Йо-хо-хо и тёмные очки

      — Почему я не могу оседлать шторма, как это делает Нами? — задаёт Эрика риторический вопрос в пустоту.       Её судёнышко из-за шторма сильно отклонилось от курса. Она оказалась дальше от Маринфорда, чем была изначально, и теперь были все шансы на казнь опоздать.       — Я не сдаюсь, — бормочет, нахохлившись, Эрика.       И она не сдаётся. Она гребёт так, как в жизни не гребла. Она не делает остановок, почти не ест и не спит. Все её мысли заняты состоянием капитана и указующей стрелкой Этернал Поса.       И она… действительно едва не опоздывает.       Едва Эрика высаживается и оглядывает кровавую баню, в которую превратился генштаб Дозора, она замечает это.       Её капитан падает на колени, очевидно слишком обессилевший, чтобы двигаться дальше. От его побитого, практически искалеченного вида у Эрики невольно влага наворачивается на глазах, а в груди что-то очень неприятно колет.       Она срывается с места. Чёртов адмирал Дозора заносит кулак, — это что, магма?! — и направляется прямиком к её капитану.       Она выжимает из своих истощённых борьбой с морем ног все возможные и невозможные силы, и, когда Эйс выскакивает Акаину наперерез, она видит, что для Портгаса это закончится летально.       И поэтому из последних сил прыгает на него, неумело покрывая бок Волей Вооружения. Удар адмирала проходит по касательной, Воля спасает её жизнь, но лава — это адски больно. Эрика падает на комично широко раскрывшего глаза Эйса, неловко ему улыбается и откашливает кровь, прижимая руку к своей обожжённой плоти. А после этого очнувшиеся от оцепенения пираты — Белоуса? — прикрывают их, и Эйс жив, и Луффи тоже, и, и…       Эрика слышит шокированный голос капитана, зовущий её, и чувствует, как теряет сознание. Она истощена непрерывным плаванием в чёртовых водах Гранд Лайн, её бок печёт так, что она готова отключиться уже от этой сводящей с ума боли, но главное то, что…       Успела.