Признание

Мне было необходимо написать что-то по ЮтаМаки, а большой фф всё ещё стоит у меня в разработке, поэтому держите зарисовочку) Кстати, если это читают люди, а не боты – потому что пока мои работы не набирают комментарии… – мне хотелось бы услышать ваши впечатления о 3 сезоне, особенно о 12 серии с Юточкой. Жаль, что магичка закончилась так быстро( I’m still hungry. Слово о Маки. Временами я теряюсь, когда пишу что-то любовное, ведь не знаю, как она может реагировать на что-то такое, поэтому it is what it is. Приятного) — Он прибыл, — раздался весёлый голос Годжо Сатору, который оставил все свои дела — не без недовольства верхушки — только ради того, чтобы встретить ученика в аэропорту.  Юта улыбнулся глазами, увидев, как сэнсэй и друзья стоят и ждут, пока он не приблизится к ним, чтобы потом крепко обнять. Сатору решает потрепать его по волосам, возвращая прическу, с которой он впервые встретил его и взял на попечение, когда ему так нужна была поддержка.  Но что-то тут было не так — Маки, с которой Оккоцу с трудом смог найти общий язык, стояла в стороне, тогда как друзья уже засыпали мага вопросами об Африке. Но Юта никого не слышал, наблюдая за Зенин, которая, заметив, как он пристально смотрит, окинула его коротким взглядом и отвернулась, не в силах держать зрительный контакт.  Юта хотел было подойти и спросить, почему она вдруг решила избегать его, но внимание пришлось обратить на пытающихся достучаться до него друзей. К счастью, Маки образумилась — или побоялась распросов — и решила присоединиться к компании, но, кроме короткого приветствия, Юта от неё так ничего и не услышал, а Панда с Инумаки почему-то не стали допрашивать девушку, чему Оккоцу сильно удивился.  Наверное, его возвращение стало для них главным событием, и не важно, что Зенин вдруг опять ведёт себя по-старому. А может, они знают больше, чем надо, и просто решили, что взрослые люди разберутся со своими проблемами сами, хотя на Панду с Инумаки это совсем не похоже. Тогда дело рук Сатору? Нет, в синеглазого верится ещё меньше… — Маки-сэмпай, ты не разговаривала со мной с тех пор, как я прибыл… — Юта находит минутку, когда они с Маки остаются наедине, только к вечеру.  Он входит в помещение и аккуратно закрывает за собой дверь, будто боится создать шум, на который соберутся другие маги и разрушат сформировавшуюся идиллию. Не сейчас.  — А что я, по-твоему, должна была сказать?  Маки сидит на парте, на которой год назад сидел Юта, когда они остались одни в техникуме, в то время как все разъехались на выходные. В тот день они впервые поговорили по душам и Юта признался, что хотел бы быть таким же сильным, как Маки, а та, в свою очередь, поделилась своим Небесным ограничением, из-за которого собственный клан не признавал её силы, и пообещала доказать им обратное, став новым главой. — Как трудно было отпустить тебя на другой континент после всего, что произошло? — Маки, наконец, одарила его взглядом и продолжила, — Или как мучительно было ожидание, пока ты не вернёшься в техникум? А может, как паршиво я себя чувствовала, проводя дни и ночи в мыслях, что ты забыл нас и у тебя появилась девушка? Что ты забыл меня… Не «ты мне нравишься» или «я тебя люблю».  — Маки-сэмпай…  — Для тебя я больше не сэмпай, — Маки неожиданно приближается, пока Оккоцу всё ещё стоит в дверях, не решаясь подойти, и резко хватает того одной рукой за затылком, тогда как другая находит место на шее, жадно впиваясь в желанные губы. Юта чувствует, как Маки, ухватившись за его волосы, тянет их назад. Отдаёт легкой болью, в которой будто заложено наказание от Зенин за то, что ей пришлось целый сраный год скучать по магу, хотя его вины в этом и нет. Юта оправляется от шока, после чего пытается ответить на страстный поцелуй девушки, но так и не может поспевать за ее ритмом.  Казалось, Маки думала, что Юта может вот-вот испариться, пропасть, уйти и никогда уже не вернуться. Она целовала его до потери сознания, а здравый рассудок покинул её ещё в тот момент, когда она косвенно призналась в своих чувствах, не забывая подключить привычный ей язвительный тон. — Маки… — Юта схватывает всё на лету, — Всё закончилось. Я больше не оставлю тебя одну, больше не уйду. Я стал намного сильнее прежнего и сейчас имею право находиться рядом с тобой. — Дурак, — Оккоцу отмечает, что впервые за сегодня смог лицезреть красивую улыбку Маки, — Ты и так был сильным. Это мне стоит побыстрее догнать тебя.  Утро и вечер для них на сегодня словно антонимы. Холодная атмосфера из аэропорта сменяется на тёплую, будто градусы к вечеру не упали, а, наоборот, добавились.  Они смотрят друг другу в глаза ещё чуть-чуть, а потом, немного поговорив, решают собраться всей компанией с друзьями, чтобы наверстать упущенное.