Рыжий ворон

После второй пары Семена вызвал Игнатьев. Заведующий сидел за столом, барабанил пальцами по бумагам. Семен вошел, прикрыл дверь. — Садись. Семен сел. — Петрович, со второго курса, — без предисловий сказал Игнатьев. — Две недели не появляется. Звонки игнорит. Староста говорит — дома либо нет, либо не открывает. Игнатьев подвинул к нему бумаги. — Успеваемость по твоему предмету — хуже некуда. Да и по другим тоже. Если так пойдет — отчисление. Ты ее куратор, значит тебе разбираться. Сходи домой, поговори. Узнай, что случилось. Может, вытянем еще. Семен взял бумаги, глянул на адрес. Квартира 37. Пятый этаж. Дверь слева. — Я зна... понял, — сказал он. Игнатьев с призрением посмотрел на семена, но кивнул: — Сегодня сходи. Не тяни. Семен вышел. --- После пар он поехал домой. В автобусе смотрел в окно, но ничего не видел — мысли крутились вокруг одного: в восемь вечера он должен постучать в тридцать седьмую. Дома он просидел на кухне два часа. Пытался читать, пытался есть — ничего не лезло. Смотрел на часы каждые пять минут. Без пяти восемь встал, оделся и вышел на лестничную клетку. Дверь слева — серая, облупившаяся, с цифрами «37» краской — была закрыта. Семен подошел и остановился. Из-за двери доносились звуки — женский голос, быстрый, ритмичный, как заклинание. Тот самый шепот, который он слышал ночами. Он поднял руку и постучал. Звук за дверью оборвался мгновенно — будто выключили. Тишина. Семен ждал. Секунда, пять, десять, пятнадцать. Ни звука, ни шагов. Он постучал снова, громче. Снова тишина. Семен выдохнул, постоял еще немного и уже собрался стучать в третий раз, когда щелкнул замок. Дверь приоткрылась на цепочку, и в щели появился глаз — злой, недоверчивый. — Чего надо? — голос хриплый, уставший, раздраженный. — Меня направили из университета. — Вижу, что не из жкх, — перебила она. — По делу говори. — По поводу твоей учебы. Пауза. Глаз исчез, лязгнула цепочка, и дверь открылась шире. На пороге стояла Варя. Домашняя растянутая футболка, старые штаны, волосы растрепаны, лицо бледное, под глазами тени. Выражение лица — такое, будто она сейчас пошлет его куда подальше. Варя осмотрела на гостя с ног до головы, и тихо с усмешкой сказала — Куратор хренов.. — Я? Да... — Семен хотел возразить, но варя перебила. — Звонили уже, сказали, какой-то Куратор придет. Не думала, что ты. Она снова окинула его взглядом, хмыкнула: — Ладно, заходи. Не стой как памятник. Развернулась и ушла вглубь квартиры, даже не глядя, идет он за ней или нет. Семен шагнул через порог. --- Он закрыл за собой дверь. Прихожая была маленькой — старая вешалка, пара кроссовок, зеркало в треснувшей раме, на полу коврик с выцветшим узором. Пахло дымом и еще чем-то сладковатым — травами или благовониями. Из комнаты, куда ушла Варя, донесся звук — что-то упало, потом шорох, быстрые шаги. Дверь в комнату была приоткрыта, старая, с какими-то полупрозрачными вставками. Сквозь них Семен увидел силуэт — Варя металась по комнате, наклонилась, подняла что-то с пола, сунула под кровать, потом еще что-то схватила со стола, убрала в шкаф. Быстро, нервно. Потом все стихло. Семен стоял в коридоре и ждал. Разулся, повесил куртку на вешалку. Огляделся. Коридор вел на кухню — маленькую, с окном во двор. На подоконнике стояли свечи — много, белые, черные, разного размера. Рядом баночки, коробочки, какие-то пучки трав, подвешенные вверх ногами. На стене висел странный рисунок — круг, внутри символы. Семен не понял, что это, но внутри неприятно кольнуло. Он перевел взгляд на дверь комнаты. Силуэт за полупрозрачной дверью замер, потом дверь приоткрылась, и в щели показалось лицо Вари. — Заходи, — коротко бросила она. Дверь открылась шире. Семен шагнул в комнату...