Я полагаюсь на вкусную еду, чтобы погладить пушистых созданий в Межзвездном мире

Ранее, на необитаемом острове, когда волны чуть не выбросили Цзян Тана на скалы, Вэнь Жэньюаня переполняла мысль о том, как защитить Цзян Тана. В момент отчаяния он преодолел свои границы и ненадолго обрел человеческий облик. Теперь, после некоторого восстановления и получения энергии из натуральных продуктов, Вэнь Жэньюань обнаружил, что раны в его духовном море почти зажили. Теперь он мог по желанию переключаться между своей человеческой и звериной формой. Однако Вэнь Жэньюань все еще сохранял свою звериную форму в том же детенышевом состоянии, что и раньше. Его взрослая форма была почти двухметрового роста, а длина гигантской кошки превышала три метра. Если бы он действительно появился перед Цзян Таном в таком виде, он, вероятно, сразу позвонил бы в полицию! Даже если бы он принимал гормоны, он не смог бы расти так быстро. Поэтому Вэнь Жэньюань продолжал бесстыдно притворяться милашкой перед Цзян Таном. Как у кошачьего существа, у него был чуткий слух. Он заметил, что звуки из ванной постепенно стихают, пока он не перестал слышать Цзян Тана. Вэнь Жэньюань немного волновался за Цзян Тана. Несколько мгновений он ходил взад-вперед перед ванной, но все равно беспокоился. Как только он вошел в ванную, то обнаружил Цзян Тана с закрытыми глазами, прислонившегося к ванне и медленно сползающего вниз. Увидев, что он вот-вот соскользнет в воду, появилась вспышка белого света, и Вэнь Жэньюань немедленно принял человеческий облик и потянулся, чтобы поддержать Цзян Тана за руку. Цзян Тан, казалось, слишком устал, чтобы проснуться, и все глубже погружался в сон. Почувствовав мягкость кожи под своей рукой, Вэнь Жэньюань внезапно осознал, что Цзян Тан лежит в ванне совершенно голый! Конечно, кто же моется в одежде? Первой мыслью Вэнь Жэньюаня было то, что он был рад, что запер дверь спальни, прежде чем войти, чтобы никто другой не смог войти и увидеть Цзян Тана в таком виде. Затем, почувствовав себя так, словно обжегся, он быстро отвел взгляд. Когда он ослабил хватку на руке Цзян Тана, тот соскользнул еще немного вниз, вынуждая его снова обнять его. Вэнь Жэньюань с трудом сглотнул. Он и раньше видел других обнаженными. Во время военных тренировок в очень суровых условиях им приходилось быстро мыться, часто просто вытираясь. Он видел других солдат с обнаженной верхней частью тела и не чувствовал никакой реакции. У них были тела, похожие на его, а у некоторых даже более мускулистые. Но теперь… это было совершенно по-другому. Взгляд Вэнь Жэньюаня блуждал, а уши покраснели. Он мог объяснить это странное ощущение только тем, что- Цзян Тан был слишком белым. Как вареное яйцо, очищенное от кожуры. После правильного питания Цзян Тан вновь обрел тело, которое когда-то было хрупким, а теперь стало высоким и хорошо сложенным, с правильным количеством мягкой плоти. Возможно, из-за слияния с Цзян Таном, это тело все больше напоминало то, что было в его прошлой жизни, с кожей такой белой, что она отражала свет. Когда Цзян Тан спал, его голова была слегка опущена, тонкая шея изгибалась красивой дугой, спина была изящной, а ключицы - потрясающими. Если смотреть снизу, они казались нежными и маленькими, и даже цвет у них был розовый... розовый! Вэнь Жэньюань больше не мог на это смотреть. После недолгой душевной борьбы он вздохнул, схватил лежащее рядом полотенце, развернул Цзян Тана горизонтально и завернул его в него. Цзян Тан лежал в объятиях Вэнь Жэньюаня, как послушная кукла, полностью завернутый в мягкое полотенце, и было открыто только его очаровательное личико. Его очень длинные ресницы отбрасывали тени на нежное личико при свете. Такой послушный, подумал Вэнь Жэньюань. Внезапно оказавшись в теплых объятиях, Цзян Тан ощутил что-то знакомое. Ища утешения, он потерся о Вэнь Жэньюаня, а затем еще глубже зарылся лицом в его объятия, как детеныш животного. Казалось, что весь этот человек пытается проникнуть в объятия Вэнь Жэньюаня. Тело Вэнь Жэньюаня напряглось, а глаза потемнели. В прошлый раз ситуация была ужасной. Он заслонил Цзян Тана от ударов камней своей спиной. Теперь, в наполненной паром ванной, когда не было угрозы шторма, их окружал только нежный пар. То, что он держал его в объятиях, естественно, навевало на него очаровательные мысли. Его возлюбленный интимно прижимался к нему, не подозревая о бушующих в нем чувствах. Прошло время, и Вэнь Жэньюань снова вздохнул. Он забеспокоился, что Цзян Тан может замерзнуть, поэтому повернулся и вынес его из ванной. Вэнь Жэньюань никогда ни о ком так тщательно не заботился, но это казалось естественным. Он терпеливо вытер его, переодел в чистую пижаму и даже тщательно высушил и пригладил волосы. Постель Цзян Тана была очень мягкой. Как только он лег, то сразу же погрузился в нее. Когда он вышел из теплых объятий, его тонкие брови слегка нахмурились, и он что-то тихо пробормотал, прежде чем снова погрузиться в глубокий сон. Вэнь Жэньюань накрыл его одеялом, и лицо Цзян Тана стало казаться еще меньше. Он тихо стоял, наблюдая, как Цзян Тан погружается в сладкий сон, и обводил взглядом его умиротворенные черты. От густых ресниц до маленького носика его взгляд, наконец, остановился на розовых губах. Возможно, из-за слишком долгого пребывания в воде губы выглядели еще более сочными, чем обычно. Вэнь Жэньюань почувствовал, как по его телу разливается жар. Он уставился на пару ярко-красных губ, чувствуя себя почти околдованным, и наклонился ближе. Как раз в тот момент, когда его высокая переносица почти соприкоснулась с переносицей Цзян Тана, и их дыхание переплелось, он, наконец, остановил себя. Это было неподходящее время. Прекрасное воспитание, сформированное получением королевского образования с детства, вступило в противоречие с желанием, которое он испытывал к своей возлюбленной. Сильная воля Вэнь Жэньюаня заставила его остановиться. Он не хотел, чтобы их первый поцелуй состоялся, пока он еще спал, но не смог удержаться и нежно провел пальцами по его губам. Вэнь Жэньюань встал и вышел из спальни Цзян Тана. Как только он вышел, то увидел высокую фигуру, стоящую в тени коридора. Линь Юйчан слегка прислонился к стене, по-видимому, простояв там уже некоторое время. Его красивое лицо было наполовину скрыто в темноте, из-за чего трудно было разглядеть выражение его лица. Вэнь Жэньюань поднял глаза и встретился взглядом с Линь Юйчаном. -...Давай поговорим? Линь Юйчан выпрямился и взял на себя инициативу пригласить Вэнь Жэньюаня. Вэнь Жэньюань молчал, проходя мимо Линь Юйчана к балкону в конце коридора. Линь Юйчан пожал плечами и последовал за ним на своих длинных ногах. -Я должен сказать, маршал, одно дело было войти в комнату Цзян Тана, но почему дверь была заперта? Это не очень любезно, не так ли? -...Просто привычка. Увидев Вэнь Жэньюаня в таком состоянии, даже вечно улыбающийся Линь Юйчан не смог удержаться, чтобы не выругаться про себя. -Поскольку маршал теперь может свободно переключаться между человеческой и звериной формой, я полагаю, ваши раны в основном зажили? Интересно, когда вы планируете вернуться? Неужели военные действительно так бездельничают? Услышав это, Вэнь Жэньюань стал резким. -Тебе не нужно беспокоиться о военных делах. Но я вижу, что ты больше не страдаешь расстройством пищевого поведения. Это неправильно для большого актера оставаться на этой бесплодной планете, не так ли? -Что ж, я должен поблагодарить маршала за его заботу о моей работе. Мелкие мысли, которые он обычно скрывал, наконец-то были высказаны. Несмотря на окружающую тишину, казалось, что в воздухе летают искры. Линь Юйчан стер улыбку с лица. -Давайте будем откровенны. Цзян Тан - это здорово*. Мы будем соревноваться честно, исходя из наших собственных способностей.- Он оценивающе посмотрел на Вэнь Жэньюаня и медленно произнес- Как насчет этого? *- Я понимаю, что это странно звучит, но не знаю как будет лучше изменить. Если у вас есть идеи по этому поводу, пишите их в комментариях 🤗 Вэнь Жэньюань: ...Не очень хорошо. Вэнь Жэньюань нахмурился, выражение его лица потемнело. Он знал, что разные люди будут смотреть на его Цзян Тана. Маленький стример был таким замечательным. При мысли о том, каким нежным он был с ним, выражение лица Вэнь Жэньюаня немного смягчилось. Но внезапно его осенило, и выражение его лица застыло. Линь Юйчану, казалось, пришла в голову та же мысль, и они обменялись неловкими взглядами. Доброта Цзян Тана по отношению к ним была основана на том, что они были пушистыми созданиями! Хотя они никогда бы в этом не признались, они понимали, что Цзян Тан действительно относился к ним как к своим собственным детенышам. ...Это было действительно неловко. Как они могли заставить Цзян Тана признать, что пушистые детеныши, о которых он заботился, на самом деле были двумя взрослыми мужчинами с неподобающими мыслями по отношению к нему? В конечном итоге Цзян Тан может упаковать их и вышвырнуть с бесплодной планеты, если он когда-нибудь узнает об этом! Вэнь Жэньюань погрузился в глубокие раздумья. Прежде чем он сможет разработать стратегию, ему следовало бы быть более осторожным и подождать и посмотреть. Но Вэнь Жэньюань никак не ожидал, что, пока он все еще обдумывал стратегию, прощание произойдет так внезапно.