Не кричи

            Он не особо сговорчив.       Пришлось выяснять и "втираться" в доверие. Если другие пациенты рассказывали обо всем и сразу, то этот - нет. Вы тянете руку, чтобы погладить его плечо, но он снова дергается. - Ладно. Чего ты хочешь взамен на то, чтобы я тебя осмотрела? - Чтобы меня не выписали из ТF-141! Не говорите никому... - он наконец подал голос. - Не расскажу. Теперь давай снимай футболку. - От него пахнет теплом и лекарствами. Он не так сильно пахнет болезнью. Удивительно. Обычный запах мужчины. Даже приятный, что говорит о хорошей гигиене. Робкими движениями он ее стаскивает совсем. Вы осматриваете расчесы на его груди и торсе - видимо мочалкой содрал - тяжело вздыхая, берете с тумбы акридерм и наносите на свои пальцы, чуть растирая в них мазь, согревая, аккуратно наносите на торс Кёнига, который, очевидно, краснеет под маской, теряется, едва дыша, боится и шевельнуться. Мышцы под кожей напрягаются, перекатываясь. - Я съел... - он отчаянно пытается вспомнить - Я вроде ничего не е... - его голос дрогнул, когда пальцы перешли на грудь. - А лекарства? Фельдшер что давал? Или ты сам что пил? - продолжая втирать мазь в кожу, интересуетесь вы. - Да. Да! - он восклицает, не совсем контролирует интонацию и громкость - сосед по комнате дал снотворное... Как он сказал... Атаракс. Парадоксальная реакция... Аллергия на препарат от аллергии. Такое редко, но бывает. - Больше не пей ничего, чего не знаешь, хорошо? И давай теперь горлышко гляну. Кёниг стал чуть спокойнее, приподнял голову, позволяя забраться под маску. Кожа уже менее пастозна, да и мужчина дышит спокойнее. - Ну и прекрасно, скоро это совсем пройдет. Все хорошо. Если не будешь больше ничего неизвестного пить - такого больше не будет. За дверьми маячит Гоуст. Вы замечаете это, покидая палату.