Идеальная Уязвимость

Айрис потребовалось добрых десять минут, чтобы заставить свой разбушевавшийся организм поверить, что сейчас не время для эволюционного скачка. Она заперлась в санитарном блоке, включила ледяной, резонансно очищенный душ и стояла под ним до тех пор, пока персиковый румянец не сошел с её щек, уступив место привычному холодному перламутру. Она методично, яростно расчесывала и заплетала свою колоссальную косу, затягивая её так туго, словно пыталась связать собственные инстинкты. «Это просто химия. Гормональный отклик на идеальный доминантный катализатор. Я контролирую себя. Я специалист по агрессивным средам», — повторяла она про себя, как мантру. Когда Айрис наконец вышла в гостиную, облаченная в свой рабочий, плотно облегающий смарт-комбинезон, её эмпатический фон был почти идеально ровным. Почти. Она старалась не смотреть прямо на Дару, которая невозмутимо сидела на краю кресла, допивая свой двойной кофе. — Физиологический баланс восстановлен, — сухо отрапортовала Айрис, занимая место за голографическим столом. — Симметрия, запрос! Моя утренняя норма калорий. И разверни рабочую область проекта «Щит Хаоса». Нам нужно оценить ночные правки Сети. — Выполняю, — мягко ответил ИИ, материализуя перед элари порцию питательных кубов. Над столом вспыхнул свет. Голограмма каньона «Слезы Рахары» развернулась в воздухе, а затем… Дара, только что поднесшая чашку к губам, резко закашлялась. Горячий черный кофе обжег горло, но принцесса Хаоса даже не обратила на это внимания. Она с грохотом поставила чашку на стол, неотрывно глядя на проекцию. Айрис повезло больше. У неё во рту не было ничего, кроме воздуха, который она забыла выдохнуть. Её и так большие глаза расширились ещё. Они обе сидели в абсолютной, оглушительной тишине, переводя ошарашенные взгляды друг на друга и на то, что висело над столом. То, что вчера вечером они спроектировали как агрессивный, монолитный бастион — суровый черный шип, вгрызающийся в скалу, с небольшим жилым крылом и скрытым арсеналом — исчезло. На его месте возвышалось нечто, что в Амбере назвали бы архитектурным безумием, а во Дворах Хаоса — резиденцией Верховного Лорда. Базовая концепция Дары — ломаные линии, матово-черный композит, отсутствие плавных обводов — была сохранена с маниакальной точностью. Сеть не посмела тронуть эстетику «структурной агрессии». Но масштаб… Один шип превратился в каскад зубчатых башен, спускающихся по стене каньона, подобно застывшей черной лавине. Ядро, где Дара планировала установить фокусную линзу, теперь находилось в колоссальном, подвешенном над пропастью многограннике, который поддерживался паутиной переплетающихся арочных контрфорсов. Вокруг него, словно орбитальные станции, левитировали (или делали вид, что левитируют, опираясь на силовые поля) дополнительные лабораторные модули, защищенные многослойными сферами Изоляционного Контура. Жилая зона, которую Дара просила сделать аскетичной, разрослась до размеров небольшого города. В ней появились террасные сады (полностью закрытые бронированным стеклом, как она и требовала), многоуровневые тренировочные комплексы, каскады гидропонных ферм и залы, чьи размеры позволяли бы принимать парады. И самое невероятное — голограмма продолжала меняться прямо у них на глазах. Крошечные зеленые маркеры вспыхивали то тут, то там. Сеть, получив ночные данные от Веспер о потоках плазмы и гравитационных аномалиях, в режиме реального времени адаптировала дворец. Кто-то на другом конце планеты добавил к одной из башен гигантские радиаторы для отвода избыточного тепла. Кто-то другой спроектировал сложную систему сейсмических компенсаторов в фундаменте. Третий перерисовывал геометрию арсенала, добавляя к нему шлюзы для крупногабаритных грузов. — Это… — Айрис сглотнула, её голос был слабым писком. — Это не бастион. — Это проклятый Амбер, вывернутый наизнанку и покрашенный в черный цвет, — хрипло закончила за неё Дара. Принцесса Хаоса откинулась на спинку кресла, чувствуя, как у неё начинает дергаться глаз. Она просила крепость. Плацдарм. Убежище. А эти безумные, бессмертные архитекторы-эмпаты за одну ночь спроектировали ей империю. — Айрис, — Дара медленно повернула голову к серебряной элари. Её голос звучал опасно тихо. — Я просила тебя заложить скрытые ниши для турелей. Что это за ангары на нижнем уровне? Айрис судорожно заскользила пальцами по интерфейсу, выделяя указанную зону. — Это… э-э… «Многофункциональные доки для приема и обслуживания тяжелой автономной техники, не предусмотренной стандартами Сиарисса», — прочитала она комментарий к правке, оставленный какой-то неизвестной группой инженеров-радикалов. — Они… они решили, что раз у тебя будет арсенал, то тебе может понадобиться место для… ну, чего-то вроде осадных машин? Дара закрыла лицо руками в черных перчатках и издала долгий, мученический стон. — Ваши люди сумасшедшие, архитектор. Вы не знаете, что такое война, но строите мне крепость, способную выдержать Армагеддон. Зачем?! Айрис, наконец-то совладав со ступором, начала яростно листать логи обсуждений в Сети. Её глаза забегали по строкам кода и комментариям. — Дара, ты не понимаешь… — пробормотала элари, и в её голосе начал пробиваться привычный фанатичный восторг. — Это не просто стройка. Это первый за тысячелетия вызов всей нашей цивилизации! Мы всегда строили парящие, легкие, гармоничные города в идеальных условиях. А тут ты. Ты принесла нам концепцию «враждебной среды» и «структурной агрессии». Она посмотрела на принцессу Хаоса сияющими глазами. — Для них твой проект — это полигон! Они тестируют пределы наших материалов, нашей физики. Они соревнуются, кто придумает более надежную защиту от гравитационных разрывов, которые ты гипотетически можешь устроить. Они не строят тебе дворец ради твоего статуса, Дара. Они строят его, чтобы доказать себе, что Сиарисс может удержать Хаос! Дара опустила руки и уставилась на мерцающего черного монстра, висящего над голографической пропастью. Она вспомнила слова Веспер о том, как Порядок задыхается от собственной идеальности. Кажется, сумеречная натуралистка была права. Как только элари получили задачу, где можно было не заботиться об эстетике гармонии, а сосредоточиться на чистой, брутальной функциональности и выживании… они сорвались с цепи. — Они интегрировали данные Веспер о левиафанах, — Айрис ткнула в другую часть голограммы. — Смотри! Они спроектировали магнитные отражатели на внешних стенах, чтобы плазмоядные твари не терлись о твои спальни, как кошки о диван. Это гениально! Дара мрачно хмыкнула. — Значит, моя скромная хижина обросла орбитальными лабораториями и ангарами для танков, потому что вашим инженерам было скучно. — Не хижина, Дара. «Щит Хаоса». И да, им было очень скучно последние пять тысяч лет, — Айрис широко улыбнулась. — Что будем делать? Принимаем изменения? Или я должна зайти в Сеть и сказать тысячам энтузиастов, что принцессе из другой вселенной не нужен зал для парадов? Принцесса Хаоса долго смотрела на голограмму. Это было избыточно. Это было безумно. Это привлекало слишком много внимания. Но, черт возьми, это было грандиозно. И если она собиралась возвращаться во Дворы Хаоса, то почему бы не сделать это из крепости, которая заставит Мерлина и Мандора подавиться от зависти? Дара медленно подняла свою чашку с кофе, который Симметрия заботливо подогрела, и сделала большой, вдумчивый глоток. — Оставь всё как есть, архитектор, — произнесла она, и на её губах снова появилась та самая холодная, властная усмешка. — Если этот мир хочет подарить мне Империю, я не стану от неё отказываться. Но пусть они добавят еще один уровень к арсеналу. Мне понадобится больше места для моих «осадных машин».