Нормальные парни так не делают.

Эдгар. Мрачный тип, которого многие обходят стороной. Он не был заинтересован в бессмысленных беседах, в людях, толпах. Именно поэтому у него практически не было друзей, но он в них и не сильно нуждался. Достаточно было одной Колетт. С ней он проводил большое количество времени, даже несмотря на её надоедливый характер, позёрство, громкий голос и слишком активное поведение. Она была той ещё занозой, но почему-то именно с ней Эдгар чувствовал себя спокойно. Но вот в его жизни появился ещё один человек — Фенг. Сначала Эдгар отнёсся к этому как к обычному акту любопытства к человеку, который был отдален от мировоззрения Эда. Но этот странный азиат с актёрского почему-то не уходил. Сначала полез в автомат с проводами, потом написал, потом пришёл на встречу. А теперь вот согласился пойти куда-то после пар. Зачем? Эдгар не понимал. Он привык быть незаметным или, наоборот, слишком заметным, но вечно чужим. Иногда ему казалось, что Фенг рад компании. Глаза чуть теплели, голос становился мягче, и Эдгар почти верил, что этот парень действительно хочет общаться. Но потом Фенг вдруг уходил в себя, начинал хмурить брови, смотреть куда-то в сторону. Будто что-то внутри него боролось с ним самим. Он то тянулся к Эдгару, отзывался, задавал вопросы, то резко отдалялся, будто запрещал себе то, чего сам не мог объяснить. Эдгар замечал это. Сначала бесило, потом стало просто странно. А сейчас он уже не знал, что думать. Фенг говорил то, что думал, но при этом сам себе противоречил. Это сбивало с толку. И в то же время заставляло ждать следующей встречи. И впервые за долгое время ему было не всё равно, придёт кто-то или нет. Он достал телефон, пролистал диалог с Фенгом и остановился на последнем сообщении. «До завтра». Коротко и без смайликов. Эдгар хмыкнул и убрал телефон в карман.

***

Прошел месяц, может, чуть больше. Сколько раз они гуляли после пар с того дня? Никто не считал, но оба могли бы ответить «да почти каждый день». С каждой новой встречей что-то менялось в поведении этих двоих. Эдгар начинал говорить всё больше. Чуть меньше язвить, чуть меньше прятать лицо в свой шарф, когда смеялся. Он даже пару раз снял наушники при Фэнге, не дожидаясь, пока тот подойдет и постучит по плечу. Иногда ловил себя на том, что рассказывает какие-то глупые истории из детства или про то, как Колетт в очередной раз вляпалась в неприятности, и не мог понять, зачем он это делает. Но язык будто жил своей жизнью. Фенг всё еще находился замешательстве. Куда-то оно не ушло, просто перестало быть таким острым. Он перестал вздрагивать, когда Эдгар случайно задевал его плечом, и научился не отводить взгляд, когда тот смотрел слишком долго. Внутренний голос, который раньше шипел «что ты делаешь, придумай причину свалить, пока не поздно», теперь звучал тише. Фенг его слышал, но уже не бежал сломя голову выполнять приказ. Он просто продолжал идти рядом, пить слишком сладкий кофе из автомата и слушать, как Эдгар рассуждает о смысле какой-то мрачной игры, в которую Фенг все равно никогда не будет играть. Их маршруты стали привычными. Сначала пустая забегаловка на окраине, потом медленная прогулка вдоль гаражей, потом долгое стояние у замерзшего пруда, пока пальцы не начинали коченеть. Говорили обо всем и ни о чем. О парах, о дураках в шараге, о музыке, которую слушает Эдгар, и о старых фильмах, которые смотрит Фенг. О Колетт, о Бастере, о том, как тоскливо работать в аркаде и как уныло рисовать для заказчиков, которые не понимают толк в «искусстве» Эдгара. Они ни разу не говорили о том, что происходит между ними. Может, потому что не знали, как это назвать. Может, потому что не хотели знать. А может ничего и не происходило. Может ощущение подобной дружбы для них в новизну? Но каждый вечер перед сном Фенг проверял телефон, и каждый вечер Эдгар отправлял ему какую-нибудь картинку или просто писал «спок», прежде чем выключить свет. 

***

Был вечер пятницы. Эдгар сегодня ночевал у Колетт. Они вместе сидели на её кровати в дешёвых тканевых масках, залипая в телевизор, на котором который час крутили марафон «Битвы экстрасенсов». — Как думаешь, это всё рил? — подала голос Колетт, не отрывая взгляда от экрана. Её светлые растрёпанные волосы развалились во все стороны, а чёлка выбилась из-под маски. — Ты дура? Это наебалово, но зато смотрибельное, — ответил Эдгар, поправляя сползающую маску на своём лице. Он сидел, поджав под себя ноги, и выглядел почти домашним без своей толстовки, в чужой пижаме, которую Колетт ему выдала. — Тебе откуда знать? У тебя же нет экстрасенсорных способностей, — фыркнула Колетт и ткнула его локтем в бок. — А у тебя что, есть? — он покосился на неё. — Может быть. Я, например, знаю, что ты думаешь об одном типе с актерского. Эдгар поперхнулся воздухом и резко повернул голову. — Чего? — Ничего. — Колетт улыбнулась, но улыбка вышла не злой, скорее хитрой. — Ты просто третий день ходишь и вздыхаешь. — Я не вздыхаю. — Вздыхаешь. И на телевизор почти не смотришь, хотя обычно любишь эту муть. — Она стянула маску с лица и отбросила её в сторону. — Так что там с Фенгом? Эдгар молчал несколько секунд, потом тоже снял маску и уставился в потолок. — Ничего. Просто общаемся. — Просто общаемся, ага. — Колетт закатила глаза. — Слушай, я тебя сколько знаю. Ты с людьми не общаешься. Тем более с обывателями, у которых даже интересы с нашими не совпадают. А с этим ты каждый день где-то пропадаешь после пар. Эдгар хмыкнул, но ничего не ответил. Колетт вздохнула и откинулась на подушки. — Ладно, не хочешь не говори. Но я думаю, что это круто. Что у тебя появился кто-то кроме меня. А то ты всё один да один. — Мне и одной тебя достаточно, — буркнул Эдгар. — Врёшь. Он не стал спорить. Они снова уставились в телевизор, но теперь оба молчали и думали о своём.  — Слуш, вот ты как думаешь, нормально, если тип метается туда-сюда? Ну в плане, то горячо, то холодно, — Эдгар всё же решил прервать молчание. Он снова уставился в потолок, но теперь его голос звучал не так равнодушно, как хотелось бы. Колетт приподнялась на локте и посмотрела на него. — Ты про себя или про него? — Просто спросил. — Ага, конечно. — Она не стала давить, но и отмалчиваться не собиралась. — Слушай, если человек рядом, но при этом отодвигается, то ему страшно. Или стыдно. Или ещё что-то. Но если он всё равно возвращается, значит, хочет. Просто пока не переборол себя. Эдгар повернул голову, взглянул на неё. — И что мне делать? — Ждать или послать. Тут только два варианта. — Колетт пожала плечами. — Если тебе самому надо, то жди. Если уже задолбало, то посылай. Я бы на твоём месте сначала поняла, а чего ты сам хочешь. Эдгар ничего не ответил. Сам то был не хуже Фенга, точно также он не знал чего хотел. Но он уже ввязался в эту историю и теперь не мог просто взять и выйти. Даже когда Фенг делал шаг назад, на следующий день он все равно приходил. И Эдгар каждый раз замечал это, бесился, но ничего не говорил. Потому что боялся, что после его слов Фенг просто исчезнет. — Думаешь, я зря в это ввязался? — спросил он тихо. Колетт вздохнула и похлопала его по плечу. — Не знаю, Эд. Но если ты сейчас сидишь и паришься об этом вместо того, чтобы смотреть дурацкий марафон, значит, не зря. Просто дай ему время. Или не давай. Ты сам решай, он не маленький. Она отвернулась обратно к телевизору, давая понять, что разговор закончен. Эдгар остался сидеть, перебирая в голове её слова. «Если он возвращается, значит, хочет». Фенг возвращался каждый день. И это было единственное, за что Эдгар цеплялся, когда внутри начинала закипать злость от его вечных сомнений. —… я не голубой, если что. Просто парюсь по поводу нашей дружбы. — Ты себя закапываешь, перестань оправдываться.

***

Эдгар сидел на подоконнике, смотря куда-то сквозь Фенга. В голове было тихо, но при этом звуки вокруг походили на гул. Словно кто-то включил радио на самой низкой громкости, но не на ту волну. — Так вот я говорю: «Бастер, какого хуя ты спиздил все мои диски?» А он... Эд, ты слушаешь? — А? Да, сорян. — Эдгар моргнул и попытался сфокусироваться на лице Фенга. — Так зачем Мейси нужен был огнетушитель? — Я закончил об этом говорить минут пять назад, — Фенг нахмурился и сунул руки в карманы. — С тобой всё норм? Эдгар отвернулся к окну. За стеклом всё так же серо, люди идут по своим делам, никто никуда не спешит. Он пожал плечами. — Норм. Просто задумался. — О чем? — Да так. — Эдгар помолчал, потом вдруг спросил: — Слушай, а ты когда-нибудь хотел просто сбежать? Ну, чтобы никого не было. Ни шараги, ни работы, ни этих вечных вопросов от всех. Фенг удивился такому повороту, но ответил быстро: — Да постоянно. Особенно когда на парах сижу и слушаю какую-то херню, которая мне в жизни не пригодится. — А я в прошлом году чуть не уехал в Питер, — сказал Эдгар всё так же глядя в окно. — Просто собрал рюкзак, сел на электричку. Доехал до области, а там развернулся и вернулся. — Почему? — Не знаю. Испугался, наверное. Или понял, что некуда. Но иногда думаю мол зря вернулся. Фенг смотрел на него и не знал, что сказать. Эдгар редко говорил о себе так откровенно. Обычно отшучивался или переводил тему. А тут сам начал. — А сейчас хочешь уехать? — осторожно спросил Фенг. Эдгар повернул голову и посмотрел на него. — Сейчас уже не знаю, — тихо сказал он. — Раньше точно хотел. А теперь... может, не так всё безнадежно. Фенг не понял до конца, что он имел в виду, но переспрашивать не стал. Почему-то стало немного теплее внутри, хотя на улице всё так же моросило. — Ну, если соберешься сбегать, скажи хоть, — сказал он вместо всего, что вертелось на языке. — А то пропадешь, а я потом ищи тебя по всем туалетам. Эдгар усмехнулся, первый раз за сегодня по-настоящему. — Договорились. Ты первый в списке. Фенг выдохнул и присел рядом, молясь, чтобы подоконник не рухнул. — Ты что-то часто философствовать начал. Мне даже Колетт об этом сказала. Эдгар резко повернул голову. — Колетт? Эм, я не знал, что вы общаетесь. — Да она мне на днях написала, — Фенг пожал плечами. — Спросила, как дела, а потом перевела на тебя. Говорит, ты какой-то задумчивый ходишь, много говоришь. Сказала, что я должен за тобой приглядеть. — Она вечно выдумывает, со мной всё нормально. — Ну я ей так и сказал, что ничего не замечал. — Фенг помолчал. — А она говорит: «Вы же теперь постоянно вместе, ты должен видеть». Типа я слепой. Эдгар усмехнулся, но как-то невесело. — Ты не слепой. Просто не обращаешь внимания. — На что? Эдгар не ответил. Лишь пожал плечами и начал теребить значки на сумке. — Ладно, — сказал Фенг, чтобы заполнить тишину. — В общем, она просила передать, чтобы ты меньше парился. И что она тебя любит, но ты бесишь, когда игноришь ее в вконтаче по три часа. — Это на неё похоже, — Эдгар качнул головой. — А ещё спросила, почему мы вообще начали общаться. — Фенг почесал затылок. — Я сказал, что не помню уже. Типа ты в аркаду пришел, автомат сломал, потом в туалете начали трепаться. — И всё? — А что ещё рассказывать? Мы просто зависаем иногда. Ничего такого. Эдгар покосился на него. — А она что на это? — Сказала: «Ну-ну». И больше ничего. — Фенг усмехнулся. — Я не понял даже, что она имела в виду. — Я тоже.. Фенг хотел спросить, почему Колетт вообще лезет в их дела, но не стал. В конце концов, не его это. Она подруга Эдгара, волнуется. Фенг бы и сам волновался, если б у него был друг, который вдруг начал тусоваться с каким-то левым типом. — Ладно, проехали, — сказал он, вставая. Отряхнул джинсы. — Пошли, а то звонок через минуту. — Пошли, — Эдгар слез с подоконника. Поправил сумку, натянул рукава на пальцы. В дверях он остановился и спросил, не глядя на Фенга: — Сегодня после пар пойдем? Или у тебя смена? — Смены нет, но я хотел с Бастером сходить подышать. Он уже неделю достаёт. — Понятно. — А ты чё, хотел куда-то? — Да нет, — Эдгар пожал плечами. — Просто спросил. — Ну, если всё отменят, я напишу. — Ладно. Они вышли в коридор. Фенг повернул в одну сторону, а Эдгар в другую.