План на нейтральных фигуристов

Алиса и Илья ушли на второй этаж, туда, где не было лишних глаз. — Расскажешь? — спросил парень, поворачивая лицо к окну. Взглядом он зацепил убегающую Петросян. Лью посмотрела на друга мокрыми глазами, стараясь понять, что именно так расстроило её. Девушка от волнения перебирала пальцы, так же она делала, будучи запертой с соперницей. Раздался хруст: Алиса щёлкнула пальцем, затем расцепила руки, вытерев рукавом намокшую щеку. Теперь рука чувствовала всю влагу. Её губы слегка дрожали, и американка тихо заговорила: — Она сказала, что нам не стоило тогда... Первые секунды Малинин пытался вспомнить, про что говорит Алиса, однако потом положил руку на плечо медалистки. — Не расстраивайся так. Я совсем немного с ней беседовал, но думаю, все знают, что Аделия такая. Она не примет свои чувства по щелчку пальцев. Лью старалась вслушаться, понять слова, сказанные Ильей. Тело же не слушалось и дрожало, она сама запуталась. До того момента дела между ними шли хорошо, но сейчас Алиса начала сомневаться в том, было ли всё взаимно. Быть может, Аделия и не испытывала к ней ничего. — Я не уверена. Она говорила, будто жалеет, и смотрела также. Ещё она, кажется, была напугана? — Может, правда напугана. Ей Родина не позволит быть с тобой, — грустно произнёс Малинин, зная, каково это, ведь ему с Петей будет не легче. Лью не ответила, она опустила взгляд вниз. Честность Ильи била прямо по сердцу, заставив представить всю эту ситуацию глазами нейтральной фигуристки. Возможно, той нелегко последние дни. Алиса не испытывала стыда за победу, но и скрытой зависти к другим спортсменам у американки не было, желая лишь искренне поддерживать и радоваться за остальных. А Аделия, как она теперь будет? Лью даже представить боялась тренеров из России. Жуть же, если обычные люди, живущие там, злые, хмурые, какие же там те, у кого профессия такая — лепить победителей? И, наверное, Петросян взаправду не может просто взять и принять свои чувства. Стоило дать время, которого как раз-таки оставалось немного. Но Алиса близка к истине, сомнения почти развеялись, оставив тоску вместе с пустотой после ухода Аделии. Втайне она надеялась, что по случайной причине россиянка вернётся, хоть по самой бессмысленной. Лью, завершив раздумья о Петросян, всё же заметила мелькающую радость Ильи. Парень сочувствовал подруге, но яркие эмоции после успешного плана не могли скрываться, проявляясь в виде лёгкой улыбки. Фигурист, скорее всего, вспоминал Гуменника и их уже второй поцелуй. Молчание оборвала Алиса. — А я как вижу, на вас план сработал? — Лью специально подколола парня, подталкивая его локтем. Илья замялся ответить, скромно отворачиваясь от подруги. Он уж было хотел рассказать, как вдруг под чужими ногами заскрипела лестница. Кто-то из ребят тоже решил подняться на второй этаж, и это был сам стратег. — Какой план? — задумчиво спросил Гуменник, не вникая в их диалог, однако желая разузнать дела, скрытые от него. — Да это не важно, — быстро ответил Малинин, Петя — последний, кто должен был узнать. — Я уже слышал вас, вы ведь обо мне заговорили? — Гуменник слегка улыбнулся, зная собственную правоту. Пришлось в их план ввести ещё и Петю, как случилось с Эмбер, подслушавшей ребят на кухне. Стратег слушал неловкую речь американцев, в это время задумчиво прислонив руку ко рту, чтобы скрыть ухмылку и всю глупость подобной затеи. Парня выдавали только глаза: по ним Илья видел, как по-дурацки всё звучит. Зато план сработал, и Малинин, хоть и нёс бред, однако переживал об этом не сильно. Затем фигуристы разошлись. Илья перед уходом ещё раз положил руку на плечо Алисы, похлопав и сказав что-то из рода: «Всё будет хорошо», потому что хотел придумать очередную идею по сведению этих двоих. Малинин с Петей ушли к ребятам, а Лью осталась на этом же этаже. «Полосатая», не зная, куда себя деть, снова ушла в ту злосчастную комнату, где недавно целовалась с Аделией. Девушка заперлась, желая побыть одной. Сейчас здесь только она. Кровать слабо прогнулась под телом Алисы, когда она плюхнулась на постель. В усталой позе Лью пробыла совсем недолго: руки обхватили колени, прижимая поближе к себе. "Полосатой" было холодно, но не от температуры в помещении. Будь здесь Петросян, девушка мигом бы согрелась от одного её сосредоточенного взгляда, а сейчас здесь была только она одна. Алиса заметить не успела, как её сознание отключилось, и она погрузилась в сон. В это время остальные спортсмены обсуждали, кто где будет спать. Некоторым было уже неудобно возвращаться в номер и избегать папарацци. Ами, наплевав на журналистов, хотела вернуться в номер. С ней для безопасности поехала Каори, всё же время на часах было не детское. Юма и Шун предпочли остаться здесь, также сделала вся американская сборная, вместе с казахстанской, ну и Петя тоже никуда не уехал. — Чур, мы в комнате спим, — крикнули японцы, первыми убегая на второй этаж. Шун дёрнул ручку комнаты, находящейся ближе к лестнице, дверь не открылась даже под усилием. Они пошли ко второй комнате, и она уже была открыта. Там была только двухъярусная кровать. Прошло минут десять, фигуристы уже разлеглись, но к несчастью к ним вошла Эмбер, раздражённая тем, что мест не осталось. Как многие, Гленн была пьяна и хотела поскорее уже уснуть. Она махнула Шуну на втором этаже, чтобы тот освободил кровать. Парню ничего не оставалось делать, кроме как уступить Эмбер, которая была серьёзно настроена спать именно здесь. — И где теперь буду я? — сказал он на японском. Понял слова лишь Юма. Эмбер не знала перевод, просто догадалась, пожав плечами. Американка своими глазами видела отсутствие мест для сна. — Можно лечь с тобой? — спросил Сато, скромно держась рукой за плечо. — Это по-гейски, — Юма весело ответил другу, место ведь было его. — Ладно, ложись, — проговорил японец, словно сделав уступку. Парень подвинулся к стене. Как бы там ни было, товарища он точно не бросит. *** Когда Юма и Шун убежали, американцы поторопились занять свободные спальные места. Оставался первый этаж, где был диван побольше и один маленький, на котором обычно только сидят. Вариант побольше занял Илья, рванув туда быстрее остальных. А на поменьше откинулась Изабо, выпившая, наверное, больше всех и уже очень сонная. Из-за недостающих мест к Левито присоединилась Соня, вежливо попросив её немного подвинуться. К Малинину лёг Гуменник, с виду казалось, что тот сейчас свалится оттуда. Илья положил руку на талию Пети, придерживая его и прижимая ближе к себе. Вот так Гленн осталась без кровати, выключив свет по просьбе "победителей" и поднявшись подальше от них. Остался без места ещё Миша, скромно разлегшись на полу. В целом, на нетрезвую голову было без разницы насчет удобства и того, где именно спать. Самоделкину вновь приобняла Изабо. Она не давала отчета своим действиям, расслабленная и в полудреме, американка чему-то радостно улыбалась. — Соня, ты такая хорошая, моя лучшая подруга,— хоть и будучи пьяной, Левито смотрела искренне. Девушка не контролировала слова, но о подобном она думала, а точнее, о Самоделкиной: их слишком часто сводила судьба на разных соревнованиях. Она мило посмотрела на Соню, после нежно коснувшись щеки казахстанки, — или не подруга. Пораженная Самоделкина хотела что-то спросить у Изабо, однако та провалилась в сон и вполне крепкий. Софья выдохнула, обняв Левито в ответ, и тоже уснула. Фигуристы спали не в тишине: во всю голосину храпел Шайдоров от неудобной позы и места для сна. Илья, как и Петя, оба не могли заснуть. Малинин шепотом заговорил: — Думаешь, у Аделии с Алисой все будет хорошо? — Не знаю. А ты хочешь помочь им? — ответил Гуменник, закинув уже свой вопрос. Как-то резко начал говорить Илья об их подругах. — Хотел бы. Все же Алиса тоже нам помогла от части, — Малинин усмехнулся, вспомнив, как жестоко она с ним поступила в правде и действии. Гуменник помолчал, стараясь придумать хоть какую-то идею. В памяти кое-что мелькнуло. — Аделия, кажется, оставила кошелек. Илья чуть ли не подскочил, услышав радостную новость. Точнее, ее нельзя назвать радостной, но можно именовать вспомогательной для примирения с Лью. Парни остальное время думали, как привести Аделию. *** Возвращаюсь к моменту, когда Петросян выбежала из дома. Девушка не сразу заметила пропажу денег и карт, которые были в кошельке. Ей было вовсе не до этого: россиянка на сильных эмоциях старалась не заплакать. Аделия схватилась за шею, чуть ли не передавливая кожу, взгляд ее не мог сфокусироваться на чем-то конкретном, зрачки постоянно бегали по объектам вокруг, и она старалась так успокоиться, прийти в себя. Наконец Петросян приблизилась к отелю, зашла в номер и присела на кровать. Девушка слегка скривила спину, держась одной рукой за голову и по новой вспоминая все случившееся. Как она могла сказать подобное Алисе? Это было ужасно в любом случае. В разуме Аделии высвечивался взгляд Лью, когда американку задели слова Петросян. По нему становилось заметно, как та была разочарована и ранена тогда. Россиянка разлеглась на кровати, почти засыпая. — «Я все испортила, снова. Она не простит мой дебильный поступок.» Под «снова» Аделия подразумевала Олимпиаду, то, как сделала рискованный шаг, а потом облажалась. Теперь ее действия были неоправданны, все не как в том случае. Петросян и близко не надеялась на шанс все забыть и быть с ней вместе. Пока она сама не знает, что у них будет потом. Аделия боялась снова навредить Алисе. Не отпускала только совесть: если сейчас девушка оставит все, уехав обратно, Петросян не сможет простить себе это, но простит ли ее Лью? Российская фигуристка не могла осмелиться приехать к ребятам вновь, вдруг Алисе легче без нее. Аделия спустя пару минут привстала с кровати, тревожно, будто что-то забыла. Она порылась в своей сумке, лежащей на комоде. Внутри — яркая красная помада, основные документы, а кошелька нет. В эту же секунду Петросян осознала свою глупость: теперь еще и деньги оставила там, дома, с ребятами. Россиянка не знала, кому написать в столь позднее время. Эмбер она знала слишком мало, та же ситуация с Ильей. В голове мелькнул только Петя, словно оставшаяся надежда. - "Привет, прости, что так поздно. Я, кажется, забыла кошелек у вас. Можешь утром посмотреть его и, если что, вернуть?" Долго ждать ответа не пришлось. Гуменник не спал, парень отвлекся от разговора с Малининым, проверив засветившийся телефон. — И что же нам делать? У меня нет идей, — запутанно сказал Илья. Фигуристу уже поднадоело обсуждать одну и ту же тему, не двигаясь с места. Чёткого плана по примирению не было. — Подожди, тут Аделия пишет. Малинин сразу посмотрел в чужой экран, вчитываясь в текст от девушки. — Ответь ей скорее, — проговорил Илья. Успех был недалеко. Парень даже сам помог стратегу, внеся некоторые правки в текст и добавив естественности. — "Привет, я не смогу, уже уехал в номер." В конце Илья добавил грустный смайлик, чтобы показать сожаление со стороны Пети. Аделия всматривалась в текст, понимая, что кошелек она не вернет. Остальных ей не хотелось тревожить лишний раз. Россиянка выключила телефон, не написав ничего на сообщение. Девушка уснула с мыслями о неизбежном возвращении. Утро у Аделии с Алисой началось практически одинаково: ломящее тело, боль в голове и похмелье. Фигуристки, хоть и были не рядом, все равно проснулись почти в одно время. Глаза пустым взглядом рассматривали потолок. Может, именно в этот момент все сошлось, раздался щелчок, как же невыносимо стало в разлуке и как же плохо не поговорив друг с другом. Петросян потерла глаза, затем поднялась с кровати. Она уже успела привыкнуть к этому номеру, даже находясь в нем лишь по ночам и утрам. Лью вставала медленно, американка зевнула, потянулась и наконец поднялась. Алиса хотела уже открыть дверь, однако ручка не поддавалась. Твердо оставаясь на месте, "полосатая" все же вспомнила, что закрылась. — И что же на меня нашло? — подумала она. Лью также удивляли вчерашние эмоции, но девушка знала, почему было так больно. Все надежды были разбиты парой слов, засевших в груди, словно паразиты, разъедающие живое. Алиса решила не зацикливаться снова на ссоре, направившись умыться. Нужная комната была по соседству. В зеркале неформалка будто увидела не себя или же ту маленькую девочку, которой была раньше, когда ненавидела спорт и все с ним связанное. А сейчас она убивается по фигуристке, выступающей под нейтральным флагом. Но в Аделии всегда что-то цепляет: то ли взаправду решительность и стойкость девушки, то ли ее образ — холодный и близко недоступный кому-то. Главное — на самом деле узнать Петросян. Она ведь и не такая, как во втором описании, будь ей хоть немного комфортнее с человеком. И вот опять, в мыслях одна Аделия. Лью понятия не имела, о чем подумать, чтобы отвлечься. Она вышла из ванны и спустилась на первый этаж. На глаза попался Петя, рядом с ним стоял Илья, наблюдающий за готовкой стратега. Потом Малинин уверенно взял ручку сковородки и, решив повыпендриваться перед возлюбленным, подбросил яичницу вверх вместо того, чтобы перевернуть обычным способом. Она улетела в потолок, повисев там недолго и затем размазавшись на полу. Проснувшаяся Изабо, как всегда любит делать, начала снимать происходящее, тихонько смеясь над парнями. Левито также узнала под утро, с кем спала ночью, и еë смутило, как близко была Софья. Она поскорее поднялась с маленького дивана, подойдя на кухню, где уже была и Алиса, голодная, как волк. — Хорошо спалось одной в комнате? — сказала Изабо, держась за больную спину. — Ещё как, — гордо ответила Лью, пытаясь найти перекус на полках. Алиса наконец нащупала свои любимые хлопья, взятые ночью в магазине. Девушка довольно уселась кушать, пока Гуменник дожаривал завтрак. Малинин присел напротив Лью. — Ты как себя чувствуешь? — Да нормально, не переживай, — Алиса выдавила из себя улыбку, быстро спавшую после звонка в дверь. Кто это мог быть так рано? Петя от раздавшегося звука быстро сунул Лью что-то в руку, попросив посмотреть потом. Американка больше отвлеклась на дверь и положила вещь себе в карман, совсем не обращая внимания. Сердце заколотилось как бешеное. Только не она! Илья привстал посмотреть гостя. В глазке он заметил Аделию, судя по всему, вернувшуюся ради кошелька. Малинин, недолго думая, открыл дверь. Петросян прошла вперёд. Она предполагала, что вещь лежит на кухне, где были пакеты, однако не смогла сделать ни шага, увидев Алису, которая тоже смотрела на Аделию. Ребята на кухне сообразили без слов: Петя отключил плиту и сделал вид, словно появились дела. Он слегка коснулся плеча Изабо, намекая девушке оставить их одних. Илья тоже ушёл, не желая мешаться. Лью видела, как Аделия сглотнула, видимо, волнение брало верх. Российская фигуристка сделала первый неуверенный шаг в сторону знакомой, затем второй, и она подошла ближе, прежде посмотрев на Алису, а затем на стол, где не было ничего, кроме еды. Своих денег девушка не заметила. Петросян вновь взглянула на Лью, уже отвернувшуюся к своей тарелке. — Прости за вчерашнее, я несла полную чушь, — Аделия, испытывая стыд, не смогла набраться смелости глядеть на американку во время разговора. Помолчав над словами Петросян, Лью подумала о честности Аделии, когда они были в комнате, когда она сама была готова на большее между ними. — Ты правда жалела об этом? — Да, потому что боялась тогда, — ответила Петросян. Ей становилось не по себе, представляя реакцию других, если бы кто узнал. — Но не из-за тебя. Ты... Я не жалею. Алиса точно растаяла. Обида ещё не прошла, она старалась притвориться, что не ждала россиянку. "Полосатую" выдавала лишь улыбка — яркая, как и она. — Значит, всё же не жалеешь, — тихо повторила Лью, и в голосе проскользнули тёплые ноты, несмотря на остатки обиды. Алиса наконец подняла взгляд на Аделию, отрываясь от своей тарелки. — А я жалею, что не пыталась понять тебя. Аделия дрогнула. Она считала себя незаслуживающей прощения и особенно сожаления. Лью поднялась с места, подойдя к фигуристке чуть ближе и заключая в объятия. Позволив себе расслабиться, теперь все в порядке. На потом останется обсуждение их будущего, но сейчас не хотелось думать о преградах, когда им ничего не мешало стоять вот так вместе и наслаждаться каждой секундой. Кто-то радостно визгнул из-за стены, а потом звук резко прервался, словно другой человек закрыл рот, не давая прервать важный момент. И все равно эта радость чувствовалась даже в тишине. Алиса отстранилась, посмотрев на стену. — Можете выходить, — американка облокотилась на стол, радостно посмеявшись. — Так ты заметила нас? — сказал Илья, возвращаясь обратно на кухню. За прошедшее время успела проснуться и Эмбер. — Алиса, посмотри в кармане кое-что, — вспомнил Петя. Алиса порылась в одном кармане — пусто, а в другом была неведомая вещь. "Полосатая" поскорее вытащила предмет — вот и кошелек нашелся. Аделия уж было хотела что-то сказать или спросить, почему это он у Лью, но, кажется, начала догадываться о том, что все было спланировано ее друзьями. План наконец удался со всех сторон, конечно, благодаря взаимной помощи, порой даже безвозмездной. Теперь Алиса — не незнакомка для Петросян, с которой они не общались до прошлого вечера, а Илья наконец перешел с Петей черту хороших друзей и соперников. Ребята просто могли быть вместе, сейчас, в настоящем, не переживая о завтрашнем дне, потому что они справятся со всем. И хоть чувства проявились по чужому желанию помочь, они были самыми настоящими, больше никакие сомнения им не помешают.