Йо-хо-хо и тёмные очки

      Жизнь в Вано… странная. Эрика чувствует, будто попала в глаз бури: они, замаскированные под жителей столицы, почти спокойно занимаются своей миссией, пока в мире вокруг царит настоящий хаос. До Вано же даже газеты не долетают.       Сплошное неведение. Эрике не нравится такая жизнь. Ей хочется окунуться в окружающую бурю, вырваться из этого опасного затишья, узнать, что происходит вокруг… Информационный вакуум ощущается, как удавка на шее. Крайне неприятно.       Поэтому, когда Луффи наконец-то с ними воссоединяется, — и Санджи тоже с ним, — Эрика наконец-то выдыхает. Напряжение, державшее её за горло всё это время, тоже потихоньку отпускает.       Она замечает странно виноватые взгляды Санджи на капитана, как замечает и поджатые губы Нами, и некоторую её холодность по отношению к коку. Эрика не хочет быть в неведении: что-то явно случилось на территории Большой Мамочки.       Она припирает Нами к стенке и очень удивляется, когда та даже не сопротивляется. Ей настолько сильно хотелось выговориться, что она даже не сделала вид, что ничего не случилось? Сколько же она вот так держала всё в себе?       Произошедшее… ошеломляет. Эрика, безусловно, понимает, в каком положении был Санджи. Она понимает, что он чувствовал. Она понимает, что тогда это казалось для него выходом. Но… так сильно избить собственного капитана? Бросить такие резкие, хоть и ложные слова? Проигнорировать, — хоть и явно не без титанического труда, — даже слёзы Нами?       Эрика не хочет в чём-то обвинять Санджи. Поэтому она решает, что лучше делать вид, что она ничего не знает. В конце концов, капитан смог решить этот непростой вопрос. Он вытерпел всё это, нутром чувствуя, каково Санджи на самом деле. Он действительно… лучший капитан, который только может быть на этом свете.       Эрика всё это прекрасно знает, но не может приказать сердцу не болеть, когда Луффи причиняют боль. А тем более… самые близкие люди.       Она не говорит ни слова, но, когда застаёт Луффи одного, просто садится рядом с ним и крепко-крепко обнимает.       — Ты чего это, Эрика? — смеётся капитан, но с удовольствием отвечает на объятия.       — Ничего, — она зарывается носом в ткань на его плече и вздыхает. — Ничего. Просто хотела сказать, что всегда буду рядом. Хочу, чтобы ты это знал.       Луффи не знает конкретных причин такого её поведения, но всё равно затихает под влиянием момента и мягко сжимает кольцо рук, даря такое необходимое тепло. Эрика же всерьёз думает, что её капитан — самое настоящее солнце. И для своей команды он будет светить изо всех сил, не щадя себя.       Она обязана защитить этот свет.