«Всё, совершённое тобой, к тебе же вернётся»
Аль Капоне.
Продрав глаза, Лена увидела на электронных часах, стоявшие прикроватной тумбочке, шесть утра. Её зрение спустя несколько секунд после пробуждение стало чётче, и она лицезрела, что спит на боку спиной к постельному месту, где должен спать Виктор. Переворачиваться не хотелось, чтобы не подтвердить свои догадки, что его нет, но пришлось. Как и ожидалось, мужа не оказалось рядом. Он ее не разбудил. Все стало ясно. Лена встала с кровати, по привычке, что ей вдалбливали с самого детства: "Встала–застели кровать", благополучно это сделала. Пройдя на кухню, увидела, что на столе стоял недопитый чай, налитый в кружку. Но следователь удивилась, когда поняла, что это не та самая "Любимому мужу". Лене стало настолько обидно, ведь она, не смотря на все обиды, продолжала пить из своей "Любимой жене". Промелькнула мысль разбить все кружки в доме от злости. Лене пришлось воздержаться, оно того не стоит, чтобы потом ходить с веником по всей кухне и подметать все осколки, еще не дай Бог порезаться. Завтракать наша главная героиня не стала. Кусок не лез в горло. – Я его тебе силой тогда затолкаю,– вспомнилась фраза бабушки, когда она еще была жива, часто так говорила из-за того, что Лена отказывалась есть и именно после фразы про кусок и горло. Одевшись, она вышла из дома. По дороге не было знакомых лиц, оно и к лучшему, не хотелось сейчас с кем-то разговаривать. На встречу Лене шла молодая пара, они ходили за руку, девушка смеялась, так искренне, что даже обратила на это внимание следователь. А парень что-то продолжал говорить, от чего девушка еще громче начала хохотать. Лена вспомнила первые 5 лет после бракосочетания с Виктором. У них были такие же отношения, но все изменилось, когда Андрей Васильевич(отец ее прошлой одноклассницы и барабанщицы группы "Ранетки"– Лера) предложил Степнову встать на его должность. Тогда-то Лена уже имела высшее юридическое образование, и он мог сам назначить себе следователя. Когда они начали работать вместе, что-то резко изменилось. Виктор стал более грубым и непонятным. То ему хочется объятия и внимания, то он шлёт тебя далеко и надолго. –О-о, Лена! Здравствуй, какими судьбами, куда спешим?‐ голос был довольно знакомый. Лена подняла глаза, это был Андрей Васильевич. Вспомнишь солнце, вот и лучик. Походу сама судьба его привела к ней. –Здравствуйте, Андрей Васильевич. На работу иду. Как у вас дела? –У меня то хорошо, а ты устроилась куда-то что-ли?- Лена не поняла сначала, почему Новиков спрашивает. Видимо Степнов не рассказал ему ничего. Опять Лене, как с самого утра, стало обидно, что он ничего не рассказал. – Да, следователем. В ваш прошлый отдел. Сейчас там.. Степнов.. полковник. Андрей Васильевич удивился, но промолчал. Ей всегда в этом мужчине нравилось то, что он видит людей насквозь. И в очередной раз это подтвердилось. –Вы поссорились что-ли? –Андрей Васильевич.. Нет, не поссорились, просто настроения нет. –Дам тебе совет,–он продолжил,– ссоры–это нормально, нужно уметь прощать. Я не знаю, что у вас произошло, но если он что-то и сказал, то по глупости, и не нужно брать это на свой счёт. В этом и прикол, что он даже ничего не сказал. Он то и делает, что обесцениваниет Ленины проблемы. –Извините, я спешу. –Ой, извини, заболтал тебя. Я приехал в командировку, если что, как обычно в этом доме живу–Андрей Васильевич указал на дом, который находился по левую руку от него,–заходите со Степновым на чай, номер квартиры знаешь. –Спасибо за предложение, всего доброго! Не дав мужчине договорить, она быстрым шагом пошла в сторону участка. Управление, как всегда, жило своей жизнью. В коридоре стоял привычный шум — кто-то обсуждал дела, кто-то спорил, телефоны звонили почти без перерыва. Всё было как обычно. И, наверное, именно это больше всего раздражало. Будто ничего не произошло. Лена зашла внутрь, не останавливаясь у входа. Дверь за ней закрылась с тяжёлым звуком, и она сразу почувствовала, как внутри что-то окончательно «включилось». Дом остался позади, вместе с утренней тишиной и тем неприятным осадком. Здесь нужно было работать. По коридору она шла быстро, почти не глядя по сторонам. Она поняла, что нужно отделать свои проблемы от работы. На рабочем месте, ты работаешь, всем плевать на твои проблемы, ты должен все сделать вовремя. –Елена Никитична, можно?–постучавшись, в кабинет вошла Лаврова. Интересно, почему она обратилась к Лене по имени-отчеству. Всегда была "Лена, Ленка". –Привет, проходи. А чего по имени-отчеству?- следователь спросила с улыбкой. –Извини, привыкла. Ну, я по делу. Вообщем,–девушка села за стул перед Леной, поправляя свои длинные темные волосы,– есть новая информация про дело, которое ты ведёшь. –Если это не поможет в расследование, то я тебя все равно расцелую. –Расцеловывать необязательно, можно просто в щёчку, этого достаточно. Итак,–Дарья положила перед Леной папку с бумаги, там было около десяти листов формата А4, текст был напечатан с обеих сторон,–почитай. Сначала был написан сплошной текст, но потом Лена заметила, что формула этого наркотического средства изменена, будто ее доработали. Дальше она заметила запись, где повествуется, что буквально два дня назад в Москве случилась передозировка того же средства. Парень, двадцать лет, тело нашли в квартире. –А как именно поняли, что это именно эта формула? –Валялись пакетики с этим, точность на девяносто девять и девять с нашей, ошибиться невозможно. Их было очень много, под ванной нашли целую коробку с этим. –Говоришь.. двадцать лет парню?,– Лена с неким "подозрением" смотрела на Лаврову. –А что? –Сама подумай, парень вряд-ли имел высокооплачиваемую работу, откуда столько денег на такое количество? –Я без понятия. –Ну ладно, это хоть что-то. Спасибо тебе огромное. –А поцелуй в щеку будет? Ты обещала! Лена закатила глаза и поцеловала коллегу в щеку. В этот момент, почему-то без стука зашёл Свердловский и Степнов. –Елена Никитична, Дарья Олеговна.. вы..,–Василий Николаевич посмотрела на Степнова,– что тут происходит? –Между прочим, повод поцеловать Дарью Олеговну был, она нашла новую информацию, которая причастна к нашему делу. Свердловский перевел взгляд на "алхимика"(так Дашу называли в школе, потому что была единственной кому нравилась химия, она сама рассказывала). Было видно, что он недоволен. –Ясно. Хвалю.– Свердловский посмотрел на всех и вышел. Они все остались втроём. Степнов и Кулёмина смотрели друг на друга, Даша это сразу поняла и, попрощавшись со всеми, вышла. –Поговорим? Да, наконец-то Лена этого добилась. Хотелось заорать "Нет, я уже тебя простила, все хорошо". –Ладно. Садись. Первые две минуты Степнов смотрел на Лену, не мог оторвать взгляд. Соскучился, это видно. –Извини, что прерываю, но скорее всего ты должен начать разговор, так как предложил. –А, да, прости. И.. в принципе прости, за все. Я никогда не обесценивал твои проблемы, мне очень жаль, что мы поругались. Очень соскучился. –Давно уже простила, все хорошо. Лена встала, подбежав к Степнову, обняла его. Он тоже встал со своего места. Они простояли так минут семь. Вот он, ее любимый. Вернулся.