Я полагаюсь на вкусную еду, чтобы погладить пушистых созданий в Межзвездном мире

- Тан-Тан, что у нас сегодня на ужин? Чэнь Цзесэнь следовал за Цзян Таном по пятам, как верный помощник. Цзян Тан распаковывал посылку, присланную дядей Лу с бесплодной планеты. Лу Жунмин и Чэнь Ишэн не прилетели в столицу, а остались на бесплодной планете. Теперь они каждый день совершали прогулки, ходили на рыбалку и посылали Цзян Тану всевозможные свежие натуральные продукты. Сегодня дядя Чэнь и остальные, должно быть, отправились на рыбалку. Цзян Тан улыбнулся, увидев в упаковке несколько толстолобиков белого амура. -Давайте поедим рыбу. Как насчет кисло-сладкой рыбы? Вэнь Жэньюань должен был прийти на ужин позже. Цзян Тан решил пока не говорить об этом Чэнь Цзесэну. Он украдкой взглянул на раскрасневшееся лицо Чэнь Цзесэня и незаметно улыбнулся. Когда придет время, его кумир “превратится в живого человека”. Он задавался вопросом, будет ли он шокирован или удивлен. Чэнь Цзесэнь обрадовался. Он давно не ел блюда, приготовленного Цзян Таном. Сегодня он, наконец, мог улучшить свою жизнь. Он чувствовал себя таким счастливым. Он последовал за Цзян Таном на кухню, сказав, что он здесь, чтобы помочь, но его речь не прекращалась. Чэнь Цзесэню нравилось смотреть прямые эфиры Цзян Тана, и теперь, когда он узнал, что у них один и тот же кумир, он обрадовался еще больше. Было трудно сохранять спокойствие после “воссоединения” с семьей! Пока Цзян Тан умело готовил рыбу, очищая ее от чешуи, удаляя жабры, разделывая до костей и нарезая мясо рыбы плоскими ножами, Чэнь Цзесэнь уже успел перевести разговор на своего кумира, маршала Вэнь Жэньюаня. Слушая бесконечные похвалы Чэнь Цзесэня в адрес Вэнь Жэньюаня с головы до ног, Цзян Тан налил в кастрюлю холодной воды, затем поставил рыбу вариться, добавив вино и немного измельченного имбиря, снимая пену. Затем он зачерпнул два половника рыбного бульона, чтобы приготовить кисло-сладкий соус. Когда рыба была готова примерно на 90%, он выложил ее на тарелку. Цзян Тан принялся за приготовление кисло-сладкого соуса. Он налил рыбный суп в кастрюлю и услышал, как похвалы Чэнь Цзесэня доходят до “он такой чистоплотный и самодисциплинированный, и у него такая чистая личная жизнь”. Цзян Тан: … -Мой кумир действительно самый совершенный человек, которого я когда-либо видел- драматично заключил Чэнь Цзесэнь. Цзян Тан рассмеялся и сказал -Ты слишком преувеличиваешь. Он тоже личность. Как у него может не быть недостатков? Никто не идеален. -А, я только что вспомнил. У моего кумира плохой вкус... Чэнь Цзесэнь внезапно о чем-то вспомнил и хлопнул ладонью по столу. -Ему действительно нравится этот Цзян Бай из семьи Цзян! Не знаю почему, но каждый раз, когда я вижу это раздражающее лицо Цзян Бая, оно меня раздражает. Я не могу понять, что мой кумир в нем нашел... -Ему нравится Цзян Бай? Слова Чэнь Цзесэня произвели на Цзян Тана впечатление разорвавшейся бомбы. Его рука, наливавшая в кастрюлю белый уксус, сильно дрожала, и он чуть не расплескал половину бутылки. Но Цзян Тану было наплевать на то, как сохранить кисло-сладкий соус. Его рука, сжимавшая бутылку с уксусом, неудержимо дрожала. К счастью, ему удалось удержать ее другой рукой, избежав еще большего беспорядка. Он с тревогой спросил -Это правда? Вэнь Жэньюаню нравится Цзян Бай? Чэнь Цзесэнь только заметил, что выражение лица Цзян Тана внезапно стало немного мрачным, и подумал, что он, возможно, плохо себя чувствует. Слушая постоянные расспросы Цзян Тана, он почесал в затылке и в замешательстве сказал -Да, у маршала есть брачный контракт с Цзян Бай из семьи Цзян, и он собирается обручиться. Я не знаю, что он нашел в Цзян Бай. После подтверждения Чэнь Цзесэня лицо Цзян Тана стало совершенно холодным. Он не обратил внимания на добавку уксуса, которую только что налил. Вместо этого он добавил ложку белого сахара, а затем темный соевый соус и кукурузный крахмал, чтобы загустить соус. Помешивая соус, Цзян Тан был так зол, что про себя усмехнулся. Кто-то уже был помолвлен с Цзян Баем, черным лотосом*, из-за которого первоначальный владелец лишился жизни. Но Вэнь Жэньюань оставил своего жениха в покое и каждый день бегал к нему домой за бесплатной едой? *- человек, который притворяется милым/хорошим, а на самом деле манипулирует и лжёт. Было бы прекрасно, если бы он просто хотел поесть, но он также делал все эти двусмысленные жесты, которые легко можно было неправильно понять. Цзян Тан стиснул зубы. Этот, казалось бы, порядочный человек на самом деле влюбился в этот черный лотос с ароматом чая*. У него, должно быть, слепые глаза. *- вдвойне лживый и т.д. Они провели много времени вместе. Почему он скрывал это от него? Этот человек вовсе не считал его другом! Видя, что Цзян Тан молчит, Чэнь Цзесэнь внезапно вспомнил жизненный опыт Цзян Тана. О нет, Чэнь Цзесэнь очень сожалел об этом. Как он мог забыть, что Цзян Тан связан с Цзян Баем и семьей Цзян? Поставив себя на место Цзян Тана, можно сказать, что если бы его вероломный брат был близок с кумиром, который ему нравился, у него определенно нашлось бы много грязных слов, чтобы выругаться. Пока Чэнь Цзесэнь ломал голову, подыскивая слова, Цзян Тан, сидевший в сторонке, уже закончил загущать соус и, наконец, равномерно полил им рыбу. Затем с невозмутимым выражением лица он нарезал горкой измельченный имбирь и посыпал им рыбу. -Это так вкусно пахнет. Это кисло-сладкая рыба? -...Нет. -Это рыба в уксусе из Западного озера. -...А? -Это блюдо называется ”Рыба в уксусе из Западного озера". Чэнь Цзесэнь увидел, что Цзян Тан приготовил три набора столовых приборов, и в замешательстве спросил -Разве мы не едим только за двоих? Сяо Фэй вернулся? -Это не Сяо Фэй - Цзян Тан стиснул зубы и фыркнул. -Это тот, кого здесь вообще не должно быть. Чэнь Цзесэнь смутился еще больше, но в этот момент раздался звонок в дверь. Он взял миску и направился к двери. -Я открою дверь. Как только он открыл дверь, снаружи стоял не кто иной, как тот самый идол, которого он восхвалял около получаса назад. Глаза Чэнь Цзесэня расширились, рот вытянулся в форме буквы "О", когда чаша выскользнула у него из рук и упала прямо на пол. Вэнь Жэньюань среагировал быстро и поймал чашу как раз вовремя, чтобы она не разбилась. Он посмотрел на ошеломленного Чэнь Цзесэня, который, казалось, был поражен молнией и выглядел ошеломленным, и нахмурился. -Ты...Что ты здесь делаешь? Но как только прозвучало слово “ты”, дверь перед ним захлопнулась. Вэнь Жэньюань: … Вэнь Жэньюань: ??? За дверью Чэнь Цзесэнь пришел в себя и выкрикнул имя Цзян Тана . -Тан-Тан! Тан-Тан! Кажется, у меня галлюцинации! Почему я вижу маршала, стоящего у вашей двери? Цзян Тан потерял дар речи. Он невольно закатил глаза и с несчастным видом произнес - Это не сон и не галлюцинация. Это твой кумир, а ты только что выставил его за дверь. Чэнь Цзесэнь издал вопль и поспешно открыл дверь. Он уставился на Вэнь Жэньюаня, который был одет в строгий костюм и держал в руках небольшой букет цветов, как будто собирался на свидание. Однако в другой руке он также держал миску, которая не соответствовала по размеру. -Здравствуйте, маршал! Чэнь Цзесэнь быстро забрал миску из рук Вэнь Жэньюаня и отступил в сторону. Он хотел поприветствовать его должным образом от имени Цзян Тана, но Вэнь Жэньюань вежливо кивнул ему, прежде чем плавно переобуться у входа, передать их Джорджу и затем войти с цветами. Чэнь Цзесэнь: ??? Почему возникло ощущение, что что-то не так? Эта странная атмосфера сохранялась до тех пор, пока они втроем не сели в столовой. Чэнь Цзесэнь наблюдал, как Вэнь Жэньюань пошел на кухню, чтобы помочь Цзян Тану накрыть на стол и подать рис, а затем сел прямо напротив Цзян Тана, оставив Чэнь Цзесэня сидеть чуть поодаль. ...Почему он чувствовал себя так, словно муж и жена наслаждаются романтическим ужином после работы? Тогда он был просто надоедливым гостем, нарушающим их сладкий мир, как электрическая лампочка? Чэнь Цзесэнь покачал головой и быстро прогнал эту ужасную мысль из головы. Вэнь Жэньюань, естественно, пошел на кухню, чтобы помочь Цзян Тану подать рис, но когда он подавал третью миску, то слегка замешкался, демонстрируя некоторую неохоту. Цзян Тан холодно заметил это. С тех пор как Вэнь Жэньюань вошел, он вообще не обратил на него внимания. Увидев, что Вэнь Жэньюань так привычен к подаче риса и обращению с посудой, Цзян Тан почувствовал прилив гнева. Он рассмеялся от злости и положил рыбу с уксусом из Западного озера прямо перед Вэнь Жэньюанем. -Рыба с уксусом из Западного озера. Цзян Тан указал на другие блюда на столе и представил их -Арахис в старом уксусе, капуста, обжаренная в уксусе, выдержанный уксус с лесными грибами, тертый картофель с пряностями и кислинкой. Попробуйте. Чэнь Цзесэнь: ...Он правильно расслышал? Улыбка Вэнь Жэньюаня слегка дрогнула. Прозвучало это не очень хорошо. Он не только любил острую пищу, но и испытывал особое отвращение к кислой пище… Современные блюда… Цзян Тан улыбнулся. -Маршал, почему бы вам не попробовать это и не посмотреть, понравится ли вам? Я приготовил это специально для вас. Он сделал особое ударение на слове “специально для вас”. Вэнь Жэньюаня на мгновение заворожило то, с каким акцентом Цзян Тан произнес “ для вас”. Он взял кусочек рыбы с уксусом из Западного озера. Мясо рыбы было ярко-красного цвета и полито красновато-коричневым соусом. Когда он положил рыбу в рот, то был немного удивлен. Несмотря на то, что соус был слегка кисловатым, рыба оказалась нежной. Она была кисло-сладкой, а вкус - очень мягким. Затем Вэнь Жэньюань попробовал каждое блюдо и слегка улыбнулся, увидев “выжидающий” взгляд Цзян Тана. -Это очень вкусно. Спасибо тебе, Тан Тан, за то, что приготовил это угощение для меня сегодня. Это был целый стол блюд, приготовленных Тан Таном специально для него! Не правда ли, оно было немного кисловатым? Даже если бы оно было горьким или ядовитым, он мог бы съесть его, не меняя выражения лица. Нет, оно совсем не было кислым. Оно было слаще конфет. -Не стесняйтесь, ешьте больше, если это вкусно. Цзян Тан не ожидал, что этот человек окажется не только упрямым, но и толстокожим. Он холодно фыркнул про себя. Если бы он знал, ему следовало добавлять в блюда больше уксуса. Давайте посмотрим, не заставит ли это его заскучать до смерти! Чэнь Цзесэнь, сидевший в стороне, был уже ошарашен. Обычно он набрасывался на любую еду, которая попадалась ему на глаза, но сейчас он не решался даже попробовать рис. Он был потрясен, увидев, как Цзян Тан и Вэнь Жэньюань улыбаются друг другу. Тан Тан сказал, что эти блюда были приготовлены специально для маршала? Только что маршал назвал Цзян Тана “Тан Тан”? Хотя он тоже называл его Тан Тан, то, как маршал произнес это, было совсем по-другому! ...Подождите, у него закружилась голова, когда он пытался осознать это. Нет, самым важным было то, когда эти двое успели так хорошо узнать друг друга?! Примечание от англ. переводчика: Чайный аромат от green tea bitch; 绿茶婊 (lǜ Chá BiǎO) - это сленг тех, кто притворяется милым и невинным, но на самом деле нечестен