Авантюрин с противным дядей

Вип ложе бара, что славится своими шоу. Приглушенный фиолетово-розовый свет от маленьких аккуратных лампочек заглядывал в бокалы, освещая дорогущее шампанское, что переливается разными цветами все еще живых пузырьков. Окольцованная в разные колечки, одно из которых было со сверкающим сапфиром, ручка совсем немного постукивала по собственному колену от некоторой, почти незаметной для любых глаз нервозности. Прямо сейчас здесь слышится приглушенная музыка из главного зала одного из самых известных заведений с баром, в этом пестрящем развлечениями городке. Как примечательно и удобно выходит, что именно КММ и владеет этим заведением, уже давным давно скупив большинство акций у владельца этого бизнеса. Как раз поэтому большинство богачей, занимающих далеко не последние должности в КММ и мире инвестиций, любили собираться тут на корпоративы. Здесь они играли в азартные игры, выпивали, устраивали танцы, но по большей степени просто сплетничали на устраиваемых довольно частенько встречах. Мимо взгляда таких вельмож просто не мог пройти такой замечательный, симпатичный, а что самое главное очаровательный говорливый павлинчик, находящийся на поводке у госпожи Яшмы. Кому-то из вельмож просто нравилось болтать с Авантюрином о сплетнях, в полной мере наслаждаться комплиментами, так хитро бьющими словами, которые жаждут услышать. Кому-то просто нравилось находиться в компании такого очаровательного мужчины, способного импровизировать на ходу, а вот кому-то.. Хватало наглости и на более извращённые желания. – Черт.. В этом месяце выдастся много праздников. Может взять больничный...– убирая взгляд от картины в своих ногах, он беззвучно тяжело выдыхает, пряча пурпурно-голубые зрачки куда-то в сторону, чтобы отвлечься от очередного "задания" от Яшмы. Прямо сейчас это "задание" проходилось влажным толстым языком по подошве его изумрудных ботинков, старательно пытаясь, не отрываясь от обуви, очертить влажный след по форме пики на подошве. Яшма попросила не растраивать такого уважаемого инвестора и попытаться не грубить ему, если он будет вести себя "немножечко" свободнее, чем это предполагается. Но никто не говорил, что это "немножечко" будет попыткой вычистить своим же языком всю грязь с его ботинок. Взрослых лет мужик, с залысинами на голове и явно излишним весом с придыханием лизал каждый сантиметр обуви блондина, теперь поднимаясь выше, чтобы обсосать нос деловитых ботинок, пока толстенная ладонь цеплялась за основание голени. Эти ладони были настолько потными, что даже ткань узорчатого носка, сжимаемого ею, успела пропитаться влагой и ощущалось липкостью прямо на коже. Один только вид этой картины и понимание насколько сильно наслаждается этот инвестор такими мерзкими вещами вызывал невероятное отвращение и желание тут же помыться в ванне от увиденного у блондина. Зубки сами собой сжимались от испытываемых ощущений, а от случайно появившейся в голове мыслишки даже совсем немного дёрнулась маска изящного притворства. –Пусть только попробует потом полезть со своим грязным ртом ко мне...