Я полагаюсь на вкусную еду, чтобы погладить пушистых созданий в Межзвездном мире

В пять часов утра, когда небо только начало проясняться, из гостевой комнаты в углу второго этажа дома семьи Цзян раздался душераздирающий кашель. В центре гостевой комнаты, на кровати, лежал худой молодой человек. Он сильно кашлял, выгибаясь от боли каждый раз. Его длинные волосы были влажными от пота, закрывая половину лица и оставляя открытым только острый подбородок. Покашляв немного, молодой человек замолчал. Он отпустил простыню, которую крепко держал. Если бы в комнате был кто-нибудь ещё, они были бы потрясены этим оглушительным кашлем, потому что теперь он спокойно поднялся с кровати и босиком ступил на пол. Последним воспоминанием Цзян Тана всё ещё оставался стремительно снижающийся самолёт, ощущение невесомости, звон в ушах и тошнота. Прежде чем он успел оправиться от головокружения после авиакатастрофы, он открыл глаза и обнаружил, что его захлестнул поток незнакомых воспоминаний. Цзян Тан быстро переварил эти воспоминания, насильно впившиеся в его мозг. Он посмотрел на крайне футуристическую комнату перед собой и почувствовал себя растерянным. Было очевидно, что он переселился в другое измерение. В своей прошлой жизни Цзян Тан прожил беззаботную жизнь всего двадцать лет: родившись в семье поваров, выросши в роскоши и обладая необычайным кулинарным талантом, он смешал восточную и западную кухни в своем уникальном стиле. Несмотря на юный возраст, он уже добился славы и высокого положения в кулинарном мире. В сочетании с его потрясающей внешностью среди поваров среднего возраста, Цзян Тан, естественно, привлек к себе множество поклонников. Он был настоящим победителем в жизни. Однако Цзян Тан попал в авиакатастрофу по пути с международного кулинарного обмена. Открыв глаза, он обнаружил себя в межзвездной эпохе, действие которой разворачивается через много лет в будущем. Цзян Тан, которого часто в шутку называли «небесным любимцем», почувствовал, что это… так волнующе. Цзян Тан вздохнул и, опираясь на вновь обретённые воспоминания, в тапочках направился в ванную. «Плюх…» Холодная вода брызнула ему на лицо, капли стекали по его нежной челюсти. Цзян Тан наконец-то осмыслил воспоминания, принадлежавшие первоначальному владельцу. Он посмотрел на молодого человека в зеркале, лицо которого было скрыто чёлкой, и поднял руку, чтобы откинуть эту надоедливую «занавеску» за голову. С полностью открытым прекрасным лицом Цзян Тан поправил позу. Мрачная и безрадостная аура молодого человека в зеркале мгновенно исчезла. Он поднял бровь, словно обнаружив что-то интересное, в его глазах мелькнул огонёк. Изначально безжизненные глаза цвета персикового цветка внезапно ожили. Цзян Тан внимательно рассматривал знакомое лицо. Маленький изящный нос, глубоко посаженные глаза… идеальные черты лица. Действительно, тело, в которое он переселился, не только носило то же имя, но и было поразительно похоже на него внешне, за исключением маленькой черной родинки в уголке левого глаза. Однако из-за длительного недоедания он выглядел чрезмерно худым, а цвет лица был бледным. Он даже был намного ниже ростом, чем в своей прошлой жизни! Цзян Тан молча утешал себя тем, что этому телу всего 18 лет, и у него еще есть куда расти! Кто бы мог подумать, что Цзян Тан столкнется с таким неожиданным приключением? Хотя этот первоначальный владелец носил то же имя и фамилию, у него была совершенно другая трагическая жизнь. Не так давно первоначальный «Цзян Тан» был возвращен на Императорскую Столицу со Звезды-Мусора* семьей Цзян. Именно тогда он понял, что на самом деле он и есть тот самый «настоящий молодой господин», которого злонамеренно подменили. Первоначальный владелец был потрясен этим неожиданным откровением и очень обрадовался. Он никогда не представлял, что сможет воссоединиться со своей семьей. Хотя он никогда раньше не встречал семью Цзян, он прибыл в Императорскую Столицу с большими надеждами. * Звезда-Мусор - думаю , так обозначают множество мелких, неперспективных и далёких планет ( далёких от Императорской Столицы) Но первоначальный владелец и не подозревал, что его ждет не та любовь, о которой он мечтал от своей семьи, а холод, насмешки и различные интриги со стороны фальшивого молодого господина Цзян Бая, который присвоил себе его личность. Первоначальный владелец был простодушен и не мог ясно видеть, но Цзян Тан прекрасно понимал, что семья Цзян лицемерна и эгоистична. Между Цзян Баем, который только в этом году поступил в престижный Императорский Столичный университет и, очевидно, имел блестящее будущее, и первоначальным владельцем, выросшим на мусорной планете и не имевшим «будущего», они быстро выбрали Цзян Бая и отказались от своего «неприглядного» дела. Таким образом, семья Цзян, естественно, закрывала глаза на коварные планы Цзян Бая и даже помогала ему, в результате чего и без того неуверенный в себе первоначальный владелец был унижен и высмеян в Императорской Столице. Буквально вчера семья Цзян, наполовину принуждая, наполовину подкупая первоначального владельца, заставила его подписать заявление о разрыве отношений с семьей. Однако, заботясь о так называемом репутации богатой семьи, семья Цзян временно скрыла свой план выгнать его. Цзян Тан усмехнулся, остатки эмоций первоначального владельца захлестнули его грудь, внутри него бушевали нежелание и гнев. Краем глаза он заметил лежащую в углу пустую бутылочку из-под снотворного. Его зрачки сузились, и в глазах мелькнуло холодное выражение. Неудивительно, что он подумал, что тошнота, которую он почувствовал по прибытии, была вызвана авиакатастрофой. Теперь же, похоже, это было связано с этой пустой бутылочкой из-под снотворного. Как вообще первоначальный владелец получил доступ к таким строго контролируемым лекарствам? Выражение лица Цзян Тана помрачнело. Он нежно прижал руку к груди и прошептал: «Не волнуйся, я обязательно буду жить хорошо ради тебя. Эти люди получат по заслугам. Я никого из них не отпущу». Небо значительно прояснилось, и Цзян Тан наконец почувствовал, как в его груди улеглось спокойствие. Солнечный свет лился на его нежные черты лица, окутывая молодого человека слоем священного света. Цзян Тан посмотрел на себя в зеркало, и легкая улыбка изогнула уголки его губ. Ты готов? Сейчас все начнется.