Затерянные Эхо

Все та же комната, зажигалка, та же рутина. Затяжка, еще, дым жжет мои легкие. Вторая затяжка ощущается так же, как первая. Я сомневаюсь, но секундой позже снова затягиваюсь. Комната начинает вращаться — нет, это мое сознание — нет, что-то вращается. Все кажется таким знакомым, будто я был здесь тысячу раз. Конечно, я был; это моя комната. Я здесь каждый день. Я зажигаю второй косяк, вкус тот же, что в прошлый раз. Я выдыхаю, наблюдаю, как дым плывет — плывет в тех же вихрях, что и раньше. Потолок падает; я помню, точно, как он опускался вот так пару дней назад. Я ловлю себя на мысли, что я знаю. Я знаю всё — всё, что случилось и чему суждено. Шепот пробирается сквозь дым, пытаясь сказать что-то, Что-то, что я не могу понять или вспомнить. Я пытаюсь сосредоточиться, но слова будто тают в дыму. Я играю в догонялки с этим голосом, пока не поймаю его. Он говорит: «Помнишь ли ты?» Да, я помню. Он говорит: «Тебе не сбежать!». Он говорит: «Тебе не сбежать!». Я кричу — Кричу голосу, что он неправ. «Помнишь? Тебе не сбежать! Помнишь ли ты? Еще… еще…» Дым бьет мне в лицо, заставляя закашляться. Я кашляю, я задыхаюсь, я падаю. Опять! Я кашляю, я задыхаюсь. «Тебе не сбежать!» Я падаю. «Тебе не! Помнишь? Сбежать!» Я хватаю воздух, пытаясь прогнать надоедливые голоса. «Помнишь ли ты?» Я кричу: «Да! Я помню! Я знаю! Ты отъебешься!» И голоса затихли. Я дышу. Я здесь. Я — это я. Я делаю еще затяжку; эта ощущается особенно, тихо, почти по-настоящему.