Дождь

Дождь не переставая бил по стенам дома. Капли стучали в окна словно непрошенные гости. Порывы ветра, заставляющие двери скрипеть, посвистывали снаружи, то и дело угрожая сдуть весь домик целиком. Этим утром не было солнца. Вместо золотых лучей через занавески в комнату проникал мрачный, тусклый свет. Будто вчерашняя буря до сих пор не прекратилась, или даже наоборот, решила задержаться ещё на день или два. Адель вытянула шею, чтобы посмотреть на электронные часы на прикроватной тумбочке. Цифры горели неоновым зелёным, словно радий в темной комнате. Часы показывали восемь утра. Шайбаковой совсем не хотелось вставать. Она даже подумывала остаться в кровати на весь день. Девушка тяжело вздохнула своим мыслям и повернула голову, зарываясь носом в волосы Вики. Старшая всё ещё спала, отвернувшись от своей стороны кровати. Её голова покоилась между грудью и шеей Адель. Одна рука Николаевой лежала поперёк живота младшей. А рука самой Адель оказалась зажатой под тяжестью тела. Шайбакова даже удивилась, что она не болит от отёка. Их ноги соприкасаются под теплом одеял. Они не каждый день просыпались вот так: удобно сплетаясь друг с другом. В любое другое утро Вика скорее всего была бы отодвинута на край кровати, ведь Аделька любит растянуться на всю поверхность матраса. А одеяла нередко оказывались ночью на стороне Виктории, оставляя младшую замерзать. Но все-таки есть что-то в этих дождливых рассветах. Проснувшись и прислушивалась к ровному дыханию Вики, она наблюдала за движением её век, нежно улыбаясь. Николаева выглядела умиротворенной. Её расслабленное лицо еще не обременено проблемами и мыслями нового дня. Её губы слегка приоткрыты. Адель попыталась придвинуть Вику еще ближе, будто между ними еще оставалось место. — М? — она открыла глаза, разбуженная движениями Адель. Брови старшей свелись в сонном замешательстве. Все умиротворение как рукой сняло. — Сколько времени? — Это неважно, — Адель погладила свою девушку по голове и мягко поцеловала её лоб. — Поспи еще чуть-чуть. — Нет, важно, — запротестовала старшая. Но несмотря на возмущенный ответ, вставать девушка не спешила. А если она и пыталась что-то сделать, так это подвинуться поближе к Адель. — У меня есть дела. — Разберешься с делами попозже, — прошептала Шайбакова. Она повернулась так, что теперь они видели друг друга лицом к лицу, грудь в грудь, нос к носу. — Останься со мной. Вика тихонько засмеялась. Она приподняла голову, побуждая Адель слегка опустить подбородок, и их лбы соприкоснулись. — Ты же знаешь, я бы с радостью. — Вот и оставайся. Вика мягко потерлась кончиком своего носа о нос младшей. — Дела, — снова прошептала девушка. — Еще пять минуточек? — с надеждой ответила Адель, качая головой и касаясь носа Николаевой в ответ, — Пожалуйста? Младшая оставила легкий поцелуй на губах девушке, не дав той ответить. Их переполняли знакомые нежные чувства. Со временем невидимые фейерверки от их первого поцелуя преобразовались в нечто, больше напоминающее тепло огня в камине. Было легко и комфортно. Уютно и надежно. — Ладно, — выдохнула Вика, отстраняясь. Адель усмехнулась и чмокнула её в губы еще раз, быстро и мягко. Вика лишь поморщила нос. — У тебя дыхание несвежее, — пожаловалась девушка. — И с каких пор тебя это беспокоит? — не осталась в долгу Адель. Вика оставила поцелуй на подбородке Шайбаковой. — Все потому что это ты. — Ты удивительно нежная сегодня, — прокомментировала Адель. Но не то чтобы она возражала. Совсем не возражала. Вика уткнулась лицом в грудь Адель, которая почувствовала, как старшая промямлила что-то неразборчивое в её футболку. Дальше они обходились без слов. Только невнятное хмыканье и хриплый смех. А дождь все продолжал стучать по крыше, сопровождая их тихие смешки и шуршание простыней, под которыми они делились поцелуями. — Ну теперь точно пора вставать, — прошептала Вика через какое-то время, упираясь руками в плечи Адель. — Знаю, — неохотно ответила Шайбакова. Порыв холода разделил их, как только Вика отстранилась, чтобы подняться. Отбросившая в сторону одеяло Николаева забрала с собой все тепло постели, оставляя рядом с Адель лишь прохладу спальни. Младшая наблюдала за тем, как старшая пересекла комнату, а затем скрылась за дверью ванной, негромко ее захлопнув. Оставшись одна, она перекатилась на другую сторону кровати, уткнулась лицом в подушку Вики и медленно вдохнула. Слабый запах шампуня заполнил её легкие. Просыпаться с ней все еще было в новинку. Но девушка верила, что ей это никогда не надоест. В конце концов Адель пришлось заставить себя подняться с обреченным мычанием. Девушка опустила ноги с края кровати и потопала в сторону ванной. Как только она переступила через порог, мягкая поверхность ковра резко сменилась прохладной гладкостью кафеля под ногами. Шайбакова застала Вику стоящей перед раковиной с одной рукой на стойке, а второй с зубной щёткой во рту. Жужжание электрического прибора заполнило маленькую комнату. Адель сразу же направилась к ней и обхватила руками её талию. — Ты чего такая трогательная? — пробормотала Вика с щёткой во рту. — Может, всё дело в дожде, — Адель положила подбородок на её плечо. — Ммм, — старшая продолжила чистить зубы. Шайбакова подняла глаза на зеркало. Её сердце пропустило удар от одного лишь взгляда на отражение, где они так идеально смотрелись вместе. Девушка заметила, как Вика смотрит на неё сквозь зеркало. А она лишь тихо фыркнула. — На что смотришь? — Адель только нежно улыбнулась. — Ни на что. Просто на нас.