Singularity: Chameleon

— У тебя давление упало? Молчание. — Слышишь меня? Тэхен не открыл глаза. Голос тихо прохрипел. — Наверное. — Соленое помогает? Тот же равнодушный тон. — Наверное. Чонгук устало потер переносицу. А нормально разговаривать? Нет? Он наклонился и взял с полки под журнальным столиком стеклянную бутылку с соленой минеральной водой. Открыл ее и без церемоний протянул Киму. — Держи. Тэхен едва разлепил глаза, поднял тяжелую руку и несколько раз хватал воздух с полной уверенностью, что там что-то есть. Чонгук поднес бутылку ближе, и Тэ смог за нее ухватиться. Бутылка качнулась, и вода плеснула к краям горлышка, но не пролилась. Ким отчаянно пытался оттолкнуться спиной от дивана, каждый раз появлялся узкий зазор, но он сразу падал обратно. Чонгук, не раздумывая, потянулся к плечу Тэхена, чтобы помочь ему подняться. Резкий хлопок. Рука Чона сразу отлетела в сторону, когда Тэ вслепую сбил ее тыльной стороной ладони. В голосе — опасное предупреждение. — Руки. Чонгук выпрямился и шумно выдохнул через нос, стряхивая обожженную руку. Баран. Ким устало посмотрел на Чона исподлобья. Несколько капель воды после резкого движения пропитали ткань его штанов. Чонгук опустил взгляд на свои шорты и край серой толстовки: брызги дошли и до него, но он сдержался и не прокомментировал. Тэхен выпрямился, насколько смог, и поднес бутылку к губам, та задрожала. Несколько громких глотков. Тоненькая струя потекла по подбородку, затем по шее и скрылась где-то под воротником. Чонгук стоял, скрестив руки на груди, и с изумлением наблюдал за этой самостоятельностью. Даже в таком состоянии выебывается? Тэхен поставил полупустую бутылку себе на бедро, и небрежно вытер влажные губы рукавом. Я и сам могу. Он снова закрыл глаза, но даже так выглядел недовольным. Бутылка покачивалась из стороны в сторону, вода норовила пролиться на диван. Глаза Чонгука расширились. Не на мой... Чонгук резко наклонился и попытался забрать бутылку, но Тэ вцепился в нее намертво. Чон повернул голову набок и звонко цокнул. Да когда ты уже выдохнешься? Он разжал пальцы и сделал шаг назад, когда Тэхен снова замахнулся наугад. — Хватит меня пиздить. Ты мой подчиненный. Тэхен упрямо проворчал. — Я уволен. Чонгук чуть вскинул брови. Факт. Решив не спорить, он сел рядом на диван на безопасном расстоянии, а затем взял телефон со столика и перешел к набору номера. — У тебя есть врач? Тэхен нахмурился, покачиваясь, будто из бутылки совсем недавно пил не воду. Не вырубайся. Не при нем. Чонгук поймал момент, когда пальцы Кима на бутылке ослабели и аккуратно ее забрал, тот даже не заметил. Теперь вода стояла в безопасности на столе. Тэ неразборчиво промямлил. — Ноль один ноль… пять. Чонгук сразу начал набирать. Ким замолчал. Чон собрал остатки своего терпения и задал вопрос с пугающим спокойствием. — Дальше. — Чо дальше? — Дальше номер. — А… Пауза. — Ноль один ноль… Чонгук крепче сжал в руках телефон. Тот едва не хрустнул. — Пять. Дальше что? — Пять. — Еще пять? — Нет. — Тэхен, блять. Ким поморщился, не в силах больше держаться. Все. — Иди нахуй, я спать. Тэхена качнуло, а затем повело в сторону. Он не удержался и начал заваливаться на Чонгука. Тот попытался подхватить его, но не успел, и Ким все равно опустился щекой на теплую, открытую кожу его коленей. Руки повисли вниз, а босые пятки все еще касались пола. Чонгук завис с поднятыми вверх руками и боялся прикоснуться, словно внизу лежало раскаленное железо. Он реально?.. Он сжал челюсть, сверля Тэхена взглядом, раздражение вернулось. — Сладких снов, блять. А позже вырубиться не мог? Он поджал губы, стараясь задвинуть эмоции на второй план. Нет времени злиться. — Ты мне еще нужен. Ресницы Тэхена дрогнули, но глаза он разлепить не смог. Я… нужен? Темнота на секунду отступила. — Закрой смену. Тэ дернулся, пытаясь оторвать голову от его бедра. Слова давались тяжело. — Хоро… Чонгук, даже не глядя на него, положил ладонь на его щеку и сразу уложил обратно. — Лежи. Челюсть напряглась. Заткнись. Не закроет он ничего. Ким снова замолк. Чонгук обеспокоено нахмурился. Щека на его бедре была пугающе холодной, под пальцами время от времени проходила мелкая дрожь. Мама учила: холодная кожа — плохо. Дальше — по протоколу. Чон, не раздумывая, приложил два пальца к шее Тэ и нащупал сонную артерию. Пульс был высоким, словно он только что пробежал марафон. Чонгук чуть сместил челюсть. Сильно упало. Он сразу открыл контакты и пролистал до имени своего врача. Тэхен задрожал сильнее. Снизу у самого бедра послышался слабый шепот. — Холодно… Чонгук замер на секунду. Он быстро расстегнул молнию на толстовке, снял ее и, неожиданно бережно для самого себя, накрыл ею плечи Кима. Затем набрал номер врача и зажал телефон между щекой и плечом. Пока шли гудки, он подхватил Тэхена под бедра и подтянул выше на диван. Тот тяжело завалился на бок. И чем я занимаюсь? Чон тяжело вздохнул, аккуратно взял Тэхена за плечо и потянул на себя, переворачивая на спину. Голова сама повернулась к потолку, а рука легла на живот. В выражении Тэ ничего не поменялось — все такое же нездорово спокойное. Чонгук нахмурился, мысли в голове закрутились сами. Сначала унизил меня перед персоналом. Потом нахуй посылал на лестнице. Движения Чонгука были быстрыми и точными. Он взял подушку у спинки дивана, подался вбок и подложил ее Киму под колени. Потом потерял сознание. А я должен забо… Чонгук сжал челюсть. Переделывать. И даже так нахуй послал. Из динамика донесся спокойный, ровный голос мужчины. — Чонгук-си, что случилось? — У сотрудника предобморочное состояние, возможно, давление упало. — Соленое давали? Сладкое? Ноги выше головы. — Уже. Сладкое дам. Чонгук потянулся к столику, одной рукой поддерживая голову Тэхена, и нащупал маленькую бутылку с яблочным соком. В динамике послышались параллельные гудки. Он слышал, но не проверил. Не сейчас. После короткой паузы, снова раздался голос врача. — Через пятнадцать минут буду. Если станет хуже — скорую. — Принял. Чонгук положил телефон на диван и хмыкнул. Скорая будет ехать час. Не вариант. Он снова посмотрел вниз и замешкался, снова не зная, куда деть руки. Соберись. Он обычный сотрудник. Чонгук без промедлений открутил крышку бутылки с соком, приподнял голову Кима и поднес горлышко к бледным губам. Голос был ровным и твердым. — Тэхен. Реакции не последовало. — Подъем. Ничего. — Слышишь меня? Голос повысился, становясь командным. — Рот открыл. Снизу послышалось хриплое ворчание. — А?.. — Пей. Тэхен поморщился и попытался повернуть голову вбок. Чонгук вдохнул полной грудью, собирая остатки терпения. — Я не нянька. Поверни голову. Тэхен все так же слегка ворочался, находясь на грани сознания. Чонгук без предупреждения подцепил пальцами его подбородок, повернул на себя и поднял его голову еще выше. Горлышко бутылки уже касалось губ Тэ. Голос Чона прозвучал угрожающе. — Не беси. Сейчас на лицо вылью. Спустя пару секунд Тэ разомкнул губы, и ему кое-как удалось сделать несколько маленьких глотков. Он отвернулся и сухо покашлял. Снизу донеслось едва различимое бормотание. — Ненавижу… — Сок? — Тебя. Чонгук раздраженно поджал губы и посмотрел в сторону. Взаимно. Он сильно сжал бутылку с соком. — Сука, а номер сказать не мог. Чонгук опустил голову вниз. Тэхен уже отключился. Жив. Остальное — не моя зона. Он ненадолго завис. Взгляд скользнул к влажным губам: тонкая струя медленно стекала по подбородку. Пальцы чуть сжались. Не глядя, Чонгук попытался поставить бутылку на подлокотник, но промахнулся, и та шлепнулась на пол. Сок растекся маленькой лужей, которая почти сразу коснулась белого ковра. Чонгук раздраженно выдохнул через нос, но еще держался. Бам поднялся с лежанки и подбежал на звук, тут же учуяв сладкое. Он быстро обнюхал и начал лакать, уменьшая лужу с соком с каждой следующей секундой. Чону не нужно было смотреть. Он знал, что происходит, но уже не попытался остановить. Зато мыть не придется. Делегировал. Игнорируя хлюпающее чавканье, он снова опустил взгляд вниз, цепляясь им за влажный подбородок. Потом липкий будет. Психовать начнет. Чонгук потянулся к салфетнице на столике, но та стояла предательски далеко. Он вернулся в прежнее положение, поднес к губам Тэ запястье, чтобы вытереть. Резко остановился. Ни за что. Чон подцепил пальцами край воротника рубашки Тэхена, чуть потянул вверх и промокнул капли на подбородке. Он покачал головой, не веря, что с ним это реально происходит. Это уже выходит за рамки нашего контракта. Он криво усмехнулся сам себе. Хотя ты же уволен. Еще хуже. Телефон зазвонил. Чон сразу поднял трубку. Слова менеджера по ту сторону линии прозвучали как выстрел в голову. — Господин Чон, ждем вас через полчаса в конференцзале. Чонгук сжал телефон с такой силой, что на этот раз в углу экрана действительно поползла маленькая трещина. — Задержусь. Начинайте без меня. Быть на связи. Чон сбросил и закинул голову на спинку дивана, сверля взглядом потолок. Чертов Ким Тэхен. Тебя мало просто уволить. Чонгук собрался с мыслями и открыл рабочие чаты, где врачи делились последними результатами разработки лекарств от распространенных заболеваний. Несколько минут он просто изучал, а затем взглянул вниз на Тэхена, все еще напоминающего труп. Гипотония? Нет… слишком резко. Вегетативка? Возможно… но не полностью. Похоже на системную реакцию… что-то иммунное? Он наклонился чуть ниже к лицу Тэхена, присматриваясь к его рту. Отек нижней губы был еще заметен. Стало меньше. Аллергия? Он где-то кошек нашел? Чон отстранился. Не то. Он выдохнул, отсекая мысль. Мама бы диагностировала. Экран снова загорелся — входящий звонок от нового инвестора. Разговор затянулся, и в какой-то момент начались торги. Чонгук разговаривал ровным тоном, который включал, когда нужно было получить максимальную выгоду. — Если вы сомневаетесь — значит, это не ваш уровень риска. На середине разговора Чон опустил взгляд на Тэхена и чуть поправил свою толстовку, подтягивая край ближе к шее. Тэ уже почти не дрожал, лишь изредка резко вздрагивал. Под пальцами стало теплее. Ты правда моя проблема. Плохо. Чонгук вернулся к разговору, не ослабляя давление в речи. Вскоре инвестор сбавил обороты, и они перешли к переговорам. Чонгук и не заметил, как пальцами медленно перебирал пряди на голове Тэхена, темные, почти невесомые. — Вот и договорились. Рад сотрудничеству. Звонок окончился, и Чонгук посмотрел вниз. Он замер. Его рука так и осталась в чужих мягких волосах. Перебор. Чонгук тут же одернул руку и оперся локтем о спинку дивана. Он отвел взгляд в сторону, делая вид, что ничего не произошло, хотя никто не смотрел. Но выдержки не хватило надолго, и он снова покосился вниз. Собственные пальцы дрогнули, все еще помня, как скользили между мягкими прядями. Чон допустил короткую мысль. Приятно. Очень. Он вновь отвел глаза и сжал челюсть. Не трогай. Он тебе втащит и умрет. Чонгук сверлил взглядом большую фарфоровую вазу в углу гостиной, пока Бам удовлетворенно облизывался на лежанке. Спустя пару минут Тэхен чуть поморщился и поерзал, шумно выдохнув через нос, но быстро нашел удобное положение. Чонгук все же взглянул на него, полностью повернув голову, и проворчал. — Удобно тебе? У меня вот ноги затекли. Он устало вздохнул, затем пробежался взглядом по неподвижному телу и прищурился, заметив босые, уже слегка запачканные ноги. Почему всегда босой? Что за ужасная привычка? Чонгук прищурился, хмыкнув. Чтобы не было слышно. Зачем? Чон покачал головой и потер переносицу, но решил отложить этот вопрос. Он уже взял телефон, чтобы продолжить листать чаты, но случайно заметил браслет на руке Тэхена: гладкий, тонкий, отдающий мягким серебряным блеском, он изящно сидел на тонком запястье. На кухне к нему тянулся. И когда пытался убежать. Всегда трогает, когда нервничает. Рука Чонгука зависла над браслетом, почти касаясь. Значит, важно. Пальцы сжались в кулак. Руки убрал. Чон отстранился, а затем посмотрел на свой безымянный палец. На нем — светлая полоска на месте кольца. Он хотя бы важное не теряет. В этот раз Чонгук набрался решительности, склонился ближе и начал внимательно изучать черты лица Тэхена. Взгляд скользил, задерживаясь на длинных ресницах, аккуратном носу, четких скулах и мягкой форме губ. Чон прищурился. Мы точно пересекались. Где? И когда? Чонгук задумчиво промычал, переведя взгляд на светло-коричневую родинку. Дохен? Он закусил губу. Не было родинки. Я бы точно запомнил. Не сходится. Отвести глаза так и не получалось, словно Чон пытался запомнить каждую деталь. И даже сейчас он… Глухой стук в дверь. Чонгук сразу поднял голову, голос прозвучал четко. — Войдите. Дверь открыл мужчина средних лет в черном длинном пальто, его седые волосы были аккуратно уложены назад. Он шагнул за порог, отряхивая свой прозрачный зонт от капель. Доктор поднял взгляд и вскинул брови, увидев Чонгука и лежащего на его коленях незнакомого парня. Он поправил очки, пытаясь понять, не мерещится ли ему. — Интересный выбор положения пациента. Чонгук сделал вид, будто ничего странного не происходит. — Временная мера.