***
Юнги стоял у окна, лениво наблюдая за городом. Солнечный свет мягко пробивался сквозь шторы, делая его волосы чуть золотистыми на концах, а глаза — зелёными, почти как чайная листва после дождя. Он повернулся, заметив Намджуна, который тихо вошёл в комнату. — Джун, — сказал Юнги, едва слышно, но с явным сарказмом, стараясь скрыть лёгкое напряжение. — Ты вообще умеешь появляться незаметно, или это у тебя талант? Намджун слегка улыбнулся. И тут Юнги заметил: это была не обычная улыбка. Его губы мягко изогнулись, а ямочки на щеках едва-едва проявились, делая выражение лица одновременно милым и завораживающим. Юнги невольно задержал взгляд. Сердце замерло на секунду. — …чёрт, — пробормотал он про себя. — Я думал, я это уже видел, но нет. Намджун, словно прочитав его мысли, наклонил голову и тихо рассмеялся. — Ты что, заворожён? — спросил он, играя с Юнги, и глаза его слегка блеснули. Юнги резко отвернулся, краснея чуть-чуть, но не полностью, пытаясь сохранить «свою линию». — Заворожён…? Нет, нет, — пробормотал он. — Я просто… оцениваю освещение и… вообще. Намджун усмехнулся, но в голосе появилась нотка удивления. — Оцениваешь меня? — тихо спросил он. Юнги вздохнул, подпёр подбородок рукой и едва заметно улыбнулся. — Ну, оценка по десятибальной шкале, Джун… — произнёс он с лёгкой насмешкой, стараясь показать сарказм, но в голосе проскакивало что-то более мягкое. — …ну, не знаю, пока на девять. Намджун моргнул. — На девять? — переспросил он с улыбкой, играя с прозвищем. — А почему девять? Осталось место для улучшения? Юнги фыркнул. — Ну, тебе ещё предстоит доказать, что ты можешь достичь идеала. Намджун рассмеялся, и Юнги, впервые, не мог отвести взгляд. Его глаза сверкали в солнечном свете, волосы чуть взъерошены, а губы — мягкая дуга, почти играющая светом. Ямочки на щеках придавали всему образу лёгкую детскую озорность, и Юнги тихо подумал: «Как можно быть одновременно таким опасным и милым?» — Ладно, — тихо сказал Намджун, приближаясь. — Буду работать над этим, чтобы заслужить десять. Юнги, чувствуя лёгкое волнение, повернулся к нему, ухмыльнулся и, наконец, сказал: — …Да, Джун. Посмотрим, сможешь ли. Намджун хмыкнул и впервые в жизни сказал саркастическую шутку: — Джун, говоришь… Ну что ж, похоже, моё новое имя уже начало действовать магически. Следующее — «Великий Археоптерикс», может, оставим на десерт? Юнги лишь фыркнул, но в глазах засветилась игривость. — Хм, попробуй. Только помни, я умею очень плохо относиться к шуткам… — сказал он, слегка наклонившись к нему. Намджун улыбнулся снова, чуть мягче, почти без слов, словно готов был зависнуть в этом мгновении навсегда. Юнги тихо улыбнулся в ответ, ощущая необычное, мягкое тепло внутри, смешанное с обычной долей сарказма. И впервые за долгое время они просто смотрели друг на друга, без системы, без заданий, без внешнего мира. Только они, их взгляды и те самые ямочки, которые делали Намджуна таким завораживающим.***
Юнги сидел за столом, поглощая салат из банана и огурца, запивая всё зелёным чаем. День был обычный. Солнечный свет просачивался через шторы. Тишина. И вдруг… Хэ На (в мыслях): Новое задание загружено. Хозяин: родить сына Ким Намджуну или сразу двойня. Юнги замер. Чай чуть застрял в горле. — …Что?! — выдавил он. — Что ты только что сказала?! Он отложил салат, уставившись в пустоту. — Мне же всего двадцать два! — почти кричал он мысленно. — Ты с дуба рухнула, Хэ На?! Где ты два месяца шастала?! Хэ На: Нестабильное состояние хозяина зафиксировано. Рекомендуется не употреблять странную еду. Юнги уже с трудом удерживал чашку. — ЧТО?! — прокричал он, хлопнув по столу. И тут… бац. Юнги резко вскочил, побежал в ванную, обхватив живот. — …ЧТО?! — едва шептал он себе. — Я… я что, БЕРЕМЕННЫЙ?! Он уставился на отражение в зеркале, моргая. Голова кругом. Волосы слегка растрёпаны. Его глаза были широко раскрыты, словно он пытался понять, что это за чертовщина происходит. — Подожди, подожди, — бормотал он себе, схватив голову руками. — Я проверял всё, точки… нет… задержка… уже месяц?! Он сел на край ванны, дыша тяжело. — Н-не может быть… В голову закрались странные мысли: «…Ну, ладно. Даже если это шутка системы, что я должен делать?! Как вообще… как это… сработает?!» И тут в голове снова голос Хэ На: Хэ На: Время реакции ограничено. Рекомендую действовать. Юнги чуть не подпрыгнул от ужаса. — ДЕЙСТВОВАТЬ?! — крикнул он. — Да ты с ума сошла! Я еле успеваю сдерживать этот хаос, а теперь я должен… Он замолчал, потер лоб. — …родить? Сын… сыновей?! На секунду Юнги просто сидел, тихо дыша, глядя на свои руки, словно они теперь обладали какой-то новой ответственностью. — …Хорошо, — выдохнул он наконец, будто сдался перед невидимой катастрофой. — Если уж система решила, что моя жизнь не может быть скучной… то окей. Была ни была. Он поднялся, оглядел комнату, словно там кто-то мог дать ответы, и тихо пробормотал: — И, честно, Намджун… тебе же должно быть весело со мной. Ты даже не представляешь, какая я… замечательная по части хаоса. Юнги уже начал составлять в голове план действий: Как скрыть своё состояние от всех… пока не поздно. Как убедиться, что Намджун вообще не в панике. Как выжить ещё и остаться саркастичным, как ни в чём не бывало. Он вытер руки, вдохнул глубоко и, с каким-то странным напряжённым смехом, сказал себе: — …Ну что ж, Юнги, кажется, твоя жизнь только что превратилась в полную катастрофу. И кто сказал, что это будет скучно? На этом моменте он впервые почувствовал странное сочетание ужаса, паники и… лёгкого волнения. — …И да, Джун, — пробормотал он тихо, почти улыбаясь. — Тебя это тоже касается. To be continued......