Ночная прогулка под сводами ветров

Молодой чернокожий парень в свободных темных одеяниях покоился на диване, коротая время до момента как солнце зайдет за горизонт и небо полностью окунется в холодную синеву индиго. Священнослужитель не спеша изучал старую книгу, что давно пылилась в большой тёмной библиотеке. Содержание плавно перетекало со страниц в сознание Энрико, подавая темы для размышлений в течение монотонных дней.  Через палевый тюль виднелись теплые оттенки неба, пытающиеся осветить город и отдалить момент завершения дня. Из светлого, персикового оттенка,  горизонт перетекал в лиловый, а на востоке уже и вовсе отдался темному, сапфировому тону.  Через некоторое время после того как тьма опустилась на город, внутри небольшого мира появилась ещё одна жизнь. С каждым рассветом она исчезала, оставляя юнца одного приглядывать за тем небольшим что было внутри поместья, а с моментом как на небосводе начинала господствовать бледная луна — возвращалась вновь, составляя компанию Пуччи.  Не было слышно ни шагов, ни шорохов, ни дыхания, но священник знал, что он тут.  Парень оторвал взгляд от печатного текста и уставил его в сторону, откуда виднелась уводящая во мрак комнат часть песчаного коридора. Через несколько секунд во тьме появился Дио. Дио – его Бог.  Лунное сияние озарило белое лицо. Точеные скулы, янтарные глаза, мраморная кожа – божественная красота вампира завораживала. –Доброй ночи,—поздоровался вампир.  –Доброй,—Пуччи старался быть непринуждённым. Дио развернулся и скрылся во мраке.  Юнец сомкнул страницы чтива, задул плясавшее пламя свечей, взял мантию, потрепанную египетским песком, и последовал за ним.  Когда оба покинули обитель, их лица овеял прохладный воздух.  Светлые волосы вампира развевались на ночном ветру. Он повернулся к спутнику.  –Энрико, мой друг,—обратился блондин ласковым голосом.  Парень поднял голову на зов и протянул Дио руку. Тот с нежностью принял ее, и оставив на тыльной стороне прикосновение губ, потянул чернокожего за собой, вглубь песчаных, остывающих после жаркого дня улочек.  Они молча шли по ночному городку. Один лишь египетский ветер напоминал о том что они не одни. В понимании Дио, именно ветер не давал им быть наедине. Ветер был тем, что не было подвластно вампиру, контролирующему жизнь, смерть и время.  Возгласы певца пустынь стали более ощутимы, когда двое стали подниматься по скалистому хребту, возвышающимся над городом. Мальчик поежился. Вампир лишь сжал руку того сильнее и повел за собой.  Они взошли на песчаную площадку которая была укрыта нависшей скалой. Напротив открывался вид на город, застеленный пеленою сна и освещаемый луною, еле пробивающуюся через толстый слой сизых облаков.   Дио опустился на песчаную поверхность откидываясь на холодную стену. Его золотистые волосы лились по плечам, глаза охватывали здания занесенные песком, а губы выдавали надменную улыбку и иногда оголяли точеные о человеческие кости клыки. После того как вампир удостоверился в своей власти над городком, он посмотрел на парнишку.  –Энрико, друг мой,—Дио выудил компаньона из размышлений. Тот сел рядом, сохраняя дистанцию.–Ты знаешь что мне неподвластно в этом мире ?—вампир устремил взор в необъятное небо.  –Не имею понятий,—он замешкался.–В моём представлении, в наземном мире нет того, что могло бы быть Вам неподвластно. –Ветер. Он волен скитаться по миру. Он носится по пустыне, нагоняя золотые дюны, и даже мой The World не может остановить его рвения… Он поистине свободен,—Дио заглянул в глаза спутника.–Но сравнима ли свобода с Раем ? Является ли свобода всем тем, чего он желает ? И всё это так мимолетно… всё что он видит, всё в последний раз,—блондин придвинулся к Пуччи и упокоил свою голову на его плече.–Всё так быстро меняется: города, люди, страны. Успевает ли он за такое краткое время насладиться торжеством над всем сущим ? На недолгое время их окутало молчание. Вампир, не теряя своего величавого вида, оглядывал спящий город и песчаные дали, пока молодой священник пытался унять предательский румянец.   Через тонкую ткань платья, парень чувствовал холод чужой кожи, словно он касается не живого организма, а студеных камней. Хоть телу и было прохладно, внутри всё только разгоралось.  Дио нечасто миловался со священником.  –Мы превосходим ветер в том, что у нас больше времени. Пока что – до рассвета. Со временем и лик дневной подчинится Вашей воле,—сказал паренёк с надеждой в голосе на то, что его Бог тоже считает заход солнца «их» временем.  Дио усмехнулся. Он повернулся лицом к пареньку. Рука отлитая из белого мрамора обернула тонкую талию.  –Я тешусь твоим мною очарованием,—мужчина сделал паузу.–Даже если все места будут пусты, но на сцене буду я, ты будешь смотреть на меня ни на секунду не отрывая взгляда. Твои аплодисменты раздадутся эхом в огромном партере. Ты – единственный зритель,—Брандо озвучил то, чего Пуччи боялся и не желал признавать.  Даже смотря на Дио сверху вниз, мальчишка чувствовал себя как на ладони. Нагим, беспомощным и уязвимым. Вампир притянул Энрико к себе. Тот откинул голову и полностью отдался железному хвату Бога, не желая сопротивляться. Перед мужчиной открылось сокровенное. Взору предстала тонкая, изящная шея. Свободной рукой он обхватил её, щупая нежную холодную кожу. Надавив на адамово яблоко, Дио вызвал невольную дрожь в теле Энрико.  Чувствуя частый пульс под смуглой кожей, он ясно понимал, что держит в руках жизнь. Вампир редко задумывался над таким, человеческая жизнь не была для него чем то стоящим. Но жизнь этого молодого чернокожего священника не была ему безразлична. Бледной луне снова представилась возможность озарить клыки вампира.  Дио склонил голову и вдохнул. Воск, лён и пепел. Ничего больше.  Энрико в тот момент не мог думать ни о чём. Он как и все – поддался обаянию Дио и растворился в его объятиях. Ощущение сильных рук на теле вгоняло в краску и учащало сердцебиение, затуманивало разум и все больше отбивало желание отпрянуть.  Медленно, Дио подбирался к тому, чем уже обладал, но не смел этого показать.  Он мягко накрыл губы парнишки своими. Такие поддающиеся, несмотря на все запреты о грехе. В момент достижения желанного его словно окатило волной, и как зверь, он вцепился в жертву. Яростно целуя, он ласкал уши, шею, цеплялся за волосы и лез под платье через узкий ворот.  Вампир успокоился только тогда, когда смог лицезреть грудь и изящные по форме плечи того. Он снова опустился и вдохнул.  –Мой Энрико. Ты так прекрасен,—томным голосом протянул Дио, прижимаясь к телу спутника.  Пока ты у меня есть, я господствую даже над ветрами этой планеты.