Осколки

***

Знаете то ощущение, когда чувствуешь какой-то запах и вспоминаешь человека? У некоторых это вызывает улыбку на лице, бабочек в животе. А у других, наоборот, запах заставляет перестать дышать, словно тысячи осколков вонзаются в грудную клетку. Аромат выпечки навевает ностальгию, сигаретный дым окунает в объятия прошлого, а от запаха полевых цветов слёзы накатываются сами по себе. Летний вечер окутал небольшой городок ярким закатом, который радовал глаз. Радостные крики детишек, в которых звучали отголоски забытых и беззаботных времён, доносились из дворов. Тёплый ветер развевал шатенистые волосы, а в белых проводных наушниках звучала до боли знакомая и родная песня. В груди неприятно кольнуло, когда строчки стали сменяться одна за другой, заставляя парнишку вспомнить о былых временах. На другом конце города, в старом сквере, сидел рыжевласый парень. В правой руке он держал тлеющую папиросу, а в таких же проводных наушниках, только чёрного цвета, играла та же родная и щемящая душу песня. Музыкальная группа, песня которой уносила в необъятный мир воспоминаний. Она звучала не только в двух парах наушников, но и в каждом закоулке сломленных душ. Сладостная пучина воспоминаний обволакивала своими объятьями, которые казались непробиваемым щитом. Но, увы, как бы парни ни хотели в это верить, горький вкус реальности был сильнее. Оба стали другими, чуждыми друг другу. Руслан изменился, а Данила не захотел принять его. Поняли, что их отношения больше не вызывают того трепета, который был раньше. Ссоры по пустякам стали частыми гостями в их любовном коконе, потихоньку разрезая годами выстроенную защиту. Взросление подкралось незаметно. Оно, словно торнадо, сметало всё на своём пути и разрывало на мелкие опилки. В толпе людей Руслан видел лишь рыжие волосы и голубые глаза. Среди сотен голосов Данила слышал лишь родную спектрограмму его голоса. Мир сузился до мгновений, которых, возможно, и не существовало наяву. Каждый воспринимал лишь то, что хотел. Всё это напоминало погоню за невидимкой, который вырисовывал круги вокруг старых шрамов. Осознание собственных ошибок всегда приходит со временем, ведь изначально проще заметить недостатки других, чем свои. Именно за это парни и корили себя. Кому-то стоило научиться слушать и слышать, а кому-то - говорить и объяснять. Главная ошибка была в том, что оба осознали это после. -Разве так сложно сказать, что тебе не нравится?-возразил рыжеволосый, поставив кружку на кухонный гарнитур с глухим стуком. -Я говорил, ты просто не слышишь.-сказал шатен, захлопнув дверцу холодильника Первая трещина проявилась на хрустальной оболочке. Воспоминания о ссорах оставляли горький привкус после себя, постепенно сменяясь тоской по сладким объятиям тёплых вечеров. -Дань..-Протянул Руслан, слегка дёргая рыжеволосого за рукав красной олимпийки. -Что такое, Русь?-зевнул Кашин, глядя на любимого слегка сонным взглядом. -Пошли на крышу, а? Покурим..-улыбнулся шатен, словно чеширский кот. Данила уже был готов уснуть в обществе самого дорогого человека, под тихую песню, которая доносилась из динамика телефона, но... -Да, пошли.-оживлённо кивнул парень. Любовь проникала в каждую щель когда-то чёрной души. Крыша встретила их тёплым летним ветерком, пением птиц и возгласами детей вдали. Старый айфон воспроизводил песню, сигареты в руках влюблённых излучали тонкие струйки дыма, что растворялись в бесконечной кутерьме. Ноги вели шатена к путепроводу, будто они хотели этого больше, чем он сам. До боли родное место, где все проблемы будто исчезали на мгновение, а потом возвращались в десятикратном размере. -Дань, мы же всегда будем вместе, да? Давай пообещаем друг другу, что какие бы обстоятельства ни настигли нас, мы останемся рядом и всё сможем преодолеть?-с улыбкой говорил Руслан, заглядывая в голубые омуты. -конечно, Русь, что за вопросы? Ничто не способно разлучить нас, кроме смерти, разумеется.-посмеялся Кашин, перебирая кончиками пальцев волосы шатена. Слеза покатилась по бледной щеке, оставляя после себя солёный след, от которого было невозможно избавиться. Оба не сдержали обещание. Лишь разбив друг другу сердца на тысячи осколков, они поняли, что эти осколки - руины их беззаботной любви. Возможно ли склеить то, что было разбито вдребезги? Сердце саднило, будто тысячи невидимых мечей вонзились в него разом. Уходящий поезд издал громкий гудок, когда Руслан сжал руку в кулак, поднял вверх и резко опустил вниз, имитируя дёрганье сигнального шнура. На лице появилось что-то отдалённо похожее на улыбку, когда любимое занятие из детства вновь ворвалось в жизнь Тушенцова. Рыжеволосый, отдавшись эмоциям, отправился на ту самую крышу, где когда-то, пару лет назад, было пережито кучу воспоминаний. Заходящее за горизонт солнце освещало каждую веснушку на лице, а волосы под его светом становились более огненными. Глаза покрылись пеленой воспоминаний. Сигарета вновь оказалась меж зубов, а щелчок зажигалки раздался эхом на пустой крыше. Но точно ли на пустой? Сзади раздалось чье-то мурчание, а через футболку Кашин почувствовал трение пушистого чуда о ткань. -Ты что забыл тут, маленький?-слабо усмехнулся Данила, взяв чёрно-рыжего кота на руки. Татуированная рука проводила вдоль туловища, вызывая ещё больше мурчания. -Хороший ты такой, напоминаешь мне кое-кого,-с ноткой грусти в голосе сказал рыжеволосый, прижав кота к груди. Как вдруг.. за спиной раздался до боли родной голос. -Кого же?-вскинул бровь Тушенцов, скрестив руки на груди. Его поза веяла не бывалой расслабленностью и теплотой, а бесконечным напряжением и напускной злобой. На лице Кашина проявился страх и эмоция, у которой не было определения. Даже сидя спиной, по нему было видно всё до мелочей. -Что.. ты тут забыл?-неуверенно начал парень, опуская кота на ровную поверхность. -А ничего, что это крыша дома в котором я живу? Или совсем память отшибло?-фыркнул Руслан, подойдя ближе к другому, но всё ещё держа дистанцию. Слова застряли глубоко в горле, оба больше не могли ничего сказать. Они находились на расстоянии вытянутой руки. Всё, что их сейчас разделяло - черно-рыжее чудо, которое явно не понимало этой напряжённой обстановки. -Я скучал,-тихо и совсем еле слышно сказал Руслан, после долгого молчания. Глаза заслезились, а губа едва заметно затряслась. -Я тоже скучал, очень сильно,-повернувшись к шатену сказал рыжеволосый. В глазах читалась бесконечная любовь и привязанность, которая с годами не ушла, а стала только сильнее,-ты слишком дорог для меня, я так и не смог отпустить тебя. -Не поверишь, но я хотел сказать то же самое,-смахивая одинокую слезу усмехнулся Тушенцов. Руслан протянул мизинец Дане, как все всегда делали в детстве. И Кашин сделал индентичное движение. Склеить то, что разбилось вдребезги может и не возможно, но всегда можно попробовать создать новое, более прочное и крепкое.