Планы на вечер

Они оба не настолько молоды чтобы беспросветно пить. Однако никто не отменял выпивку в праздники. Под конец дня молодняк уже и не помнил какой был повод, но оба мужчины находились в относительно адекватном состоянии. "-Уже поздно, до твоего дома далеко, не хочешь остаться у меня на ночь?" "-Спасибо большое, но подожди минутку. Скажу Дэбу чтобы не терял меня." Последний же ввиду состояния не сразу понял что вообще сосед от него хотел, не сразу но понял, и легко согласился. Они оба знали или подозревали о том что произойдет после, но продолжали говорить о встрече в ключе обычной заботы. * * * Тусклый свет лампы падал на кожу капитана, заставляя его кожу казаться слегка желтоватой. Он собирал волосы, сидя на кровати. Диамкей аккуратно сел с другого края, а после залез с ногами, пролезая в глубь. Он приобнял Кэпа сзади, положив голову на его плечо. Запах алкоголя совсем выветрился, и остался лишь лёгкий приятный аромат, напоминающий парфюм. Он поцеловал Ксеноморфа в щеку, на что тот наклонил голову, подавшись на встречу ласки. Партнёр не стал ждать, он повторил поцелуй, а руки опустились на грудь. На это Кэп снова поддался прикосновению, позволяя вампиру сделать то что он хочет. Диамкей же воспринял это как приглашение, его губы переместились на шею, а руки поползли вверх, до молнии на комбинезоне и снова опустились, расстегивая ее. Он жадно впивался в шею партнёра, получая на это рваные выдохи. На этот раз Кэп наклонил голову в противоположную сторону, открывая для Димы такую желанную кожу на шее. Руки Диамкея опустились на талию, чтобы нежно перевернуть Кэпа лицом к себе, он как и раньше не стал сопротивляться. Сразу как их лица оказались друг напротив друга он сократил расстояние между ними, одновременно нежно и властно впиваясь в губы партнёра своими губами. Вампир тоже не отставал, его руки вернулись на грудь, уже под тканью гидрофобного комбинезона, играя пальцами с сосками и заставляя Кэпа едва слышно постанывать сквозь поцелуй. Наконец оторвавшись, лишь на пару секунд, чтобы отдышаться вампир повалил партнёра на кровать, и в этот раз взяв инициативу на себя вернулся к его губам. Руки тоже не лежали без дела, они медленно спускали костюм, оголяя тело Ксеноморфа, который в свою очередь последовав примеру расстегнул ремень на брюках Диамкея, заставляя его мысленно посмеяться. Он снова отстранился, осматривая тело партнера. Как же оно ему нравилось, каждый изгиб, каждый участок бледной, нежной кожи. Он тут же вцепился губами в его грудь, а одна его рука опустилась под ткань белья, нащупав уже давно затвердевший член и сжав его в руке. Ксеноморф тут же отозвался громким стоном. Но он не стал долго задерживаться в одном положении, снова спуская ладонь вниз, проникая внутрь двумя пальцами, разминая партнёра, а свободной рукой снимая с него остатки одежды. Он с восхищением и желанием смотрел на лицо, изменившиеся от удовольствия и в особенности на едва припухшие губы, сквозь которые проскальзывали стоны. Наконец вампир вынул пальцы, осматривая свою работу. Следы засосов по всей груди и шее, дрожь в ногах и возбуждённом отверстии, желавшим большего. Наконец он разделся и сам. Глаза Кэпа сопровождали каждый оголяющийся уголочек его сексуального тела. Диамкей подполз ближе, нависая над ним и снова поцеловал его в шею. Он приблизился и снизу, но не проникая внутрь подразнивая того. Капитан же не стал терпеть издевку, приближаясь и скрещивая ноги за его спиной. Вампир хмыкнул на эту наглость, но не стал ничего делать, подаваясь навстречу, проникая в него и заставляя издать громкий стон. Диамкей начал двигаться одновременно медленно, нежно но властно, получая на это такие же громкие, ритмичные стоны и тихие шлепки. Каждое движение, каждый звук, каждый поцелуй сводил с ума обоих, принося невозможное удовольствие. Движения со временем ускорялись, руки Диамкея легли на бедра Кэпа, который держался за простыню и выгибал спину, достигая пика удовольствия. Но вампира это никак не остановило, он продолжал двигаться с той же скоростью внутри чувствительного после оргазма тела. Его до жути заводила реакция партнёра, настолько что он тоже кончил внутрь, громко выдохнув. *** Сколько ещё будет таких вечеров, сколько будет пошлых и восхваляющих речей? Очевидно много. И они очевидно оба будут довольны этим.