Тень Потрошителя

Утро выдалось солнечным и тёплым — таким, каким и должен быть идеальный выходной. Анна открыла окно, впустив в спальню свежий воздух. Где‑то во дворе щебетали птицы, а из кухни доносился аромат свежесваренного кофе и тостов. Денис уже был на ногах. Он стоял у плиты, переворачивая блинчики. — Доброе утро, — он обернулся и улыбнулся. — Я решил приготовить завтрак сам. Чтобы ты отдохнула. Анна подошла ближе, обняла его со спины: — Спасибо. Ты правда это серьёзно — про выходной? — Конечно, — он выключил конфорку, повернулся к ней. — Никаких звонков, никаких дел. Только мы и дети. Она кивнула, но где‑то внутри всё равно скребло беспокойство. Вчерашний клочок бумаги с символом, пуговица «М.К. 1897», запах чужих духов — всё это не отпускало. Но она заставила себя улыбнуться: — Тогда я пойду разбужу Лизу и Мишу. Они отправились в парк на окраине города — то самое место, где ещё год назад Анна мечтала провести день с семьёй, но так и не смогла из‑за очередного вызова на место преступления. Теперь всё было иначе: дети бегали по траве, Денис запускал с Мишей воздушного змея, а она просто сидела на пледе, наблюдая за ними. — Мам, смотри! — Лиза подбежала, запыхавшись. — Папа сказал, что научит меня делать кораблики из листьев! — Отлично, — Анна погладила её по голове. — Идите, я пока соберу фрукты. Она открыла корзину, достала яблоки, виноград, сыр. Всё было подготовлено ещё с вечера, но теперь, раскладывая еду на скатерти, она вдруг заметила в кармане пиджака Дениса какой‑то предмет. Это была пуговица. Та самая — с гравировкой «М.К. 1897». Рука дрогнула. Анна быстро убрала пуговицу обратно, стараясь, чтобы никто не заметил её реакции. — Всё в порядке? — Денис подошёл, сел рядом. — Да, — она заставила себя улыбнуться. — Просто задумалась. Он взял яблоко, откусил: — Ты сегодня какая‑то тихая. — Просто наслаждаюсь моментом, — она посмотрела на детей, которые теперь пытались научить голубей есть крошки. — Давно мы так не отдыхали. — И будем чаще, — он положил руку ей на плечо. — Обещаю. После обеда они отправились гулять вдоль озера. Миша бежал впереди, Лиза рассказывала отцу какую‑то длинную историю про школу, а Анна шла чуть позади, наблюдая. — Ты правда ничего не скрываешь? — вдруг спросила она, когда дети убежали вперёд. Денис остановился, повернулся к ней: — Анна, мы же договорились. Сегодня — только семья. Никаких подозрений, никаких вопросов. — Но… — Никаких «но», — он взял её за руку. — Давай просто насладимся этим днём. Потом, если захочешь, мы всё обсудим. Но не сейчас. Она вздохнула, кивнула: — Хорошо. Извини. Они догнали детей. Лиза тут же вцепилась в руку матери: — Мам, а можно мы запустим змея? Папа говорит, тут ветер хороший! — Конечно, — Анна улыбнулась дочери. — Давай помогу. Пока они возились с ниточками, Денис отошёл к скамейке, достал телефон. Анна заметила, как он быстро что‑то напечатал, убрал аппарат и вернулся к ним. «Может, это просто рабочий чат?» — подумала она, но внутри снова шевельнулось подозрение. Ближе к вечеру они вернулись домой. Дети, уставшие и счастливые, сразу побежали мыть руки перед ужином. Анна начала убирать вещи из корзины, когда снова наткнулась на пуговицу. На этот раз она не стала прятать её обратно. Вместо этого незаметно переложила предмет в свой карман. — Помочь? — Денис подошёл сзади. — Нет, я сама, — она закрыла корзину. — Ты лучше посмотри, чем там дети занимаются. Он кивнул и ушёл в гостиную. Анна осталась на кухне одна. Достала пуговицу, повертела в руках. Та же гравировка. Тот же металл. И явно не новая — края слегка стёрты. Где он её взял? Почему носит с собой? И почему не выбросил, если случайно нашёл? В голове всплыли слова Игоря: «Словно кто‑то специально их собирает». — Мам! — Лиза заглянула на кухню. — Мы хотим посмотреть мультик! Ты с нами? Анна вздрогнула, быстро спрятала пуговицу в ящик стола: — Конечно, иду. Она улыбнулась дочери, но мысли уже крутились вокруг одного: нужно показать пуговицу Игорю. Пусть проверит, есть ли на ней отпечатки, или найдёт способ выяснить, где такие делали. Вечером, когда дети уснули, Анна и Денис сидели на террасе. Он читал книгу, она смотрела на звёзды. — Сегодня был хороший день, — тихо сказала она. — Да, — он отложил книгу. — Нам нужно чаще так делать. — Согласна, — она помолчала. — Денис… а где ты взял ту пуговицу? Он замер. На мгновение воцарилась тишина. — Какую пуговицу? — переспросил он. — Ту, что была в твоём кармане. С гравировкой «М.К. 1897». Он вздохнул, отложил книгу: — Нашёл. В старом архиве, когда искал чертежи для проекта. Она лежала в коробке с другими антикварными вещами. Мне показалось, что это интересный артефакт. — И ты решил её сохранить? — Да. Просто как сувенир. Анна смотрела на него, пытаясь понять, говорит ли он правду. Его взгляд был спокойным, открытым. Но что‑то в его голосе — едва уловимая пауза перед ответом — заставило её усомниться. — Ладно, — она кивнула. — Просто спросила. — Анна, — он наклонился к ней. — Если тебя что‑то беспокоит, скажи прямо. Я не хочу, чтобы между нами были тайны. Она хотела ответить, но в этот момент в доме послышался голос Миши: — Мама! Папа! Мне приснился страшный сон! Денис тут же встал: — Пойдём, успокоим его. — Да, конечно, — Анна поднялась следом. Пока Денис успокаивал Мишу, Анна стояла в коридоре, глядя на дверь детской. Пуговица в ящике стола словно жгла ей руки. Она всё ещё не могла решить: стоит ли поднимать эту тему снова? Или лучше довериться мужу и поверить в его объяснение? Но одно она знала точно: что‑то не сходится. И пока она пыталась убедить себя, что всё в порядке, где‑то в глубине души нарастало ощущение, что тень прошлого не просто рядом — она становится всё ближе.