоу кольцо. Луз подавилась воздухом. — Ты хочешь подарить что? — воскликнула она, круглыми глазами покосившись на кружку с чаем, из которой собиралась отпить, и отставила её от себя подальше. — Кольцо, — он повторил для нее как для умственно неполноценной, — я увидел кольцо, которое как будто создано для Уиллоу, и хочу, чтобы оно было у неё. — Но... Э-э... Фух, — Луз нервно засмеялась, обмахиваясь руками. Хантер впервые видел её настолько смущённой. — Ты ведёшь себя очень подозрительно, — протянул он, угрожающе сощурив глаза, — И я не могу понять, с чем это связано. Ты хочешь ей рассказать или что? Имей в виду, я нажалуюсь Камилле как последний ябеда, что ты плохая сестра и саботируешь мою личную жизнь.       Луз всё-таки поперхнулась чаем. — Да... Что... Да как ты... Так, всё! — отплевываясь, она вытянула руку с кружкой подальше, пытаясь не пролить остальное себе на одежду.       Хантер сдвинулся золотым следом до раковины, оттуда прицельно кинул в Луз полотенце и вернулся обратно тем же способом. — ... Тьфу! Спасибо. — она вытерлась и промокнула одежду, — Хантер, Титан тебя дери! Я сейчас расскажу тебе, почему я странно себя веду, и ты упадёшь! — Я весь внимание. — он снова сел перед ней с видом "ну давай, удиви меня". — В человеческом мире обмен кольцами это очень трогательная традиция, означающая помолвку или брак! — выпалила девушка.       Хантер равнодушно смотрел на нее еще пару секунд. — Да ты гонишь, — он снова встал, потеряв интерес к беседе, — Лучше спрошу у Камиллы. — Да я правду говорю! — Луз тоже вскочила и эмоционально замахала руками, — Вспомни! Она носит кольцо на безымянном пальце в память о моём отце, они были женаты.       Хантер покопался в памяти и признал, что слова человечки имеют смысл. Камилла действительно носила кольцо из жёлтого металла и не снимала его даже при мытье посуды. — Когда люди проводят церемонию бракосочетания, — продолжала Луз, — они торжественно произносят клятвы и обмениваются кольцами, которые потом снимают в очень редких случаях. А есть ещё помолвка, вроде декларации о намерениях. Тогда бывает, что кольцо только у девушки — помолвочное, — Хантер внимательно слушал, — Или у обоих. Она перевела дух. — Так что, её отцы уже дали тебе своё благословение? — Луз вытянула губы уточкой.       Хантер завис на секунду, краснея, и панически замотал головой.       Луз обвиняюще ткнула в него пальцем: — Ну и вот! Хочешь дарить кольцо, когда вы еще даже не целовались!       Хантер снова застыл на вдохе со странным, напряженным выражением лица, как будто изо всех сил удерживался то ли от смеха, то ли от рыданий. — Это правда, не целовались, — выдохнув, зачем-то подтвердил он, — Но эта вещь должна стать её. И она, возможно, не знает об этой человеческой традиции? — предположил он тонким голосом. — Но ты-то теперь знаешь, — Луз растянула губы в широкой улыбке и умильно заморгала. — У тебя нервный тик? Я могу одолжить тебе зелье, мне очень помогает, — он тоже приторно заулыбался, наклонившись к ней. — О мой Титан, что здесь происходит? — воскликнула Эмити, занося в комнату покупки и скидывая их на стул, — У вас что, зубы слиплись? Это какое-то заклинание?       Хантер раскрыл рот, чтобы ответить, но, глянув на ее смеющееся лицо, расслабился и слабо улыбнулся, пока девушки приветственно перемигивались. — Луз сказала мне, что тебе не хватает кольца на безымянном пальце, — с чувством активированного огненного глифа проговорил он.       Послышался новый плевок чаем, более мощный. Хантера задело. — Что? Почему на безымянном? У меня есть разные кольца... — забормотала Эмити, разглядывая руки. Хантер, морщась, выдернул полотенце из застывших пальцев Луз. — О, это особое кольцо, — ухмыльнулся он, вытираясь, пока Луз хрипела от ужаса, — Для безымянного пальца, как у её мамы, — он поднялся из-за стола, — Что ж, Дариус ждёт меня на ужин, не буду перебивать аппетит. Покааа! — взмахнул рукой и исчез за мгновение до того, как руки обожаемой сестры сомкнулись на его горле. Луз с рычанием пролетела через то место, где он стоял, и рухнула на пол. — Радость моя, ты в порядке? Мне уничтожить его морально в следующий раз? — озабоченно наклонилась к ней Эмити, придерживая прядь волос, чтобы не мешала обзору. Ее голова заслонила свет, а солнце подсветило короткий пушок на линии роста волос. Золотые глаза смотрели заботливо, но со смешинкой. Луз полежала на полу, всматриваясь и не торопясь подниматься, любуясь аурой богини, и проговорила очень серьезно и задумчиво: — А ведь он прав. Я действительно считаю, что тебе не хватает кольца на безымянном пальце.

***

      Эмити подсела к Хантеру в перерыве. — Уиллоу не очень любит сюрпризы. Если подаришь ей что-то анонимно, особенно кольцо, она вычислит тебя на раз-два.       Хантер облился яблочной кровью и закашлялся. Эмити брезгливо отодвинулась. — Какого... — проскрипел он, но Эмити продолжила: — Это будет неловко и ни к чему не приведёт. Вместо этого, тебе нужно будет подгадать время и надеть ей его на палец в романтичный момент. Не обязательно на безымянный, — довольно сверкнула она глазами, — Просто убедись, что оно будет впору. Не знаю, подержись за руку и обмерь фаланги. А потом скажи, как сказал Луз: "Я увидел и подумал, что оно должно быть твоим", — она изобразила его голос с чрезмерно пафосной интонацией, — Дальше по обстоятельствам. Не облажайся и будь готов, если она решит поцеловать тебя — это весьма вероятно. Всё, пока, я хочу успеть подготовиться к занятию.       Она ушла так же стремительно, как и появилась.       Хантер страдальчески прикрыл глаза.

***

      Тем же вечером он пробормотал, уткнувшись лбом в волосы Уиллоу: — Дай руку.       Она удивлённо хмыкнула, но исполнила требуемое.       Они лежали одетыми, просто переплетясь конечностями. Хантер покопался в кармане рубашки, выуживая кольцо, потом сосредоточенно ощупал каждый палец руки и остановил свой выбор на среднем. Кольцо село как влитое. Уиллоу пошевелила пальцами, привыкая. — Оно что-то означает? — Нет, просто подарок. — он прочистил горло, — Я увидел его и понял, что оно должно стать твоим, — с выражением произнес он. — Это очень мило, спасибо. О! Тут пчёлы! — она залипла, рассматривая гравировку и прокручивая кольцо перед глазами.       Он выжидающе смотрел на неё. — Эмити сказала, что ты захочешь поцеловать меня за это, и чтобы я не облажался.       Уиллоу тихо хихикнула себе под нос, довольно улыбаясь. Этот чудесный звук, как всегда, вызвал теплую волну, расходящуюся от магического камня, что заменял ему сердце. Раньше Хантер думал, что тот с чем-то резонирует в ответ на действия подруги, но после одного ужасно неловкого разговора с Луз выяснил, что обычные люди и ведьмы чувствуют чувства похожим образом. — Обожаю её. Она хорошо меня знает, — Уиллоу потянулась и поцеловала его в щёку, — Так достаточно? — спросила она с хитрецой. — Боюсь, что нет, — Хантер жалобно свёл брови, — Она же сказала — не облажаться. — О. — Это значит, что я должен поцеловать тебя в ответ, — он тоже нашел её щёку губами и оставил тёплый поцелуй. — Теперь я могу ответственно заявлять, что мы уже целовались, но только в щёку. Скажу ей большое спасибо за совет, — он предвкушающе ухмыльнулся.       Уиллоу прижала руку ко рту, сдерживая рвущийся наружу смех, переглядываясь с парнем, и почти пропищала: — Мы такие идиоты. Это так далеко зашло, и я не могу остановиться обманывать их, это слишком смешно!       Хантер отвернулся, перекатившись по подушке, пряча глаза за сгибом руки, его губы кривились.       Не выдержав, они захохотали.       Где-то далеко человечка и ведьма втайне друг от друга изучали каталоги кузнецов-ювелиров, уже восстановивших свои мастерские после разрушительных событий на Кипящих Островах.