Два сапога пара.

Комната была погружена в полумрак, лишь мягкий свет лампы размывался по стенам. Обещание Грёз стояла у кровати, словно не решаясь сделать шаг дальше. Японский Символ наблюдал за ней с кресла, не двигаясь, но его взгляд был тяжёлым, почти ощутимым. — И долго ты будешь стоять? — тихо спросил он. Она вздрогнула, будто его голос коснулся её кожи. — Я… просто… Договорить она не успела. Он встал и в несколько шагов оказался рядом. Слишком близко. Настолько, что она автоматически отступила — но упёрлась в край кровати. — Опять убегаешь, — спокойно заметил он, наклоняясь. — Я не… Её слова растворились, когда его рука мягко, но уверенно легла ей на талию, удерживая. Не больно. Но так, что уйти уже не получалось. Обещание Грёз подняла на него взгляд — растерянный, дрожащий. — Ты сама сказала… не отпускать, — напомнил он. Её дыхание стало прерывистым. — Я… не думала, что ты… Он не дал ей закончить. Лёгкое движение — и она оказалась на кровати, а он навис сверху, удерживая её взгляд. Его сила ощущалась в каждом жесте, но в них не было грубости — только контроль. — Слишком много думаешь, — тихо произнёс он, проводя пальцами по её щеке. Она закрыла глаза на секунду, словно это прикосновение было слишком сильным для неё. — Тогда… не заставляй меня думать, — едва слышно ответила она. На мгновение он замер. А потом его голос стал ниже: — Хорошо. Он наклонился ближе, почти касаясь её губ, но остановился в последнюю секунду — будто давая ей выбор. И она не отстранилась. Наоборот — сама потянулась к нему, с той робкой, хрупкой смелостью, которая была только её. И в этот момент напряжение между ними окончательно сорвалось, превращаясь во что-то тёплое, плотное и неизбежное. За окном всё так же тихо падал свет. А в комнате больше не было расстояния между ними.