Впервые

Тёплый свет единственной лампы освещает приватную комнату бара. Играет джаз. Мужчины, сидящие за небольшим столиком, пьют алкоголь, периодически смеясь. — Аластор? — М? — отзывается радио-демон, находящийся на диване рядом с Винсентом. — ты когда-нибудь целовался? — пьяно спрашивает он, нелепо заигрывая. — Нет. — Я могу это исправ… — Нет. — Оке-ей… — Винсент откинулся на спинку дивана, убирая руки за голову, — Я хотя бы попытался. Теперь в помещении повисла неловкая тишина. Неловкая, видимо, только для влюблённой в собеседника коробке. — Почему? — Винсент помолчал пару секунд, после чего стал нелепо оправдываться: — … В смысле, я понимаю почему не хочешь со мной, и вообще это была шутка! Но чтоб ни один человек тебя не заинтересовал? Серьёзно? — Хм… — Аластор задумался, спокойно отпивая немного виски, — Нет. Какой смысл в этом бесполезном действии? — Передать… чувства? — Чувства? Нет, ты не прав, Винсент. — радио-демон стал перебирать в голове скудные знания о поцелуях, — Не все кто целуются — возлюбленные. — Существуют не только романтические чувства. — закатил глаза Винсент, осознавая, что вряд ли Аластор вообще поцеловал бы что-то, кроме зеркала. Сильнейший из двух демонов ничего не ответил, размышляя о чем-то своем. Теперь ему и впрямь было интересно, что такого люди нашли в поцелуях. Сие действие не выглядело настолько приятно, скорее уж мерзко. А целоваться с экраном? Это было бы смешно, Аластор посмеялся под нос, хитро прищурившись. — То есть, раз это шутка, ты против поцелуя со мной? — Что? Нет! — Винсент опешил, — Ну… Если бы это было… Необходимо, то наверное, почему нет? — Хм… Моя заинтересованность в этом — достаточная необходимость? Винсент не ответил, нервно усмехнувшись, когда Аластор слегка наклонился к нему, загадочно улыбаясь. Он поставил свой бокал на столик, ближе двигаясь к начавшему краснеть Винсу. Оказавшись в 5 сантиметрах от чужого экрана, радио-демон остановился. На мужчин обрушилось неловкое ожидание. — …Ну? — прервал тишину Аластор. О! Только сейчас телевизионная коробка всё осознала, сильнее заливаясь голубой краской. Чутка помедлив, он прикоснулся своими губами к чужим, прикоснувшись к чужому плечу. Робкие прикосновения губ продолжались недолго. Всего пару секунд. Отдалившись, они глупо смотрели в глаза друг друга. Поддавшись импульсу, Винсент приблизился обратно для более долгого поцелуя. Аластор стал отвечать на второй поцелуй, слегка обнимая чужую шею до того, как теле-демон успел запаниковать о неправильности своих действий. Щёки обоих горели, воздух разгорячился. — И какие «чувства» ты пытался передать? — закончив, смотрел Аластор в его глаза, посмеиваясь. *** Прошло 70 лет. Они никогда не обсуждали этот случай, никогда не повторяли. Вокс по сей день задавался вопросом, что значил этот поцелуй для Аластора.