Йо-хо-хо и тёмные очки

      Эрика на корабле всего несколько дней, однако уже успела почувствовать себя своей. Чувство непривычное, странное даже, но очень-очень приятное. И, конечно, Эрике очень хочется узнать о людях, с которыми её так спонтанно связала жизнь, побольше. С кого бы только начать?       — Эй, Эрика, ты с очками не расстаёшься, — вдруг раздаётся у неё прямо над ухом, и Эрика невольно подскакивает на месте. — Ши-ши-ши, испугал?       — Они мне… — она касается дужек очков, служащих ей сейчас ободком, и невольно улыбается, — стали очень дороги. Это же буквально как приглашение в команду. Хотя я и бросила тогда своё условие в шутку. А ты… запомнил. И специально мне их подсунул. Или я не права?       — Права, — кивает Луффи, вглядываясь ей прямо в глаза и находя там что-то такое, что заставляет его улыбнуться шире прежнего и сжать поля своей соломенной шляпы. — Так это теперь твоё сокровище?       Эрика не упускает того, как ласково он провёл ладонью по явно повидавшему немало головному убору, едва прозвучало слово «сокровище». Связать дважды два было несложно.       — Капитан, а расскажи о своей шляпе, — не сдержав любопытства, поинтересовалась Эрика.       И капитан рассказывает: о Шанксе, пиратах, Дьявольском Фрукте, жертве рыжеволосого и обещании, которому эта самая шляпа стала главным свидетелем. Эрика задумчиво смотрит на потрёпанную алую ленту, обрамляющую потускневшую немного со временем солому, и решает сбить настрой капитана, ставшего вдруг слишком серьёзным и задумчивым.       — Скучаешь по Шанксу, да ведь? — спрашивает она и дожидается кивка. — Якорь.       — Эрика! — Луффи давится воздухом, и Эрика гордится тем, что теперь она — та, кто застаёт врасплох. — Только не это детское прозвище! Сначала Шанкс, а теперь и ты туда же?       — Ну что поделать, он попал в точку! Ты же не умеешь плавать, — Эрика совсем по-ребячески показывает язык и закрывает глаза тёмными очками, пытаясь выглядеть круто.       Его надутые щёки выглядят настолько мило, что она не выдерживает и смеётся во весь голос: так, как не смеялась уже очень давно. Едва заслышав этот новый звук, Луффи прекращает обижаться, пристально глядит на её искренне счастливое выражение лица и, улыбаясь тепло-тепло, делает нечто совсем уж неожиданное.       — Ты?.. — Эрика поражённо замолкает и ощупывает приземлившуюся ей прямо на макушку соломенную шляпу капитана. Разве ж будет он кому попало давать в руки своё самое большое сокровище?       — Голову напечёт, если продолжишь тут так сидеть. Потом отдашь, — беззаботно отмахивается капитан и резво вскакивает на ноги, тут же беря курс на кухню. — Санджи! Я есть хочу!       Где-то там кок ворчит, что обед уже скоро, а Луффи ноет и просит мяса. Нами со вздохом кидает тому прямо в руки от сердца оторванный мандарин, ласково при этом улыбаясь его неподдельному счастью от такого угощения. Зоро на фоне громко храпит, а Усопп пытается соорудить какой-то очередной снаряд для своей рогатки.       Эрика, скрывая глаза под полями соломенной шляпы, вслушивается в эти ставшие уже привычными звуки и чувствует почему-то влагу на своих болевших от непривычного количества улыбок щеках. Ей кажется, что только что капитан сделал для неё что-то очень-очень важное. И, как оказалось, этого чего-то ей уже много лет не хватало.       — Спасибо, капитан, — шепчет Эрика и бережно сжимает драгоценную солому.