Река благополучия

Давным-давно, во времена, когда магические туманы густо оплетали древние леса, а маги жили тайно от людского глаза, случилось великое дело. На острове посреди озера, что серебрилось, словно щит богатырский, вознесся к небу замок дивной красоты. И звался он — Колдовстворец. А построили его не по приказу княжескому, а по зову сердца и ума четверо могущественных волшебников, чьи имена навеки вписаны в скрижали магической истории. В те смутные годы, а было это, по всей видимости, в четырнадцатом столетии, собрались вместе четыре светлых ума: двое волшебников да две волшебницы. Как четыре стихии, сошлись они для дела великого — дать приют и знания юным умам, что рождались с искрой магии в крови по всей земле русской. Первым был Антоний Аристов, муж грозный и мудрый. Говорили, что дух дикого леса жил в нем. Он был из первых анимагов на этих землях, и облик его второй был — волк седой, сильный и вольный. Его магия была крепкой, как корни векового дуба, и дикой, как ветер в поле. Он хотел, чтобы ученики в его школе были стойкими, смелыми и чувствовали связь с живой природой, что окружала остров. Рядом с ним — Виктория Григорьева, красотою и мудростью затмевающая утреннюю зарю. Ее путь был путем мира. Она, одна из немногих, прозревала будущее, где маги и те, кого зовут «маглами», могли бы жить без страха и вражды. Всю жизнь свою положила она на то, чтобы сеять семена взаимной терпимости. Говорила: «Сила не в том, чтобы скрываться, а в том, чтобы понимать». И в стенах Колдовстворца всегда звучали не только заклинания, но и речи о взаимном уважении миров. Третьим в сей светлой дружине был Александр Романов. Не было ему равных в искусстве зельеварения. В его лабораториях, полных пара и чудесных ароматов, рождались отвары, что лечили хвори неизлечимые, меняли судьбы и помогали творить чудеса. Многие из его рецептов, записанных в таинственных фолиантах, живы и по сей день. Его творения были не просто смесями трав, а поэзией, застывшей в пузырьках, и требовали от ученика не только точности, но и капельки безумной фантазии. И замыкала круг четвертых Татьяна Воронина. Мастер легилименции и окклюменции — искусств читать мысли и защищать свой разум. Ее взор, острый и проницательный, видел душу насквозь. Но была она не только прорицательницей мыслей, но и грозным боевым магом, чья воля была крепче булата. Она учила, что величайшая битва происходит в уме человеческом и что защитить свои мысли — важнее любой щитовой чары. Вместе они возвели замок — не просто школу, а твердыню. Стоит он на острове, будто сказочный град Китеж, укрытый от посторонних глаз чарами могучими. Башни его стремятся ввысь, резные наличники и узоры славянской вязи украшают стены, напоминая о корнях, уходящих вглубь этой земли. За высокими окнами мерцает свет знаний: тут и просторные залы для учений, и уютные кельи-общежития, где рождается дружба на века. Вокруг же — озеро, тихое и глубокое, страж неприступный. А за ним — лес древний, дремучий, полный существ магических: и птицы Гамаюн, и лешие, и духи водяные, и русалки — все живут в ладу со школой, ибо договор с ними скрепили еще основатели. Недалеко, у кромки леса, притулилась Ведьмина деревня. Там, в дни праздников, ярмарки шумят, скоморохи-чародеи показывают дива дивные, и пахнет пряниками медовыми да дымком от магических огней. Так и стоит с тех пор Колдовстворец — маяк знания, приют для юных волшебников и волшебниц. Было 4 отделения: Дажбог, Сварог, Ярила и Хорс — каждый из которых соответствовал сезонной ипостаси солнца. Дажбог был выражением солнца летнего. Отделение его имени собрало под своим крылом сердечных, проницательных и хорошо определяющих эмоции других. Ярила олицетворял собой весеннее солнце. На его отделение попадали открытые новому опыту и на всех парах несущиеся к новым горизонтам. Хорс представлял зимнее солнце. Ученики на соответствующем ему отделении отличались целеустремленностью и стремлением к успеху. Сварог отображал осеннее солнце. Те, кто оказывался на этом отделении, всегда стремились к мудрости и самореализации. Преподавателей знали все: они были очень известными личностями. Хозяйка медной горы (Катерина Михайловна Каменная) — директриса школы. Великий Полоз (Дементий Александрович Полозов) — заместитель директора школы. Кощей Кощеевич Бессмертный — история магии и чар. Марья Ивановна Моревна — древние руны, астрономия и нумерология. Баба Яга (Ядвига Петровна Матушка) — зельеварение, знахарство. Кот Баюн (Семен Ярославич Баюнов) — прорицание. Остап Ефимович Лесник — полет на деревьях. Василиса Григорьевна Премудрая — уход за магическими существами, травология. Варвара Сергеевна Громова — Защита от Тёмных искусств. Илья Святославович Медведев — трансфигурация. А руководителями отделений являлись: Дажбог — Марья Моревна. Ярила — Варвара Громова. Хорс — Ядвига Матушка. Сварог — Василиса Премудрая. Каждая школа магии ревностно охраняет свои секреты, и Колдовстворец отнюдь не исключение. Однако если о местоположении, допустим, Дурмстранга неизвестно совсем ничего, а студентам запрещено намекать на то, где находится их школа, то Колдовстворец вовсе не скрыт такой завесой тайны. При желании можно легко узнать и об Уральских горах, и о вершине, но только вот незваному гостю по приезде эти знания ничего не дадут — он может сколько угодно блуждать в туманном лесу, покрывающем гору, заглянуть под каждый камень и в каждую пещеру, но так ничего и не найдёт. Если на западе — преимущественно в США и в Европе — в качестве предметов, фокусирующих магическую энергию, используются волшебные палочки, то евразийские маги используют для этих целей фокусировщики, традиционные для восточных практик — магические кольца. Такие кольца изготавливаются индивидуально для каждого ведуна и не подлежат использованию другими магами (редкое исключение составляют фамильные перстни, передающиеся из поколения в поколение), так что каждый ученик получает своё, выполненное на заказ кольцо. Всего в мире существует шесть мест, где возможно изготовление артефактов такой тонкой настройки. Они называются Палатами Мастеров.